Ничего личного

Чем опасен «стадный» инстинкт и можно ли его перебороть

Феномен так называемого коллективного поведения интересовал науку достаточно давно. Несмотря на то, что этот механизм был выработан в результате эволюции как защитный (он, например, заставляет животных мигрировать), у человека не всегда всё идет так, как надо. Точнее — по особой схеме.
Фото Сергея Лозюка


Мышиная возня

Воспитание закладывает в нас разные типы поведения, но базовые принципы у большинства практически одинаковы: неприятие убийства, воровства, предательства и так далее “по списку грехов”. Но если по отдельности мы более или менее стараемся поддерживать имидж порядочного человека, то все вместе порой ведем себя неадекватно. Возьмем, к примеру, времена инквизиции. Что это было — коллективное помешательство, психоз? Кажется, окажись мы в таких условиях, обязательно поступили бы правильно. Но не факт.

Социальное поведение присуще не только людям, но и животным, у которых в группе четко определены роли и которые способны к активному взаимодействию с особями своего вида. Среди них — приматы, пчелы, слоны и так далее. Для исследователей этот факт удобен, поскольку некоторые эксперименты на людях ставить неэтично. Чаще всего используют мышей. По сложности и разнообразию своего социального устройства грызуны не уступают обезьянам, но мельче их и живут “быстрее”, так что наблюдать мышиную семью от поколения к поколению проще, чем, допустим, стаю шимпанзе.

Так вот, чем дольше специалисты изучают животных, тем больше убеждаются в том, что в плане социального поведения мы их практически калькируем. Самый “пугающий” эксперимент, получивший неофициальное название “Вселенная-25”, был проведен американским социологом Джоном Кэлхуном. В июле 1968 года он поместил четыре пары мышей в “город”, где было вдоволь воды и еды. Единственным ограниченным ресурсом оказалось пространство. Сначала грызуны активно плодились, удваивая численность каждые 55 дней. Через 315 дней популяция выросла до 620 особей. На этом этапе прирост стал резко сокращаться, последнее жизнеспособное потомство появилось на 600-й день эксперимента. Затем начался своего рода апокалипсис. Родители выкидывали потомство из гнезда, не вскормив, старшие особи наносили травмы младшим и так далее. К июню 1972 года, когда Кэлхун завершил эксперимент, в загоне оставались лишь 122 мыши, которые вышли из репродуктивного возраста. Ученые считают, что люди при всех своих положительных моральных качествах в аналогичной ситуации вели бы себя точно так же.

То есть те неприглядные картины, которые нам показывают в фантастических фильмах на тему постапокалипсиса, более чем правдивы. Джон Кэлхун сформулировал новый термин — “поведенческая раковина” (behavioral sink), обозначающий переход к агрессивному, деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Кстати, в научных кругах работы Кэлхуна стимулировали дискуссию об освоении космоса как места, которое можно будет когда-нибудь заселить чрезмерно размножившимся человечеством. Потому что сценарии жизни на перенаселенной Земле на примере мышиного сообщества выглядят, мягко говоря, нерадостно.
ОПЯТЬ МОЗГИ ВИНОВАТЫ

Исследователи из Массачусетского технологического института и Университета Карнеги-Меллон решили совместить психологические объяснения групповой моральной неустойчивости с наблюдениями за мозгом. С помощью функциональной МРТ они наблюдали за активностью средней префронтальной коры, которая отвечает за осознание моральных принципов.

Добровольцам предложили сыграть в компьютерные игры — кому-то в индивидуальные, кому-то в командные. Выяснилась любопытная вещь: в командных играх исследуемый участок мозга “уходил в игнор”. Люди жульничали, использовали нечестные приемы. Когда “командным игрокам” предлагали выбрать фотографии членов своей и противоборствующей групп для публикации в СМИ, все старались выбрать для соперников фотографии похуже. А вот в случае индивидуальных игр (когда участников было двое) подавления “моральной” зоны не происходило, люди старались вести себя честно. Тут так и тянет спросить: неужели все с нами так плохо? Нет, не все и не со всеми, обнадеживают ученые.

Во-первых, речь идет не о намеренном предательстве собственных убеждений — моральные принципы остаются с человеком и работают исправно в обычной жизни. Просто, образно говоря, словно какое-то помутнение находит. Во-вторых, в статье, опубликованной в журнале NeuroImage, авторы исследования пишут, что в этом и других экспериментах была выделена достаточно большая категория людей, которые активно сопротивлялись общественному давлению, сохраняя ясность мыслей и твердость убеждений. Естественно, они очень заинтересовали исследователей. Любопытно, что в большинстве своем это были люди либо с высшим образованием, кругозор которых достаточно широк, либо индивидуумы с сильной волей. Выходит, все же можно сопротивляться психологии толпы и изменять природную настройку мозга? Хотелось бы в это верить.
Древний инстинкт

Деструктивное поведение может включаться и другим образом — в толпе, коллективе, компании. Причем, чем глубже человек входит в эту общность, тем легче и быстрее подстраивается под настроение масс — то есть инстинктивно старается подражать большинству. Ученые здесь проводят прямую связь с процессом, известным в зоологии как коллективная мимикрия, когда группа небольших организмов сбивается в плотное скопление, чтобы создать образ крупного животного (иногда определенного вида) или растения. Это помогает им отпугивать хищников и чувствовать себя в безопасности. Сливаясь с толпой, человек поступает так же. Только в отличие от животных у него еще происходит самое настоящее раздвоение сознания. Проще говоря, сами по себе вы можете быть исключительно порядочным человеком, но в коллективе переходите на политику двойных стандартов. Как это работает на практике?

ddobra.ru

Самый простой пример — любой нормальный человек считает убийство недопустимым. Прямой вопрос: “Неужели вы способны на такое?” закономерно вызывает отрицание. Толпа же жалости ни к кому не испытывает. Во-первых, в группе кажется, что никто не узнает, что именно сделал конкретно ты. А во-вторых, мы чувствуем некую коллективную ответственность, уменьшающую чувство персональной вины. В результате личные установки “хорошо-плохо” оказываются не у дел.
ЛЮБОПЫТНО

Группы людей, объединенных какой-либо идеей, могут действовать очень эффективно. Направленность этих действий на добро или зло зависит от того, какая установка их сплотила — положительная или отрицательная. Радует то, что хороших примеров психологии толпы все же больше. Например, в последнее время люди все больше объединяются в сообщества защиты живой природы, организовывают волонтерские движения и так далее.
bebenina@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter