Беларусь Сегодня

Минск
+16 oC
USD: 2.04
EUR: 2.32

Брестским следователям приходится расследовать почти столько же уголовных дел, сколько их коллегам из столицы

Не бери, чтобы не пришлось отдавать

С начала года в Брестской области расследованы тысячи самых разных уголовных дел: от обычной кражи мобильного телефона до запутанного коррупционного скандала. Об особенностях следственной работы в этом регионе мы беседуем с начальником УСК по Брестской области Александром РАХМАНОВЫМ.


— Каковы объемы работы в цифрах?


— Из 10 тысяч уголовных дел, возбужденных в начале года, окончено примерно 6 тысяч и около 5 тысяч передано в прокуратуру для направления в суд. Такая нагрузка только у столичных следователей. Но там большой плюс: локальность. Можно сесть в метро, трамвай, автобус или троллейбус и максимум за час–полтора приехать из одного района в другой. А у нас до Столина 280 километров. И, например, в весенний паводок там, на Полесье, не в каждый уголок района доберешься даже на автомобиле. Территориальное удаление — это дополнительные трудности.


— Сейчас в государстве идет принципиальная борьба с коррупцией. Какая картина в регионе?


— Ситуация под контролем: 120 зарегистрированных с начала года преступлений. Самое распространенное — хищение путем злоупотребления служебным положением и взятки. Но беда в том, что это наиболее латентное преступление. Коррупционер бросает тень на всю организацию, где работает. Попадется один врач или госслужащий — и тут же в интернете муссируется тема: мол, поражена этой ржавчиной вся организация. Хотя на самом деле вместе с ним работают десятки, а в системе, которую он представляет, и тысячи честных людей. Сам факт возбуждения уголовного дела о коррупции не что иное, как практическая реализация государственной политики о противодействии этому злу.


— Но и в финансовом плане вред мздоимства ощутим даже при небольшом количестве дел?


— Цифры говорят сами за себя: в этом году материальный ущерб от этих преступлений составил почти 3,5 миллиарда рублей. Треть возмещена в ходе расследования, а остальная сумма — благодаря тому, что на имущество подозреваемых и обвиняемых был наложен арест. За возвратом ущерба мы следим очень пристально. В последнее время арестовываем и имущество, оформленное на подставных лиц.


— Говорят, сейчас берут взятки даже продуктами питания на крупные суммы?


— Есть такое, но, как правило, во всех делах все–таки фигурируют деньги. А вот «добывают» их самыми разными способами. Например, руководитель КУП «УКС Барановичского райисполкома» Д. незаконно «проплатила» свое 50–летие двумя окладами, в качестве материальной помощи на миллион с лишним рублей. А еще на 50 с половиной миллионов накаталась по командировкам в Финляндию, Швецию, Нидерланды, Арабские Эмираты. Она же выдавала себе и еще нескольким сотрудникам беспроцентные займы, а потом освободила себя от них. По делу 9 эпизодов. Общий ущерб — свыше 160 миллионов рублей. Ущерб она возместила, пока находится под подпиской о невыезде.


Еще один коррупционер, директор пинской строительной фирмы Ш., завышал в разы стоимость стройматериалов, которые оплачивало государство. Там сумма ущерба тоже составила почти 160 миллионов. Есть и те, кто берет взятки без всяких хитроумных схем. Самую крупную мзду в этом году получил директор ООО «Брест–травы»: 50 тысяч евро. И это только за один раз, а эпизодов по его делу несколько.


— А силовики часто попадаются на взятках?


— За последние три года таких случаев стало намного меньше. Наоборот, работники силовых ведомств чаще сообщают о том, что их стараются подкупить, — 12 фактов в этом году. Мы возбуждаем уголовные дела и в отношении тех, кто навязывает взятку. Кстати, ответственность там серьезная: до 10 лет с конфискацией имущества.


— Что вы как профессионал ожидаете от законопроекта о борьбе с коррупцией, который активно обсуждается на разных уровнях?


— Ожидаем расширения спектра полномочий для правоохранительного блока. И активизации борьбы с коррупционными действиями, которые еще не подпадают под статью УК. Ведь есть нарушения, которые имеют характер административной ответственности или должностного проступка. А вообще, даже сам факт расширения и изменения форм и методов борьбы, систематическое ее совершенствование — уже позитивный шаг в противоборстве с этим злом.


— Криминальные сводки все чаще сообщают об отравлениях спайсом. Брестская область не исключение...


— Да, по анализу уголовных дел курительные смеси — спайсы — сегодня самый распространенный наркотик. Как и другие, в основном он идет к нам из России и Украины. Есть и те, кто производит «зелье» в Беларуси. Именно спайсы пополняют тревожную статистику по незаконному обороту наркотиков в целом: 602 преступления. По сравнению с прошлым годом — почти в два раза. В три раза вырос сбыт. Впрочем, рост уголовных дел говорит не только о том, что активизировались наркоторговцы, но и о наступлении силовиков на этом фронте. В первую очередь милиции.


— А что предпринимает следствие?


— В прошлом году мы несколько изменили форму реакции на наркотики и стали возбуждать уголовные дела, как только их обнаружили. Не важно, «нашел» наркоман «дозу» или, как он говорит, получил от неизвестного... В любом случае это позволяет нам ставить на свой учет все факты распространения наркотиков, а в дальнейшем при расследовании уголовного дела можем сопоставить сам препарат, его форму, внешний вид, специфические следы, способ распространения. Дальше, когда появляются сбытчики, есть возможность доказать, что, помимо этого, был и другой факт сбыта.


— И есть конкретные примеры?


— Да. Этим летом в Жабинковском районе двое молодых людей умерли, покурив спайс. Мы совместно с милицией взяли сбытчика на другом деле, но доказали и этот эпизод.


— А где сегодня торгуют наркодилеры? В клубах на закрытых вечеринках?


— В основном через интернет, через так называемые «закладки». Покупатель находит поставщика в сети, перечисляет ему деньги, а тот сообщает место, где лежит товар. Здесь мы тесно работаем с управлением по наркоконтролю и противодействию торговле людьми и управлением «К» УВД. Кстати, в этом случае больше рискует покупатель, чем поставщик. Последний свои данные старается зашифровать от правоохранительных органов, покупатель же открыто использует свой телефон, выходит в сеть со своего компьютера, оставляя IP.


— А в общей массе преступлений каков сегмент по наркотикам?


— Около 5%. Подавляющее же большинство преступлений — это мелкие кражи. Кроме того, почти половина преступлений против личности и собственности совершаются в состоянии алкогольного опьянения. Резонансных дел в этом году не было, за исключением убийства девушки в Пружанском районе в мае. Работа по нему не останавливается ни на день, подключен центральный аппарат и есть все основания полагать, что убийцы не уйдут от наказания.

Справка «СБ»


Рахманов Александр Александрович родился в 1976 году в городском поселке Лиозно Витебской области. В 1993 году с отличием окончил среднюю школу г. п. Лиозно и поступил на юридический факультет БГУ. После окончания университета работал в органах прокуратуры Витебской и Брестской областей на различных должностях.


Указом Президента от 28 ноября 2011 г. № 552 назначен на должность начальника управления Следственного комитета по Брестской области.


Женат, воспитывает сына.

alexbresta@gmail.com


Фото предоставлено УСК по Брестской области.


Советская Белоруссия №209 (24590). Пятница, 31 октября 2014.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости и статьи