Источник: Союзное вече
Союзное вече

Народная артистка РСФСР Алла Демидова: предположить не могла, что Высоцкий станет легендой

В интервью «СВ» знаменитая актриса рассказала, как правильно читать поэзию XX века, могут ли современные авторы, как «шестидесятники», собирать стадионы и о том, что никогда не поймет коллег, предавших легендарного режиссера «Таганки» Юрия Любимова.

В «Поэме без героя» в московском «Гоголь-центре» актриса играет Анну Ахматову, которая видит в магическом шаре лица покинувших ее друзей и близких.
gogolcenter.com

ЧТО НАПИСАЛА, ТО НАПИСАЛА

Актриса неожиданно для всех дебютировала на экспериментальной сцене «Гоголь-центра» (бывшего Московского драматического театра имени Гоголя) – с моноспектаклем «Ахматова. Поэма без героя».

– Вы не впервые обращаетесь к поэме Анны Ахматовой.

– Много раз исполняла со сцены «Поэму без героя», но это было просто чтение стихов. Художественный руководитель  «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников был первым, кто поставил спектакль. Также в постановке звучат ахматовский «Реквием» и фрагменты из ее «Северных элегий».

– Не хотелось упростить, сделать ее более понятной современному зрителю?

– Пришла к выводу, что не нужно этого делать. Сама Ахматова в предисловии пишет: «Что написала, то написала. Никаких третьих, седьмых и двадцать девятых смыслов поэма не содержит. Ни изменять ее, ни объяснять не буду». Кирилл Серебренников тоже не ставил задачи вскрывать какие-то внутренние пласты.

– Поэты-«шестидесятники» собирали многотысячные стадионы. Как думаете, сейчас такое возможно?

– На мои поэтические вечера в московском Зале имени Чайковского приходят три тысячи человек. В Большом зале филармонии в Петербурге – пять тысяч. Всегда аншлаг. Причем эти концерты устраиваю чаще раза в месяц. И не я одна: Вениамин Смехов, Александр Филиппенко и много-много других актеров. Значит, потребность в поэзии у общества есть. Да и молодых авторов сегодня предостаточно.

В ТЕАТРЕ НА ТАГАНКЕ ВСЕ БЫЛИ ОДНОГОДКАМИ

– Тридцать лет творческой жизни связаны у вас с легендарной «Таганкой». В чем особенность этого театра?

– Мы все были одногодками, поэтому не существовало иерархии возрастов и званий. Начинали вровень. Даже предположить не могла, что Высоцкий станет легендой. Наравне со всеми Володя играл в массовках и эпизодах. Всегда хорошо пел. Однажды после спектакля устроил нам настоящий концерт. Только тогда почувствовала, что он другой, не такой, как большинство.

Володя был неповторимым, особенно в последние годы. Обладал удивительной энергией. К сожалению, в полной мере оценила, что значил для меня Высоцкий-партнер, только когда его не стало.

– Почему актеры «Таганки» прохладно восприняли ваши с Высоцким режиссерские эксперименты?

– Никогда не знаешь, что ждет впереди. В конце 1970-х пришло время камерных спектаклей – на одного-двух исполнителей, в которых можно исследовать человеческие отношения. Поскольку с Высоцким сложился сценический тандем, решили попробовать себя и в режиссуре.

Сначала была идея поставить композицию по письмам и дневникам Толстого и его жены Софьи Андреевны. Не сложилось.

Потом специально для нас Виталий Вульф перевел пьесу Теннесси Уильямса «Крик» – историю сложных взаимоотношений брата и сестры. И вот мы поставили первый акт, устроили прогон. Повесили в театре объявление:

«В три часа приходите в зал». Не пришел никто, кроме художника спектакля Давида Боровского и его приятеля. Все подумали: «Ну Боже мой, сколько раз еще будут эти прогоны, зачем нам сейчас это смотреть?» Вскоре театр отправился на гастроли в Польшу, а через полтора месяца после возвращения Высоцкий умер...

Идею сыграть принца датского Высоцкому подала именно Алла Демидова. В роли королевы Гертруды в спектакле «Гамлет», 1971 год.
Михаил СТРОКОВ/ТАСС

НАСТОЯЩИЙ УЧИТЕЛЬ

– Легендарного создателя «Таганки» Юрия Любимова вы называете своим Учителем.

– Юрий Петрович – режиссер-новатор. Один из немногих в истории нашей сцены, кому удалось соединить условный театр с реализмом русской психологической школы. Критики писали, что Театр на Таганке «ставил диагноз болезням общества», формировал мнение, воспитывал вкус зрителей.

Театр менялся вместе с Любимовым, и – да, для меня он всегда был Учителем. Если, например, с режиссером Теодоросом Терзопулосом могу общаться по-товарищески, то с Юрием Петровичем у нас были отношения родителя и ребенка. Когда в 1992 году произошел раздел театра и часть труппы ушла, у меня не было сомнений, на чью сторону встать. Никогда не смогу понять коллег, предавших своего Учителя.

– В этом году Юрию Любимову исполнилось бы сто лет. Будете участвовать в торжествах?

