Наша страна — наш выбор

Лукашенко принял участие в голосовании на избирательном участке № 1

Президент принял участие в голосовании на избирательном участке № 1
Президент принял участие в голосовании на избирательном участке № 1 Центрального района Минска в университете физкультуры. С самого утра здесь было весьма оживленно. Активность избирателей оказалась на высоте. Много было и иностранных наблюдателей. Они довольно охотно делились своими оценками процесса. Лейтмотив абсолютного большинства мнений таков: выборы проходят спокойно, отклонений от законодательства не выявлено.



В месте, отведенном для общения Президента с прессой, был настоящий аншлаг. Планировалась краткая беседа, которая в итоге трансформировалась в содержательную пресс–конференцию. Действовало правило свободного микрофона. Каждый из белорусских или иностранных журналистов имел возможность задать свой вопрос. Александр Лукашенко попрощался с журналистами только тогда, когда лично убедился, что вопросов больше нет. Репортеров он пригласил приехать в Беларусь в любое удобное для них время. Смотреть, слушать, делать выводы. Попросил только об одном — об объективности. Вот о чем шла речь в беседе Президента с журналистами:

— Эта избирательная кампания беспрецедентна по количеству иностранных наблюдателей, по стремлению власти обеспечить запросы международных структур в части интеграции нашего избирательного права в предъявляемые им стандарты. Есть ли у Вас претензии, пожелания к участникам гонки и к тем, кто будет оценивать итоги голосования?

— Может, вы и знаете некие международные стандарты, лично я их не знаю. Хотелось бы, чтобы меня познакомили с теми стандартами, которым мы должны соответствовать. Самое главное, и я это уже не единожды подчеркивал, мы проводим наши выборы согласно Конституции и законодательству нашей страны. Наша Конституция и наши законы признаны во всем мире. Я и в ходе этой избирательной кампании слышу такие оценки. Непредвзятые оценки тех, кто открыто смотрит на наш политический процесс. Они очень позитивно оценивают не только ход президентской кампании, досрочного голосования, организации этого процесса, но и то законодательство, по которому мы проводим наши выборы.

К примеру. Кому–то не нравится досрочное голосование. Но оплот демократии Соединенные Штаты Америки проводят досрочное голосование, по–моему, даже за несколько месяцев до основного. Это только один пример. Можно много назвать. Поэтому, прежде чем критиковать нас, идите и отстройте там этот процесс так, как кто–то хочет.

Это во–первых. А во–вторых, если мы с вами хотим соответствовать неким стандартам, давайте раз и навсегда, будь то в рамках Организации Объединенных Наций (что мы предлагали вместе с Россией), будь то в рамках ОБСЕ (то, что мы предлагали от имени СНГ и Евразийского экономического союза), — давайте выработаем эти стандарты. И если мы подпишемся под ними, мы свято будем их соблюдать.

Но отодвинем эту проблему пока в сторону. Если нам наши зарубежные гости, наблюдатели, предсказатели и прочие мечтатели что–то подсказывают толковое и мы видим, что это наша перспектива, — мы немедленно берем на вооружение. И таких новаций в процессе выборов было немало. Будь то парламентских, будь то президентских. Поэтому если мы говорим о стандартах, может, у журналистов есть такой термин, но стандарты пока, к сожалению, не выработаны.

В плане пожеланий, как вы сказали, оппонентам. Я так понимаю,  трем остальным кандидатам. Самое главное пожелание — чтобы мы достойно подвели итог выборов. Я проиграл — я честно скажу, что я проиграл. Кто–то проиграл — они должны честно сказать, что они проиграли. Это будет достойно белорусского народа и это будет в копилку нашего государства и нашего народа. Что еще хочу пожелать? Вам, всем журналистам, не только белорусским, достойной картинки и репортажей достойных. Белорусскому народу — чтобы было тихо и спокойно. Но это уже моя проблема. Я должен обеспечить этот порядок, пока я Президент. Будет кто–то другой, я ему хочу пожелать, чтобы он в нашей стране в это бурное, непростое для всех время — и для нас, и для соседей, для региона и мира в целом — смог обеспечить мир и покой для нашего народа. Самое главное для народа, я думаю, здоровье. От здоровья зависит настроение. От здоровья зависит все. Еще важнее — здоровье детей и внуков. Вот желаю только одного. Все остальное мы в состоянии купить.

