Не пишите, чего не знаете

СИЗО-2 исполнилось 220 лет

Некоторые легкомысленные и поверхностные коллеги частенько пишут о витебском СИЗО № 2, причем нажимают на «жареное», правдивых историй мало. Кстати, в отношении одного из таких любителей «сенсаций» по заявлению начальника следственного изолятора недавно было возбуждено уголовное дело за ложный донос. Чтобы рассказать о том, что скрыто за высокой стеной этого учреждения, едем в Витебск. Да и повод хороший: 17 августа СИЗО–2 исполнилось 220 лет.


Началось все в XVIII веке, когда в 1797 году российская императрица Екатерина II велела выделить участок под строительство острога. В архивах сказано: «В Губернском городе Витебске построению Смирительного и рабочего домов и тюрьмы с Острогом для содержания колодников занята земля близ городского окопа, яко способнейшая вниз по течению реки Двины при конце города». И вот я в этом здании по ул. Гагарина, 2. В СИЗО содержатся люди, которые еще не осуждены, они под следствием или ждут отправки в исправучреждение после решения суда. Замначальника СИЗО–2 Алексей Рогожинский провел небольшой экскурс в историю: за два с лишним столетия тюремный замок сменил множество названий. Когда–то здесь была губернская тюрьма, исправительный и губернский дом предварительного заключения, тюрьма № 1 УВД области. Следственным изолятором стал с 1964–го. Подполковник внутренней службы Рогожинский удивил и рассказами о находках во время ремонта в 2011–м: «На чердаке старого корпуса мы находили почтовые открытки, датированные 1911 г., камерный замок, лапти, фрагменты документов и др.»


Сегодня все помещения СИЗО отремонтированы, имеют современный вид, камеры для содержания подследственных соответствуют предъявляемым требованиям. Среди новшеств — убирают так называемые «реснички». Камеры оборудуют окнами, которые можно будет полностью открывать, что позволит улучшить медико–санитарное обеспечение содержащихся под стражей.


Вообще, тема пенитенциарной медицины для некоторых любителей острых ощущений — прямо событийное Эльдорадо. Отдельные перлы ужасают: «голодовки спецконтингента после применения к ним пыток», «нет квалифицированной медпомощи», «кражи сотрудниками медикаментов» и прочее. Это не только попытки навязать обществу зловещий образ врача уголовно–исполнительной системы, но и создание негативного фона, усугубляющего и без того непростую кадровую ситуацию в пенитенциарном здравоохранении.

Нередко пациенты до помещения в пенитенциарное учреждение вовсе были вне поля зрения здравоохранения. Порой поступают люди, страдающие серьезными заболеваниями в запущенной и тяжелой форме. А бывает, что и у человека из благополучной соцсреды из–за острого стресса возникают проблемы со здоровьем.

В СИЗО № 2 — 15 медицинских работников (сегодня в изоляторе лимит рассчитан на 900 человек, а содержится около 700). Условия профессиональной деятельности медработников в пенитенциарных учреждениях значительно отличаются от условий работы в гражданских больницах и поликлиниках. Здесь все же режимный объект, говорит мне врач–терапевт Александр Ющенко, за плечами которого 27 лет общего стажа в уголовно–исполнительной системе: «Мы проводим амбулаторный прием. Если надо — оказываем помощь. Лица, принятые в СИЗО, в день их поступления проходят первичное медосвидетельствование и санобработку. Обязательно и прохождение рентгенобследования, сдача теста на ВИЧ, анализ крови. Медосмотры и врачебные обходы проводим регулярно. Обращаются за помощью к медработнику во время ежедневного обхода камер, а в случае острого заболевания — к любому сотруднику СИЗО».


Медицинская помощь, в том числе обеспечение медикаментами по врачебным назначениям, оказывается бесплатно. Если препаратов в аптеке медчасти нет, то по назначению лечащего врача разрешено получение медицинской бандероли. Для оказания экстренной помощи, прохождения допобследования, установления (подтверждения) диагноза нередко пациенты направляются в гражданские поликлиники. Доктор Ющенко не исключает и такие случаи, когда попавший в ситуацию уголовного преследования человек ищет все возможные пути для облегчения своей участи, используя для этого действительное или мнимое наличие тяжелых заболеваний.

Врачи учреждения принимают решения, руководствуясь законом и профессиональным долгом: есть основания направить на освидетельствование — направят, нет — мотивированно откажут. «Порой, вместо того чтобы действительно помочь человеку, отвлекаешься на то, чтобы отвечать на «вбросы» извне и тратить время на объяснения, что медицина порой не всесильна, — сетует Александр Яковлевич. — Недавно родственники нашего бывшего пациента поставили нам в вину несвоевременное оказание медпомощи. По их мнению, мы поздно направили их близкого в соответствующее учреждение Минздрава. А этот человек поступил к нам с онкозаболеванием (рак 4–й степени). После установления диагноза следователь изменил меру пресечения и человек вернулся домой. Но через несколько дней онкологическое заболевание стало причиной его смерти. К сожалению, летальный исход при такой болезни не редкость. Однако родственники остались недовольны результатами проведенной проверки, они убеждены: если бы человека вывезли на два дня раньше, то могли бы предотвратить смерть. Возможно ли было остановить такую болезнь пациента в условиях СИЗО? Думаю, что ответ на этот вопрос очевиден».


Несмотря на определенные трудности, сотрудники медчасти изолятора продолжают следовать клятве Гиппократа. Руководство учреждения также держит под контролем вопросы, связанные с медобеспечением содержащихся в СИЗО.

— Вообще, за последние годы следственный изолятор сильно преобразился, — подключается к разговору начальник учреждения Эдуард Куриленко. — Изменились пищеблок, банно–прачечный комбинат с полной заменой технологического оборудования, заменены все отопительные и водоснабжающие коммуникации, сделан капремонт КПП–1, следственных кабинетов, дежурной части, внутренних постов. Построено новое здание штаба и шлюз, проведена полная реконструкция прогулочных двориков, помещения отряда хозобслуживания. Отремонтированы камеры в режимных корпусах, оборудовали камеру для людей с ограниченными возможностями. В этом году предстоит сдача еще одного объекта.

К тем, кто проходит службу в пенитенциарной системе, предъявляются высокие требования, это касается и физической подготовки, и морально–нравственных качеств, говорит руководитель СИЗО: «Служба в следственном изоляторе требует большого терпения, стрессоустойчивости и отдачи сил. Сотрудники заслуживают благодарности и понимания. И мы не будем поддаваться провокациям со стороны отдельных «правозащитников», желающих нас дискредитировать в глазах законопослушных сограждан, а будем дальше расти и развиваться».

Ирина ВЫШЕМИРСКАЯ,

Иван КРЕПСКИЙ.

Фото Ирины ВЫШЕМИРСКОЙ.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости