Минск
+8 oC
USD: 2.58
EUR: 2.79

5 лет назад разбился самолет с хоккеистами ярославского "Локомотива" на борту

Не верь, что со временем боль утихает

Прошло целых пять лет, а кажется, все было, словно вчера. Матч–открытие нового сезона КХЛ, свернутая игра, бегущая строка на экране телевизора. Первая реакция: «Не может быть!» А потом — осознание ужаса произошедшего. 7 сентября 2011–го разбился самолет с хоккеистами ярославского «Локомотива» на борту. Эта трагедия унесла жизни 44 человек. Погибли и трое белорусов — игроки Руслан Салей, Сергей Остапчук и тренер по физподготовке Николай Кривоносов.

7 сентября 2011-го — самый горький день в истории ярославского «Локомотива».
Фото  РЕЙТЕР.

Тогда хотелось где–нибудь тихонько всплакнуть, но нужно было постоянно обновлять информацию. Звонки, звонки, звонки. Вдруг наши легионеры поехали в Минск отдельно от команды, на машине?! Вскоре появились списки погибших — судьба не пощадила никого. В «Минск–Арене» прошла церемония прощания. В парке Горького отдали почести Руслану Салею — очередь из болельщиков растянулась на многие километры. Сергея Остапчука и Николая Кривоносова в последний путь проводили из дому. Спортивный люд без труда отыскал незнакомые прежде адреса. И везде лились ручьем скупые мужские слезы. Плакали здоровяки–товарищи, плакали отцы, не стыдясь того, что в семье они оказались самыми слабыми.

Многие восприняли эту трагедию как свою личную. Но горе родных
Руслан Салей.

и близких все равно не постичь. Они знают страшные подробности: кто находился в эпицентре пожара, а кто — в локальных очагах. По мере приближения скорбной даты Тамаре Салей, матери Руслана, становится невмоготу. Когда–то в ее квартире не смолкали голоса, и уединение казалось таким желанным. Теперь этого одиночества — через край. Спустя десять месяцев после печальных событий ушел из жизни Салей–старший. Сын, дочь и внучки живут отдельно. А с вдовой Руслана Беттэн, которая за океаном, в США, она общается лишь по вайберу:

— Беттэн молодая женщина. Поднимает троих детей — ей, конечно, достается. Да и путь до Беларуси неблизкий: лететь 18 часов. Чтобы выбраться сюда, нужно огромное желание. Большие расстояния не для моего возраста, так что приходится только вздыхать. Невестка обещала приезжать каждый год, но была только на сорок дней. Младшую внучку я видела cовсем крохой — она отца не помнит. Знаю, что дети Руслана берут уроки испанского. Может, вырастут — сами пойдут учить русский, проснется генетическая память. Поздравляют с праздниками меня на английском. Сын был хорошим семьянином — рассудительным, добрым, заботливым. Для меня он самый–самый. Безумно жаль, что был — не есть.

Беттэн и дети Руслана Салея.
О Расти, как звали Руслана на Западе, кажется, все уже написано. Но спустя время всплывают какие–то новые факты. Об одном из них рассказала мама Сергея Остапчука Светлана. Когда в ярославском «Локомотиве» появился Салей, ее сын обрадовался: еще одним земляком стало больше. Руслан попросил Сергея отдать ему 24–й номер, и тот согласился. В знак благодарности экс–звезда НХЛ пригласил своего юного одноклубника в ресторан. Парни посидели за столом, и позже Остапчук позвонил матери: «Я не ожидал, что Руслан такой простой. Настолько легко было с ним общаться».

Попутно Светлана узнала что–то новое и о Николае Кривоносове. Фаны «Локомотива» сбросили всем родителям видеозаписи тренировок. Кривоносов разработал новую методику по физподготовке, чтобы было меньше травматизма. На видео игроки отжимаются. Сергей сделал упражнение — и Коля поднял большой палец вверх: отлично! В самом деле, у Николая была своя система. Травма колена поставила крест на его карьере хоккеиста. Он перенес две операции, закачался и вернулся на лед тренером. Носил под мышкой книгу «Атлас человеческого тела» на английском языке. Знал каждую косточку, каждую мышцу. В судьбах игроков многое переплелось, а общая беда объединила и их матерей.