— Могут ли эти выборы стать переломным моментом в отношениях между Беларусью и Западом? Что может помешать улучшению отношений?

— Эти выборы, и не только выборы, могут стать улучшением отношений с Западом только при желании самого Запада. Все, что Запад пожелал, что Запад захотел видеть в канун президентских выборов в Беларуси, признаюсь честно, мы сделали все. Поэтому если у Запада есть стремление установить с нами отношения, никто и ничто помешать не может.

— Можно ли ожидать, что в случае избрания Вас Президентом для выполнения некоторых пунктов предвыборной программы будут использованы не самые популярные шаги?

— Вы знаете мою позицию. Я не намерен отступать от своего главного принципа управления государством. Все должно быть спокойно, без революций. Это самое главное. Особенно в экономике. В политике, в законодательстве, еще в чем–то можно принимать радикальные решения. Переживем. Но экономика никогда не потерпит, если ты ее будешь ломать через колено. Не сегодня завтра это аукнется. Поэтому, вы это видели в течение двадцати лет, я шел эволюционным путем. Даже если знал, что этот эволюционный путь не сразу выведет нас на результат, но я понимал, что это не больно будет народу. Меня как–то спрашивали, готов ли и я на коренную ломку и так далее... Я готов на любые мероприятия и на любые реформы. Но я тогда задал риторический вопрос: выдержите ли вы это? Надо ли вам это? Задать вопрос о резком движении вперед, чтобы цели какой–то достичь и потом реализовать это, как в Одессе говорили, две большие разницы. Одно дело сказать: давайте, вперед! А когда вперед пойдем, кто дойдет? Поэтому вопрос не во мне. Я готов на любые преобразования и реформы. И на революционные в том числе, хотя это и не мой принцип. Я готов делать так, как вы хотите. Никто меня не упрекнет, что я действовал эти годы вопреки мнению народа. Потому что я обещал, что буду делать так, как вы хотите. Если вы мне дадите карт–бланш на любую ломку и революционные преобразования, если вы этого захотите, ради бога. Мы это сделаем. Вопрос не во мне. Вопрос в обществе. Но лучше идти спокойно, эволюционным путем. Без ломки и революций. Настолько, насколько готово к этому общество. Любой лидер должен идти вровень с народом. На шаг или на полшага только впереди. Если побежишь вперед, даже правильно, — народ отстанет. С кем ты будешь проводить эти правильные реформы и преобразования?

— Если Вы станете Президентом, будете ли Вы и далее гарантировать, что Беларусь не станет фронтом агрессии против Украины?

— Неужели в Украине еще в этом сомневаются? Я уже не раз возвращался к этому вопросу. Еще когда Александр Турчинов был исполняющим обязанности президента, мы встретились на нашей реке Припять, он искренне задал такой вопрос, когда мы остались один на один. Говорит: не хотел перед журналистами задавать этот вопрос, потому что не знал ответа. Вы гарантируете то, что Беларусь не станет какой–то площадкой агрессии против Украины? Я ответил: этот вопрос ты мне задашь при журналистах. Мне скрывать нечего. Беларусь никогда не будет площадкой для атаки на любое государство. Запомните: никогда! Мы выполнили свое обещание? Выполнили. Сегодня трудно, сложно... Петр Порошенко признал, что мир в Донбассе, который был выстроен и прописан здесь в Беларуси, он стал перемирием. Даже президент Украины, который выступал радикально, он уже заговорил о том, что наступило перемирие. Значит, скоро будет мир. Я в этом убежден. И у вас вообще отпадет этот вопрос, будет ли Беларусь каким–то агрессором или пособником агрессора. Это касается не только Украины. Это касается всех, подчеркиваю. Но не дай бог кому–то захочется бряцать у наших границ оружием...