– К юбилею Юрия Петровича с режиссером Анатолием Васильевым ставим моноспектакль «Старик и море» по Хемингуэю. Но деталей раскрывать не буду. Увидите все сами – премьеру планируем на конец июля в Театре имени Евгения Вахтангова.

– В Беларусь на гастроли не собираетесь?

– Часто зовут, но пока не позволяет график. Раньше приезжали в Минск со спектаклями, в перестроечное время – с поэтическими вечерами. Город запомнился чистотой и доброжелательными людьми. Чувствуется, что здесь думают о человеке.

За тем, что происходит в Беларуси, всегда слежу. И, что скрывать, было очень лестно на свой юбилей получить поздравление от Президента Александра Лукашенко.

«ФРАНЦУЗСКИЕ АКТРИСЫ МЕНЯ НЕ ПРИНЯЛИ»

– Несколько громких проектов с вашим участием так и не состоялись. Почему, например, не увидел свет спектакль «Записки сумасшедшего» по Гоголю, который собирался ставить знаменитый американский режиссер Роберт Уилсон?

– Проект был интересный, но Боб работает сразу над десятью постановками. Не хотелось быть «одной из». Да и репетировать нужно было в его театральном центре под Нью-Йорком – честно сказать, испугалась, да потом еще заболела. Сейчас сожалею, что не случилось. Недавно читала интервью Боба, где его спросили и про меня. Ответил, что тоже часто вспоминает о нашем несостоявшемся проекте, но кто знает: может, все еще впереди.

 – Как возникла идея у француза Антуана Витеза поставить с вами «Федру» Расина в знаменитом «Комеди Франсез»?

– Витез на тот момент был директором этого театра. Однажды увидел цветаевскую «Федру» с моим участием в Театре на Таганке. Предложил сыграть в его версии античной трагедии – на русском языке. Хотя я все равно брала уроки французского: Антуан сам оплатил мне занятия в спецшколе для иностранцев.

В начале сезона решил представить меня труппе «Комеди Франсез». Пришли все актеры и – ни одной актрисы. Режиссер сразу все понял: «Они не дадут нам поставить спектакль – будем играть в театре «Одеон». Начали репетировать, но постановке так и не суждено было осуществиться. Витез скончался от сердечного приступа. До сих пор храню у себя макеты и эскизы костюмов.

ДЛЯ ТАРКОВСКОГО МАЛЕНЬКИХ РОЛЕЙ НЕ СУЩЕСТВОВАЛО

– Всегда говорили, что в искусстве вас интересует сильная личность. Но в «Настройщике» Киры Муратовой сыграли смешную слабую старушенцию.

– Мне сразу понравился сценарий – детективная история про разные поколения. Играть пожилую даму взялась, потому что она похожа на мою любимую чеховскую героиню – Раневскую в спектакле Анатолия Эфроса. Анна Сергеевна – из тех недотеп, которых вечно обманывают, очень обаятельная и трогательная.

– Вы успели поработать и с Андреем Тарковским – в «Зеркале» у вас небольшая роль подруги матери главного героя.

– С Андреем была хорошо знакома и до съемок. Для него маленьких ролей не существовало. Все фильмы автобиографичны. Правда, моя героиня внешне совсем не похожа на своего прототипа – подругу матери Тарковского. Андрей показывал фотографию: Лиза была высокой, статной, полной женщиной, с гладко зачесанными волосами. Я же худощава, не очень высока, с короткой модной стрижкой.

Моя речь-«скороговорка» во время проб показалась Тарковскому настолько убедительной, что порт-ретное сходство большой роли уже не играло. Хотя помню, как дотошно режиссер искал костюм для моей героини: «Примерь эту кофточку, этот шарфик, посмотри эту камею».

Кстати, в одной из сцен мы говорим о Достоевском. А на дворе, по сюжету, тридцатые годы – времена, когда имя писателя было запрещено. За малейшее упоминание высылали далеко и надолго.

Однажды у нас с Андреем состоялся разговор о том, где хотели бы покоиться после смерти. Тарковский тогда сказал, что мечтает лежать один, на открытом месте, где-нибудь под Тарусой… Годы спустя на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в Париже искала его могилу. В руках была корзина с белыми цветами. Пока шла, оставляла по цветку на могилах Бунина, Добужинского, Бенуа, Сомова, Мережковского, Зайцева. И подумала, что Андрей лежит не в такой уж плохой компании.
ДОСЬЕ «СВ»

Алла Демидова родилась 29 сентября 1936 года в Москве. Окончила экономический факультет МГУ, затем Щукинское училище. С 1964 года – в труппе Театра на Таганке, где проработала тридцать лет. Играла ведущие роли в постановках Юрия Любимова, Анатолия Эфроса, Романа Виктюка, Анатолия Васильева.

В кино дебютировала в 1957 году – второстепенной ролью в «Ленинградской симфонии» Захара Аграненко. Зрителям запомнилась благодаря картинам «Стюардесса» (Ольга Ивановна), «Служили два товарища» (комиссар), «Щит и меч» (Ангелика Бюхер), «Стакан воды» (Герцогиня Мальборо).

Народная артистка РСФСР.

Автор девяти книг.
Нина КАТАЕВА

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?