Не проходите мимо

На этой неделе интернет просто штормит от новостей с борта скорой помощи. В Минске возбудили уголовное дело против престарелого хулигана, который ударил и обругал девушку–фельдшера. Считай, она выполнила профессиональный долг с риском для здоровья. В Витебске обсуждают историю с умершим прямо посреди оживленной улицы сердечником. Очевидцы, вызвавшие «скорую», поделились эмоциями в соцсетях. Для «нерасторопных» медиков, которые прибыли на место спустя 20 минут, не пожалели негатива. Диванные комментаторы разделились на два лагеря. Одни поддерживают автора поста, другие с холодной головой замечают: не все так просто, как кажется, и медработники уж точно не зря едят свой хлеб.


Сама не раз набирала «103», видя, что кому–то очень плохо. И, между прочим, часто была единственной, кто не побоялся, не побрезговал, додумался сделать это. «Фу, да он пьяный!», — морщили носики девочки–школьницы, глядя на худого, неопрятного товарища, лежавшего возле остановки в 15–градусный мороз. В час пик только единицы согласились помочь и моложавой бабуле, как подкошенной рухнувшей на землю возле Смоленского рынка. Обморок от скачка сахара в крови мог стоить ей жизни. К счастью, успели, спасли. Не без помощи медиков. А однажды мы с семьей оказались один на один с эпилептиком. Закатив глаза, несчастный с пеной у рта бился в судорогах на дороге, ввергая в ужас многих, кто оказался поблизости. Желание помочь в такие моменты должно стать сильнее страха. Медики «скорой», как никто другой, знают, что промедление смерти подобно, уверяет Виктор Гомонов, главврач Витебской городской станции скорой и неотложной медицинской помощи: «За день через нас проходит до десятка таких «лежачих» вызовов с улиц. На все обязательно реагируем. Летальные исходы бывают — в год около 50–ти. Это неумолимая статистика и судьба. Каждый такой эпизод тщательно разбираем, анализируем. Не исключение и недавний случай. Скажу по–простому, витеблянин умер от внезапной остановки сердца».

Спасение при таком раскладе почти невозможно. Претензии к тому, что скорая помощь была не скорой, Виктор Григорьевич называет необоснованными. Тот самый вызов проходил как экстренный. Бригада медиков выехала с подстанции Чкалова, поскольку на тот момент рядом не было свободных машин. От момента звонка до приезда бригады интенсивной терапии, по словам главврача, прошло 7 минут 30 секунд. Остальное время — это разговор со звонившими, передача вызова по линии. Есть определенная градация по важности вызовов, прописанная в постановлении Минздрава. По документу вызовы делятся на три типа: «экстренный», который отдается бригаде «скорой» в течение четырех минут, «срочный» — речь идет уже о 15 минутах, и «неотложный». Последний диспетчер может отдавать медикам в течение часа, если нет большой загруженности машин. Но даже минутка тишины — роскошь. На какие только вызовы ни приходится выезжать, когда где–то вмешательство профессионалов реально нужнее. Повысилось давление, кольнуло в боку, температура 37,7 — самое время набрать «103»...

Для тех, кто ждет, время тянется долго, для тех, кто догоняет, — летит. Все субъективно. Как и отношение к людям, внезапно оказавшимся в беде. Между прочим, описывая трагедию, витеблянка посетовала, что никто из прохожих или проезжающих мимо водителей даже не попытался помочь. А хотелось бы побольше таких, как она сама, — неравнодушных, сознательных. Как говорится, не проходите мимо.

naumova@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Сергей ЛОЗЮК
Загрузка...