Николай Кривоносов.


Светлана Остапчук на работу в Минский метрополитен каждый раз идет через станцию «Площадь Ленина». Здесь она последний раз видела сына — загорелый, счастливый, он приехал из отпуска. Когда в апреле 2011–го случился взрыв в метро, Сергей звонил, переживал: все ли живы? Поводов беспокоиться о себе не давал, в 21 год уже был настоящим профи.

— Сын с трех лет занимается хоккеем. Это такой тяжелый труд! Когда учился в пятом классе, поехал из Новополоцка покорять Москву. Чтобы там пробиться, надо быть на голову выше сверстников. Два года тренировался в Канаде. Все время был в разъездах, я его толком и не видела. Только достиг каких–то результатов, стал играть в первой пятерке — и жизнь оборвалась. Так несправедливо, так рано, на самом взлете.

Тамара Салей читает стихи Анны Слобидки:

Как жаль, что память не убить,

Она одна мне жизнь калечит.

Как больно помнить все и жить

С нелепой верой — время лечит.

С ними перекликаются и рифмованные строчки, которые принадлежат Надежде Кривоносовой:

Не верь, что со временем боль утихает.

Она притаилась и ждет.

То страшным пожаром в груди полыхает,

То в холод могильный ведет.

Не верь, что становится легче утрата.

И сердце, и мысли во мгле.

Страна, из которой не будет возврата,

Неведома нам на земле.

Стефания Кривоносова.

Николай часто просил маму написать поздравления друзьям в стихотворной форме. И той удавалось в двух–трех четверостишиях полностью передать суть человека. Старшая сестра Николая Елена Коровец вынашивает идею написать книгу о своем брате. Туда войдут и мамины стихи. Вообще же это будет реальная история, путь становления человека. Заминка в том, что утеряны контакты, разъехались друзья, с которыми Коля общался. Но на 85 процентов материал уже собран. В России издана книга «Чемпионы наших сердец». Именами погибших хоккеистов названы соревнования. Кубок Беларуси — мемориал Руслана Салея, новополоцкий турнир среди юниоров — мемориал Сергея Остапчука. Но пусть будет еще одна память.

Все женщины в один голос твердят: их сыновья не забыты. Когда в 2014–м в Минске проходил чемпионат мира по хоккею, к Руслану Салею на Московское кладбище ходили целыми командами. Топ–турнир канул в Лету, но родные замечают: кто–то положил финский вымпел, кто–то принес букет живых цветов. Не зарастает тропа к могилам Сергея и Николая на Кальварийском кладбище. Говорит Светлана Остапчук:
Сергей Остапчук.

— Одна из встреч с болельщиками состоялась зимой, когда проходил матч КХЛ с «Локомотивом». Было очень холодно, все продрогли, но назад не повернули. Недавно приезжали ребята из Питера. Я поражена тем, насколько они преданны этой команде. Благодарна за то, что помнят о наших мальчиках.

А жизнь меж тем продолжается. Тамара Салей находит отдушину в дачных хлопотах — земля дает силы. У Светланы Остапчук и Надежды Кривоносовой по трое внуков. К слову, десятилетняя Стефания Кривоносова, полная копия своего отца — юная звездочка художественной гимнастики. Она живет и тренируется в Казани. Так что ближе к Олимпиаде–2024 это имя мы, возможно, услышим. Николай очень гордился бы ее успехами.

Память, по Юрию Трифонову, — это оплата за самое дорогое, что отнимают у человека. «Памятью природа расквитывается с нами за смерть. Тут и есть наше бедное бессмертие».


bingo10@mail.ru

Фото из личного архива Беттэн Салей, Светланы Остапчук, Надежды Кривоносовой.

Советская Белоруссия № 171 (25053). Среда, 7 сентября 2016
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...