Никаких встреч и извинений

Должностные лица обязаны общаться с журналистами. А на деле?
Несколько лет назад в «Белорусской ниве» получил задание: подготовить материал с одним из высокопоставленных чиновников Минского облсельхозпрода о поставках зерноуборочных комбайнов и восстановлении зерносушильного оборудования. Созвонились, оговорили круг вопросов, на которые хотелось получить ответы. Самому называть время встречи показалось некорректным. Поэтому предложил сделать это будущему собеседнику. Мол, во сколько скажете, тогда и встретимся. После некоторых размышлений тот назвал 20 часов. На том и сошлись.

На встречу приехал заранее. Но ни в 20 часов, ни через 20 минут он так и не появился. Ждать больше было бессмысленно.

На следующий день позвонил опять, повторно оговорили вопросы для беседы, время встречи. Но она тоже не состоялась. Опять не по вине журналиста.

Стало понятно, чиновник настойчиво избегает встречи. Даже не извинился, что не пришел. Зато назвал несколько, на мой взгляд, неубедительных причин для оправдания.

Почему он так себя повел, можно только догадываться. Возможно, не владел ситуацией или просто решил оставаться в тени. Так удобнее — занимать высокую должность и оставаться сторонним наблюдателем.

Больше к нему не обращался.

Подобных случаев более чем за 30 лет работы в СМИ было немало. Во время недавнего диалога с представителями средств массовой информации Президент сказал о том, что журналисты обижаются: от некоторых чиновников нельзя получить информацию. При этом Глава государства особо подчеркнул, что, общаясь с журналистами, чиновник через них общается с народом. Поэтому надо выработать практику: если министр или должностное лицо, к которому обратились, безосновательно отказывается общаться с журналистами и отвечать на их вопросы, — это не министр, не должностное лицо.

Хотя я на той встрече не присутствовал, мой вопрос озвучили без меня. На него получен исчерпывающий ответ. После такого ответа коллеги в зале зааплодировали.

Тот, кому нечего сказать, кто боится телекамеры или диктофона, готов найти уйму причин, лишь бы отказаться от встречи. Иногда за разрешением они отправляют к вышестоящему начальству. Было и такое. Зачем? Для перестраховки: кабы чего не вышло.

Промолчать в таком случае проще, нежели говорить о проблемах коллектива, района, об их решении. Не потому ли руководитель Сморгонских молочных продуктов филиала Лидского молочно-консервного комбината, например, месяца два назад наотрез отказался разговаривать с вашим корреспондентом о поставках продукции в Россию, входном контроле сырья, сотрудничестве с сельхозпредприятиями сырьевой зоны? Хотя ничего запретного в этом не было и нет. Времени для беседы требовалось немного, а тема была обговорена заранее. О ней не раз открыто говорил министр сельского хозяйства и продовольствия. На то время, как и теперь, тема была и остается актуальной. И отмалчиваться руководителю предприятия ни к чему. Как и одному из заместителей руководителя Минпрома, когда к нему обратился за комментарием по поводу разгрузки затоваренных сельхозтехникой складов. Было ведь указание на сей счет Главы государства. Несколько дней обещаний по телефону, а в результате — ничего. Стало быть, этот чиновник ни указание Президента не выполнил, ни свои обязательства как госслужащий. Потом оказалось, беседа не состоялась из-за большой занятости замминистра. Как будто просил его прокомментировать последний футбольный матч...

Поверить в это трудно. Тот, кто готов встретиться с журналистами, кому есть что сказать, от такой возможности не откажется. А кто не хочет — ищет причины для оправдания. Как бы потом пришлось  не причины искать, а место работы, где горе-чиновник совсем будет неинтересен представителям СМИ…

zybulko@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости