Народная газета

Невольный перевод

Кто попадает в трудовое рабство?

Бобруйчанин, работающий на кирпичном заводе Дагестана, его пожилая землячка, попрошайничающая в московском подземном переходе, молодой брестчанин, которого хитростью заманили в среднюю полосу России убирать урожай. Что общего между людьми не знакомыми и вряд ли подозревающими о существовании друг друга? Только одно — всем им не посчастливилось попасть в трудовое рабство.

Коллаж Олега Попова
Недавно многие средства массовой информации рассказали о бобруйчанине, около месяца трудившемся на частном предприятии Северного Кавказа за скудное однообразное питание и ежедневные полбутылки водки. Правда, отзывы читателей разделились. Большинство, конечно, выразили сочувствие Виктору и его близким. Однако некоторые посчитали, что его случай — не совсем рабство. Добирался до места назначения рейсовым автобусом, в который его посадил вербовщик, и, следовательно, мог беспрепятственно выйти на любой остановке. Кроме того, не внял предупреждению пограничника на одном из федеральных постов, что отправляться в Дагестан опасно и что там пропадают люди. Да и по прибытии к “хозяину” белоруса не охраняли, у него не отобрали паспорт. 

Большинство наших сограждан оказываются жертвами трудовой эксплуатации в результате неудачных поисков работы за границей. В группе риска в первую очередь люди выпивающие, наркозависимые, имеющие проблемы с жильем.

45-летний могилевчанин Олег Дунаев неоднократно бывал на заработках в России и утверждает:

— Нередко один и тот же наниматель совершенно по-разному относится к шабашникам.  Для малопьющих снимается хорошее жилье, им выдаются спецодежда и аванс на питание, а в конце каждого месяца — вполне достойная зарплата. Пьяницам же часто вообще не платят, считая, что все равно пропьют, расселяют их в холодных бараках. Используют “второсортных” приезжих как неквалифицированную рабочую силу, а рассчитываются с ними скудным питанием и дешевой выпивкой.  

Кстати, привлечь руководителя стройки к ответственности в подобных случаях, увы, невозможно. Ведь под эксплуатацией, согласно законодательству, подразумевается ситуация, когда человек не может отказаться от предложенной работы по не зависящим от него обстоятельствам. Если же нет денег на дорогу домой и нужно идти сотни километров по незнакомой местности до ближайшей автотрассы, железнодорожной станции — это не считается. Не учитывается и отсутствие возможности связаться с родными. 

Недавно в дизель-поезде, в котором я ехала в командировку, своими глазами видела беднягу, возвращавшегося домой с дальних заработков “зайцем”. В несвежей одежде не по сезону, с многодневной щетиной бедолага добирался в Витебск. На скамейке вокруг него образовался “вакуум”: никто не хотел садиться рядом. Контролерам безбилетник сказал, что доехать на пригородных поездах ему посоветовали в милиции, потому что в Москве не заплатили. Так ли это на самом деле, проверяющие  выяснять не стали. И хотя оставили “зайца” в вагоне, не высадили на ближайшей станции, долго ворчали, что, мол, “нечего шастать, нужно дома работать”. 

Могилевчанам Виталию и Геннадию (свои фамилии оба просили не называть в газете, потому что стыдно перед друзьями и родственниками) повезло больше. Им дорогу назад оплатили, но это все, что они получили за три месяца на стройке в Подмосковье. Когда объект закончили, прораб отдал паспорта, которые до того хранил в своем сейфе, и деньги на дорогу. Сказал, что за такое качество работы нужно бы еще   высчитать с них за убытки и испорченные материалы, да уж ладно. 

Виталий недоумевает:

— Если наше качество не подходило, почему же в первые дни, как только приехали, нам не сделали замечание, а, напротив, не отпускали, даже документы забрали?  Мы не самоучки, а профессионалы, не первый год ездим на шабашки, и никогда претензий не было. Нас, белорусов, постоянно упрекают в правовой безграмотности, дескать, не заключаем с нанимателями контракты. Только ведь в другой стране условия не мы диктуем, никто там к нашему мнению не прислушивается. Да, рискуем, но, если повезет, можно прилично заработать, поэтому и соглашаемся. 