Давайте жить мирно. Хватит уже этих войн. Они везде идут: малые, большие конфликты, холодные, горячие. Хватит! Мы же родные, братья. Что мы делим? Русские, белорусы, украинцы... Делить–то нечего. Пора уже жить мирно, никому не мешая и не влезая во внутренние дела того или иного государства.

Я спокойно к тому отношусь, что Украина хочет попробовать евросоюзовского хлеба. Пожалуйста. Но, попробовав этого хлеба, вы должны иметь в виду, что за последствия вам придется нести ответственность. Я намекаю на то, сможете ли вы конкурировать в Европейском союзе? Евросоюз вам открыл зону свободной торговли, и что вы продали в ЕС? Все не так просто. Мы тоже попробовали своей переработкой сельхозпродукции, которая на порядок выше, чем в других странах СНГ, выйти на европейский рынок. И наши некоторые предприятия вышли. Но я знаю, чего нам это стоило и сколько лет заняло. Только по одному из направлений. И все остальное, что мы с Украиной производим, в Европейском союзе есть. И туда непросто будет прорваться не только в силу конкуренции, но и в силу тарифных, нетарифных мер защиты европейского рынка. И мы спокойно на это смотрим. Я знаю, что уже и Россия успокоилась в этом плане, увидев, насколько вы с Европейским союзом продвинулись в зоне свободной торговли.

Это ваше право. Вы выбрали свой путь — мы его уважаем. Мы будем приспосабливаться к тому, какую политику вы исповедуете и какой курс будете преследовать. Мы ни в коем случае ни критиковать вас не будем, если это не касается нас. Не будем противодействовать. Потому что мы родные. Но вы нам не подбрасывайте больше боевиков. Мы уже устали на границе их задерживать. С гранатами, битами, пистолетами, боеприпасами. Я уже устал читать такие доклады и смотреть фильмы и разного рода фотографии. Не надо. Давайте жить дружно.

— Несколько лет назад на такой же встрече после голосования Вы обещали пригласить к себе журналистов и показать, где и как живете...

— Вы так рветесь ко мне в дом? Я посоветуюсь со своими домашними, и мы с вами встретимся в моем доме... Я подумаю и постараюсь вас пригласить, прятать мне нечего. Тем более домов своих у меня нет. Сюда я приехал из дома, который построил еще Петр Миронович Машеров и который в нем жил. Правда, у него, наверное, была большая семья. Там было 3 или 4 спальни. Мне столько не надо. Поэтому я оборудовал там кабинет, архив. Это единственная реконструкция, проведенная в этом доме. Правда, посадил сады и собираю урожаи с земельных участков, которые были когда–то запущенны. Не думаю, что это вам будет очень интересно. Все абсолютно так, как у вас дома. Может, размеры немножко побольше. Но это уже претензии к тем, кто строил этот дом.

— Можете ли Вы гарантировать, что Беларусь на постсоветском пространстве останется самой дружественной страной для России?

— Абсолютно неправильный вопрос. Мы не просто останемся, как сейчас, дружественной страной с нашей Россией. Это братская и самая близкая нам страна. В этом вы можете не сомневаться. Это я говорю при западных журналистах. Чтобы там, в российских средствах массовой информации, больше не крутили и не вертели, что тут куда–то поворачиваемся и так далее. Я понимаю, почему так происходит. Потому что в России есть некие силы, они знакомы мне с давних пор и свою позицию не меняют, которые хотели бы испохабить наши отношения. Это у них не получалось и не получится. Мы не просто будем с вами дружеской страной. Мы родные народы и родные страны. И этой позиции мы будем придерживаться всегда. Конечно же, имея свою точку зрения. Конечно, кому–то не нравилась изначально занятая нами позиция по Украине. И что? Сейчас и вы ее поддерживаете. Если где–то непорядок среди двух братьев, то третий не должен подливать масла в огонь. Он должен делать все, чтобы братья никогда не то что не дрались — не конфликтовали. И мы занимаем именно такую позицию. И не дай бог у нас был бы какой–то конфликт с Россией — украинцы бы заняли такую позицию. Не дай бог с украинцами было бы какое–то непонимание — Россия заняла бы такую позицию. Мы хотим мирной жизни. А россияне для нас всегда были и экономически, и политически братьями. Нравится это кому–то или нет.

