Не сломано – не чини

Когда болит зуб, можно, конечно, и чеснок приложить, и таблетками «закинуться», но каждому понятно: лечить его все равно придется. Ситуация с недавним посещением западными экспертами белорусского парламента, чтобы обсудить возможную отмену смертной казни, внешне похожа. «Сегодня наш народ уже готов обсуждать вопрос по отмене смертной казни. Готов обсуждать!» - так говорит, например, член рабочей группы, член Совета Республики и глава Республиканской коллегии адвокатов Виктор Чайчиц.

Так что – обсуждать? Или сначала понять, а и вправду ли болит тот зуб? Ведь посмотрите на аргументацию экспертов с Запада: «нужно работать с общественным мнением», «стоит только переформулировать вопрос, и результаты опросов меняются», «многие сильные государства смертную казнь уже отменили». Хорошо, тогда покажите, к чему полезному это привело. Объясните нам, непонятливым, как так получается, что человек, хладнокровно, обдуманно, намеренно и лично убивший 77 человек и вдвое больше ранивший, отбывает свое одиночное наказание в трехкомнатной камере. Семьдесят семь живых людей! – это, между прочим, полный автобус едущих, скажем, из Серебрянки в Малиновку. Или все учителя обычной средней школы. Или вся станция скорой помощи в райцентре. А тот Брейвик теперь заочно учится, играет в приставку и смотрит DVD, одна из комнат у него – тренажерный зал. Жалуется при этом на холодный кофе и еду, разогретую в микроволновке. Вы на Западе считаете, что это - наказание. Нам до вашего уровня «цивилизованности», боюсь, не дотянуться: какие бы опросы не проводились, но никто из белорусов, убежден, не сочтет это – наказанием. Если уж совсем-совсем честно.  

Тут одно вытекает из другого. Сначала появляется Всеобщая декларация прав человека, затем принимается Европейская конвенция по правам человека, следом отмену смертной казни ставят условием членства в ЕС, ну, а теперь суды различных инстанций периодически рассматривают жалобы норвежского убийцы о «бесчеловечном и унизительном обращении» с ним. Понятно, что для европейцев сама мысль о том, что, быть может, стоит вернуться к началу и что-то там поправить, является крамольной и еретической. Посягательством на основы. Но мы-то, пока не вступили на предлагаемый ими путь, можем ведь критически рассмотреть и оценить все аксиомы, посылки и выводы? Или самые цивилизованные в мире демократы готовы отказать нам в этом? Ведь на самом высоком уровне было четко сказано: «В этом вопросе ЕС прибегает к двойным стандартам».

Европа свой путь по защите прав человека прошла до конца и оказалась в тупике. Потому что, как оказалось, права человека – они теоретически идентичны для немецкого бюргера, французского рантье, пастуха-беженца из Афганистана и неграмотного, но зато крепкого парня из Сомали. А на практике большинство простых европейцев это принять не готовы. И приходится тамошним политикам крутиться, как на сковородке, пытаясь и свой электорат не потерять, и приверженность «основополагающим правам» соблюсти. Потому что признать, что абстрактные «права человека», если быть до конца честным, нужно переписывать в конкретные «права европейского человека» – невозможно. По многим причинам.

Заметьте, что Соединенные Штаты по праву сильного просто не вступают в эту дискуссию и проблемы решают, как говорится, по мере поступления: в двух десятках штатов смертная казнь отменена, в трех десятках и на федеральном уровне сохраняется. И пока большинство жителей штата не потребует у будущего губернатора ее отмены, никакая «политическая воля» и никакое «изменение формулировок опросов», в чем пытаются убедить наших парламентариев западные эксперты, не изменят ситуацию в самой демократической стране мира. Или европейцы готовы поспорить в этом с американцами?

Даже мораторий, который они считают первым шагом и с чем некоторые наши депутаты даже готовы согласиться, тоже – тут не стоит себя обманывать – является шагом на пути. Потому что – а как его отменять, если мы поймем, что шаг неправилен? Это одно, а другое – после первого шага давление на нас в этом вопросе только усилится, это тоже нужно понимать и учитывать. А разумные, взвешенные, долгосрочные решения плохо принимаются под любым давлением. И в любом случае сформулировано было очень четко: «Мы спросим у общества, но честно расскажем, и если люди проголосуют большинством против смертной казни, я в тот же день подпишу результаты этого референдума».

Поэтому подход наш предельно ответственный: не все депутаты согласились с тем, что Беларуси надо хотя бы ввести мораторий на смертные приговоры. Тут и мнение избирателей, тут и моральные аспекты, тут и понимание того, что прежде чем ступить на какой-то путь, нужно понять, куда он в конечном счете ведет. Если в трехкомнатную брейвиковскую камеру, то очевидно, что это не наш путь.

И вот что еще важное прозвучало: многие парламентарии выразили сомнение, что тему вообще стоит обсуждать. Вернее, так: рассматривать ее, безусловно, нужно и придется – это часть международной работы депутатов. Но для этого есть рабочие группы, встречи с экспертами и другие форматы для обмена мнениями и дискуссий. А вот выносить эту тему на общественное обсуждение, пожалуй, рано. Не болит у нас этот зуб. Других проблем хватает, но вот именно этот – не болит.

mukovoz@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
2.42
Загрузка...
Новости