Связалась я по телефону и с тем самым московским прорабом, на которого обижаются белорусы. Вадим Андреевич, так он представился, вопреки моим ожиданиям, не нагрубил и не отключился, а напротив, весьма убедительно высказал свою версию: 

—  Вы же знаете, как многие мужики ведут себя в командировках, почувствовав свободу: даже непьющие не отказываются от спиртного, а “примерные семьянины” находят временных жен, чтобы жить не в общежитии, а в комфорте, обстиранными и накормленными. Мы со всеми рассчитываемся, вовремя платим зарплату, у нашей фирмы хорошая репутация, но некоторые, получив немалые суммы, в первый же день все до копейки пропивают или тратят на новых подружек. Иногда и случайные собутыльники облегчают им карманы. А когда те возвращаются домой без денег, выдумывают для близких оправдания: дескать, обманули, не рассчитались. 

К сожалению, неудобные вопросы о контрактах и отнятых паспортах мой собеседник обошел молчанием. Но, как мне показалась, и в его словах была немалая доля правды. 

коло десяти лет назад в нашей стране, ни от кого не таясь, без лицензий работали вербовщики, в основном частные лица, и белорусы, и россияне. Они получали от нанимателей свой процент за каждого “найденного кадра”. Им не было дела, в каких условиях “подопечные” будут жить — главное, самим получить выгоду. Сейчас все не так. Трудоустройство за границей лицензируется, за работу вне правового поля грозит суровое наказание. 

И все же бдительность не помешает. Вспомним недавний нашумевший случай в Брестской области, когда 33-летний житель одного из райцентров отправил на сбор урожая 50 земляков в деревню под Воронежем. Жили   гастарбайтеры в ужасающих условиях, спали на твердых поддонах, трудились по 17 часов в сутки, денег за свой труд не получали, беглецов избивали и возвращали обратно. 

Активисты движения “Альтернатива”, действующего в России с 2010 года, помогают тем, кто попал в рабство. Самые жесткие условия для несчастных на Северном Кавказе: людей удерживают силой, жестоко эксплуатируют, не дают связываться с близкими. 

Но большинство горемык попадают в рабство исключительно по собственному легкомыслию. Одни добровольно отправляются в регионы, пользующиеся дурной славой, в надежде, что уж с ними-то точно ничего плохого не случится. Другие решают вопрос  трудоустройства с незнакомыми собутыльниками, и только очнувшись в чужом автомобиле за много  километров от дома, впадают в панику. Третьи, потеряв документы и деньги в чужом городе, не зная, что в этом случае предпринять, соглашаются делать все, что им прикажут. Попасть в трудовое рабство можно как на процветающем Западе, так и у наших восточных соседей. Здесь многое зависит от работодателя. А гарантией, что все будет по закону, может служить лишь официальный договор и легальное трудоустройство через проверенные фирмы, имеющие лицензию на эту деятельность. Остальные варианты — рулетка. Нужно ли в нее играть? 

Сотрудники уголовного розыска УВД Могилевского облисполкома рассказали, что только в этом году поступило 59 заявлений от родственников жителей региона, выехавших за границу и переставших выходить на связь с близкими. 35 из этих людей уже найдено,  24 пока в розыске.

БУДЬ В КУРСЕ

Департамент по гражданству и миграции МВД разработал памятку по безопасному трудоустройству за границей. Вот лишь некоторые выдержки из нее. 

Во время пребывания за границей:

• станьте на временный консульский учет;

• ни под каким предлогом никому не отдавайте свой паспорт;

• не ставьте себя в зависимое положение, принимая подарки или одалживая деньги;

• поддерживайте связь со своими родственниками и друзьями;

• в случае кражи документов или возникновения каких-либо проблем обращайтесь в посольство или консульство нашей страны или в полицию.

Irina_mendeleva@mail.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?