— Если можно, несколько слов о перспективах отношений между Беларусью и Китаем.

— У нас никогда не было таких добрых, близких, стратегически важных отношений с Китайской Народной Республикой, как сейчас. Мы будем развивать, как и развивали наши отношения. Мы будем идти только вперед, выстраивать очень хорошие отношения. Нам дорого обошлись, в плане дипломатическом, наши отношения с Китаем. Мы их выстраивали больше двадцати лет. Я еще был депутатом, когда в первый раз приехал в КНР. Будучи в Парламенте, я всегда говорил: посмотрите на Китай. За этой страной будущее. Возьмите стенограмму и посмотрите, что мне оппозиционеры тогда ответили. Коммунисты промолчали, а оппозиционеры сказали: еще чего, мы же не банановая республика, что будем ориентироваться на Китай. А сегодня с Китаем любое государство радо иметь хорошие отношения. Мы их выстроили до того, как вы стали настоящей, мощной империей. И мы этим дорожим.



Как показатель будущего наших отношений могу привести слова Си Цзиньпина, а с ним мы хорошо знакомы задолго до его президентства. У нас дружеские отношения. Он мне сказал: Китай готов поддержать Беларусь по всем направлениям и в любое время. И ко мне обратился: ты понял, что я сказал? Я готов сделать для Беларуси все, что нужно, и поддержать ее вопреки всему. Это дорогого стоит. Китай просто так слов на ветер не бросает. Поэтому у нас прекрасные отношения. А экономика сегодня будет вертеться вокруг идеи Шелкового пути. Мы уже начали реализовывать одно из предложенных Си Цзиньпином направлений. Один из узлов мы здесь развиваем. Парк «Великий камень». Огромное строительство здесь идет. Здесь будут самые продвинутые и передовые производства будущих поколений. Мы приглашаем все компании, чтобы они на это место пришли со своими производствами. Требование одно: суперпроизводство завтрашнего дня. Другое нам здесь не надо. И мы имеем много компаний, готовых сюда прийти.

Вот это и есть итог на сегодня наших отношений с Китайской Народной Республикой. И, пользуясь случаем, я хочу поблагодарить КНР за поддержку и помощь в это сложное время для Беларуси. И кредитную, и инвестиционную, и по поставкам и закупкам нашего оборудования и техники в Китай. За все. С Китаем у нас сегодня нет никаких проблем.

— Разъясните, пожалуйста, ситуацию с российской военной базой.

— Нам не надо никаких баз. Поймите одну простую вещь. Я ни перед кем не заигрываю и на злобу дня не высказываюсь. Мы с Россией не только строим Союзное государство, мы еще и в ОДКБ. Это военно–политический союз. Так, как и НАТО. В рамках ОДКБ у нас разделены зоны ответственности. Мы находимся на Западе. В непосредственном соприкосновении со структурами Североатлантического альянса. Это факт. Исходя из этого — мы не хотим воевать и всегда об этом говорим, но порох держим сухим — мы выстраиваем некую адекватную политику. В связи с этим в рамках ОДКБ и прежде всего Союзного государства мы заключили с Россией соглашение и массу в его развитие договоров по обеспечению нашей экономической, политической и военно–политической стабильности. Мы здесь, на западном направлении, вместе с Российской Федерацией создали соответствующую военную группировку. Ее основу составляет белорусская армия. 70 тысяч штыков на сегодня. Она постоянно совершенствуется, модернизируется. Мы смотрим на конфликты в Украине, Сирии, раньше в Ираке, в других местах. Смотрим, какими методами сегодня ведутся войны, и делаем соответствующие выводы, приспосабливая наши Вооруженные Силы к этим конфликтам. После иракской кампании мы буквально перевернули строительство своих Вооруженных Сил. И после этого еще дважды. Последний раз после украинского конфликта. Приспосабливая свои Вооруженные Силы к возможному какому–то конфликту.

