Непрогнозируемые ожидания

Как белорусская экономика будет развиваться в ближайшие годы

Недавний промышленный форум спровоцировал череду жарких дискуссий: как развиваться белорусской экономике в ближайшие годы. Разгон-то надо брать уже вчера: дотянуться до 100 миллиардов долларов ВВП к концу следующей пятилетки — цель амбициозная. Представители «классической» промышленности и сторонники цифровизации и виртуализации скрестили шпаги. Истина, как обычно, лежит где-то посередине. Хотя точных пропорций «цифры» и традиционного производства никто не берется предугадать. Даже немцы, которые в своей концепции индустриализации 4.0 продвинулись впереди планеты всей. Вот и представитель Европейской экономической комиссии ООН Андерс Йонсон на научной конференции в Минске заявил: при всех своих прелестях инновации таят немало и рисков. Тут, как в карточной игре, должно сойтись мастерство и везение. Например, у эксперта есть опасение: знаменитая идея экономики услуг может так и не выстрелить. И тогда теоретически передовые страны сегодня могут оказаться на задворках планеты завтра.

Классическая промышленность в ближайшее время не исчезнет, но будет развиваться в новых направлениях
фото junglevr.io

Потенциал Беларуси Андерса Йонсона восхитил. У нас есть все шансы поднапрячься и соорудить какой-нибудь неожиданный проект мирового масштаба. Например, перевести транспорт в беспилотный режим. Есть у нас машиностроение, электронная промышленность, Парк высоких технологий, наконец. И широкая проезжая часть. Это нам полосы кажутся узкими: по сравнению с тесными улочками большинства европейских городов наши проспекты выглядят магистралями. Словом, хотя бы теоретически есть шанс стать первыми в некоторых передовых направлениях.

Но спрогнозировать появление прорывного открытия невозможно. А тем более просчитать его экономический эффект. Представитель немецкого Ганноверского университета Инго Лифнер предупреждает: от инноваций выигрывают далеко не все и не всегда. Да, первые сливки снимают изобретатели, но почти любой продукт очень быстро выходит на массовый рынок. И тогда необходимы ресурсы, и по приемлемой цене, для производства новинок. Кто будет основным бенефициаром — очень сложный вопрос, учитывая, что цепочки создания добавленной стоимости нынче крайне запутанны.

Андерс Йонсон вообще считает: 99 процентов инноваций будет направлено на совершенствование уже существующих технологий. Да и в целом, они являются далеко не важной деталью: главное — бизнес-идея. А реализована она может быть и на «старье». Кстати, «технари» или айтишники в одиночку экономику на новые рельсы не могут поставить по определению. Самым гениальным людям для претворения своих идей и изобретений в жизнь понадобится помощь и образовательных организаций — кузницы кадров, и финансистов, и маркетологов, социологов… Словом, должна сформироваться система. Но заработает она, когда появится критическая масса пассионариев. Тогда процесс станет попросту необратим. При всех видимых и скрытых достижениях ядро для инновационного взрыва в стране пока скромного «диаметра». Начальник управления Министерства экономики Дмитрий Крупский поделился статистикой: малых инновационных предприятий в стране только около 150, хотя в IT-индустрии работает более 700 компаний. В научно-инновационной сфере трудятся 110 тысяч человек. Немало. Но это чуть больше 2 процентов от всех занятых в экономике. А принципиально качественные изменения происходят после преодоления рубежа в 10 процентов. Правда, справедливости ради надо отметить: классическая теория пассионарного взрыва, сформулированная в прошлом веке Львом Гумилевым, далеко не бесспорна. Хотя в некоторых случаях работает безупречно.

Впрочем, при любой конфигурации экономики будущего базовая промышленность в ближайшие десятилетия не исчезнет, не испарится. Да, она изменится, трансформируется, будут оттачиваться технологии и процессы, но тотальный снос фабрикам и заводам не грозит. Разве что в результате непродуманных решений. Потребность в традиционных производствах будет оставаться. И этот принцип в том числе заложен в концепцию развития науки и технологий до 2040 года, которую разработали в Центре системного анализа и стратегических исследований НАН. Вот и Андерс Йонсон советует: не надо создавать потенциал с нуля, логично имеющийся сконцентрировать на перспективных направлениях. И лучше, чтобы вектора были разными: диверсификация всегда являлась лучшей стратегией против рисков неизвестности. А в какую сторону пойдет мир в экономике, эксперты только предполагают. Поэтому споры из разряда «заводы или IT» по сути своей выглядят казуистически. Все отрасли пригодятся и в новой жизни.

volchkov@sb.by


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Загрузка...