У нас с Россией договор о создании группировки на западном направлении — в нашей зоне ответственности. Суть в том, что если, не дай бог, на Западе возникнет конфликт — белорусская армия решает проблему прежде всего своими Вооруженными Силами. Буквально в течение нескольких дней Россия своими вооруженными силами нас поддерживает. Таким образом, упаси нас господь воевать, но если придется... Дело не в базах, а в том, что мы насмерть, как это когда–то было, будем с россиянами и всеми, кто хочет нас поддержать, стоять здесь в Беларуси. Скажите, для того чтобы сейчас обеспечить эти условия, нам нужна какая–то база? Особенно военно–воздушных сил. Что решают самолеты, которые будут перебазированы из России и будут здесь посажены на какой–то аэродром? У нас их хватает. Что они решают? Если бы они в Пскове или Смоленске базировались, это что, разница большая? Нет.

Нам не это сегодня надо. Нам надо, хотя в основном все горячие проблемы решены, противовоздушная оборона. Я уже рассказывал. У нас было два направления слабо прикрытых: брестское и под Минском. Я перед россиянами поставил вопрос: надо закрывать. Времена были не такие плохие в России, но денег не нашлось. Тогда я попросил продать из резерва С-300. Мы купили их. Наши ребята их модернизировали, и мы все направления закрыли. Но если бы Россия подкрепила нас ракетным вооружением, нам не надо было бы тратить огромные деньги для создания таких систем, как «Полонез». В районе 200 километров дальность действия. Мы сделали это без России. Сегодня мы работаем над другими системами, которые сделают невозможной войну против Беларуси. Самолеты, даже если это будет полк, не охладят натовские головы, а ракеты — да.

Поэтому ПВО и мощные ударные ракетные системы — для обороны Беларуси и России. Вы должны знать, что если скажете, что захотите воевать со своей территории или из Польши с Россией... Мол, белорусы, мы будем воевать, а вы ни при чем — даже не говорите. Мы сразу же начнем против вас войну. У нас соглашение об этом с Россией. Мы будем здесь, в Беларуси, защищать российскую землю. Через несколько дней нас будут подкреплять и самолеты, и крылатые ракеты и прочее, прочее, прочее российской стороны.

Если Россия согласится нам передать полк самолетов — завтра там будут самые лучшие пилоты белорусских Вооруженных Сил. У нас прекрасные вузы созданы. У нас прекрасная практика.  Мы готовим прекрасных летчиков.

Я с Путиным еще не обсуждал эту проблему. Это средства массовой информации что–то вытащили, наверное, с заседания правительства в России, и вбросили информацию непонятно зачем. Мы с Владимиром Владимировичем обсудим эту проблему. Если Россия видит, а мы чего–то не видим, Россия нам скажет. Может, мы в чем–то ошибаемся. Но если вопрос будет о военно–воздушных силах, он будет поставлен однозначно: пожалуйста, дайте нам эти 24 самолета. Не хотите отдать, продать — дайте в аренду. И я сомневаюсь, что Россия будет создавать эту базу. Это огромные деньги. Если Россия на это не пойдет, я тоже уже говорил. Десятый модернизированный на нашем заводе самолет в ноябре в Вооруженные Силы поступит. Еще десять — в будущем году. Те же 20 самолетов, которые я когда–то просил у Владимира Владимировича Путина.

Но я не понимаю вас: чего вы возбудились? Допустим, эта база была бы в Беларуси. Какую проблему она решает? Какая разница для Су–27 подняться с аэродрома в Бобруйске или же из Пскова или Смоленска или даже из Москвы. Абсолютно никакой. 500 километров для этого самолета — не расстояние. Просто журналисты это схватили, начали мусолить в СМИ, пугая народ. Не надо пугаться. Вот вам честная, искренняя позиция.

— Какое будущее общественно–политической жизни в случае Вашего избрания?

— Сегодня встречи проводят те, кто может организовать эти встречи. Никто никому не мешает. Может Короткевич, Гайдукевич, Улахович организовать — организовывайте. Мы никому не мешали. Даже когда вчера не в первый раз в нарушение закона вышли на улицы — там не было ни одного милиционера. Это было мое требование. Не трогать до выборов. Посмотрим, какой вывод сделают здесь наблюдатели. БДИПЧ, ОБСЕ... Кто только хотел, мы всех пустили. Их тысяча человек приехала из–за границы. Я запретил любые телодвижения даже там, где нарушались законы. Но хочу сказать: выборы заканчиваются в 20 часов. Начинайте жить по закону. Мы ни им, никому не позволим дестабилизировать обстановку.

Поймите, меня не это волнует. Я давно говорил: мы знаем всех оппозиционеров поименно. Их 400 человек вместе со сторонниками в нашей стране. Из 7 миллионов избирателей. Что это такое? Это капля в море. Есть еще зеваки, которые обычно за ними ходят. Но никто не понимает, что происходит за спинами этих оппозиционеров...

Еще раз говорю: выборы заканчиваются в 20 часов. Советую соблюдать законы. Не потому, что мы боимся этих 400 человек. Мы переживаем за тех зевак, которые обычно собираются вокруг. И меня настораживает — я не зря сказал украинцам: хватит посылать боевиков. Мы их сотнями задерживаем на границе, и они не могут объяснить, зачем сюда идут. Они просто не думали, что Лукашенко сможет закрыть границу. А мы ее закрыли. Мы очень многих вынуждены были вернуть. Но если были с боевым оружием — задерживали. Вы же этого не знаете, когда ходите по улицам.

В сюжете по телевидению очень правильно связали эти события с теми, когда взорвалась граната у Верховной рады. Погибли люди. Кто за это ответил. Поэтому входите в законное русло...

Официально проводить акции — не проблема. У нас определены места, как в Великобритании. Хотите, еще раз посмотрим на эти места. Хотите — собирайтесь. Я это буду приветствовать. Пусть собираются, обсуждают проблемы, критикуют власть и становятся оппозицией. Если вы будете и дальше жить на зарубежные гранты, мы эти деньги отбирать не будем, обещаю, но будем народу говорить, на чьи деньги вы ведете пропаганду и какую. Все будет честно — гарантирую. Если вы не будете переходить черту, Рубикон, мы никогда не будем никого ловить, мочить, как в других государствах, это я обещаю. Как только вы преступите некий Рубикон, который принят в обществе, вы знаете, что будет.

— Заявлено, что будут приостановлены санкции против Беларуси. Как Вы к этому относитесь?

— Вы радуйтесь, что будут приостановлены санкции. Это же не против Лукашенко санкции, а против государства, против белорусского народа. Радуйтесь. Чего же вы страдаете? Они (Запад. — Прим. ред.) убедились, что санкции — это во вред. Беларусь — порядочное государство. Мы ведь не закрыли для экономики Запада ни их транзит, как от нас требовали. Мы не сделали то, что могли сделать в экономике. Не стали бучу устраивать и осложнять ситуацию в Украине. Они поняли, что мы нормальное государство. Здесь живет нормальный народ. Мы сделали все, что они хотели.

— Учитывая кризис в белорусской экономике, может, проще было отменить выборы?

— Кто вам сказал, что у нас кризис такой, что нам надо отменить выборы? Вы бы радовались, если бы я выборы отменил. Может, не вы конкретно, но в Польше нашлось бы немало людей, которые бы руки потирали и были рады, если бы мы отменили выборы. Мы такую радость вам доставить не можем. Мы — демократическое государство и проводим эти выборы. Это главное. Демос — народ, кратос — власть. Это вы лучше меня знаете. Поэтому народ сегодня определяет свою власть. Вы знаете полномочия Президента в Беларуси. Они совершенно разные, нежели в Польше. Поэтому это очень важные выборы. Народ должен определиться. Это право народа. Поэтому доставить радость отдельным силам в Польше мы не можем.

И поймите одну простую вещь: почему вы слишком упрощенно смотрите на выборы? Во–первых, очень важно, с каким багажом выйдет победитель с этих выборов. Если меня касается, то плохо будет, если в этот раз меньше, чем в прошлые выборы, проголосует людей. Значит, от меня уже люди начинают уходить и какое–то количество не довольно моей политикой. Для меня очень важно: если Лукашенко выигрывает, чтобы я сохранил то, что было в прошлые выборы.

Во–вторых, очень важно для Польши, для России, для мирового сообщества, Евросоюза, Америки, с каким результатом с этих выборов выйдет любой президент. С кем они будут разговаривать: с человеком, который имеет подавляющую поддержку белорусского народа или который чуть–чуть преодолел эту планку. Ведь идя из оппозиции в первые выборы, Лукашенко набрал, по–моему, 83 процента голосов во втором туре. И я этот уровень сохранял. Это две трети населения. Это сильная поддержка. И хотим мы этого или нет, но я тоже, когда веду разговор с каким–то президентом, всегда держу в голове, сколько народа его поддержало. Это тоже важно.

Но и не это главное. Если Лукашенко изберут, то жизнь на этом не останавливается. Я должен, исходя из того, что есть, продолжить очень быстрое движение по выходу на нормальный уровень развития Беларуси. Вот что для меня главное. Я должен обеспечить безопасность народа. Избрали бы другого, ему что–то бы простили на первых порах. Мне ничего не будет прощено. Ни зарплаты, ни экономика, ни безопасность, ни оборона, ничего. С меня сразу спросят, где же ты был все эти годы? Поэтому я живу этими вопросами, а не тем, что отменить выборы — не отменить. Это, мягко говоря, какой–то неожиданный для меня вопрос.

— Вы говорили, что выборы должны быть праздником. И что бы Вы пожелали народу, как это принято в праздник, чтобы он жил безбедно и счастливо?

— Будем работать — будем иметь все. Для того чтобы нормально жить, в Беларуси сегодня есть все. Но прежде чем требовать что–то от меня или от кого–то из людей, посмотрите внутрь себя. Все ли вы делаете для того, чтобы жить нормально? Если вы не покладая рук изо дня в день пашете, трудитесь и не имеете, к примеру, зарплаты, значит, здесь что–то не так. Значит, надо уже во власти что–то искать. Если вы где–то недорабатываете, а хотите жить, как на Западе, разве будем жить нормально? Поэтому прежде чем чего–то требовать от власти, посмотрите на себя.

А пожелать... Я своему народу ничего не могу пожелать, у него все есть. Он талантливый, мудрый... Есть все. Единственное, что хочу пожелать, — здоровья. Остальное купим. Заработаем. Мы умеем это делать.

— Как Вы относитесь к тому, что один из кандидатов — женщина?

— Я очень этому рад. Это нормально. Я понаблюдал, да — оппозиционер. Но не кричит же «на плошчу», ломать, крушить и так далее. Вполне вменяемый, нормальный человек. У нее свое понимание, как у той же Алексиевич. При этом более глубокое понимание. Ну и что? Сколько у нас тысяч людей в Беларуси со своим мнением? В том числе оппозиционным. Я что, против них воевать буду? Нет. Это их право. Я должен их разубеждать. И не торопитесь, время, жизнь покажет, кто был прав. К примеру, в 2010 году нам был заготовлен Майдан. Вы не слышали, когда я сказал, что Статкевичем в то время управляли из Киева. Иди, садись в премьерское кресло и управляй. Он говорит: как сядешь, если не пускают? И начали ломать двери. И очень много примеров. Не хочу ворошить. Нам был уготован Майдан. Я знал, к чему это может привести, и принял соответствующие меры. Без гранат, без взрывов, без слезоточивого газа, без водометов. Так или нет? Так! Спокойно всех поставили на место. А если бы не сделали?

Тогда не получилось. Еще раз пытались какие–то хлопки, смешки, через интернет — не получилось. Сломали Украину... Теперь–то вы поняли, что Лукашенко был прав? Вот выборы и покажут: прав был или нет.

Поэтому прежде чем думать о чем–то личном, отрабатывать на Западе деньги, надо подумать, что мы живем в конкретной стране и что для нее важнее. Это я говорю о будущем и абсолютно не беспокоюсь о сегодняшнем дне. Мы живем в спокойной, нормальной стране. Она будет и впредь такой.

Советская Белоруссия № 196 (24826). Понедельник, 12 октября 2015
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: БелТА
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?