Минск
-2 oC
USD: 2.11
EUR: 2.34

Минскую афишу пополнят премьеры еще двух мюзиклов Кима Брейтбурга

Мюзиклбург

Хмурым осенним утром рабочие вешали на фронтон минского Дворца культуры профсоюзов цветастую рекламную растяжку, приглашающую на премьеру мюзикла “Казанова”. Игривый тон растяжки, яркие красные буквы, больше подходящие для рекламы секс-шопа, контрастировали со сдержанными и вполне целомудренными костюмами рабочих. “Елочку скоро ставить, а у кого-то любовь на уме”, — явно думали они и даже, казалось, хихикали между собой, мол, на какую срамоту приходится созывать честной народ. Но ничего не попишешь, на дворе рынок: кто платит, тот и заказывает растяжку.

Мюзикл “Казанова” — вторая после “Дубровского” совместная работа студентов Белорусского университета культуры и искусств и московского композитора Кима Брейтбурга. “Дубровский” идет на сцене Белорусского государственного академического музыкального театра, где в декабре состоится премьера еще одного мюзикла Кима Александровича — “Джейн Эйр”. Это при живой-то и прекрасно себя чувствующей в репертуаре этого театра музыкальной мелодраме “Голубая камея” все того же Брейтбурга. Наши композиторы Владимир Кондрусевич или Олег Ходоско о таком могут только мечтать.

Как-то так получилось, что самым востребованным композитором в Минске в театральном сезоне осень/зима 2016 стал россиянин Брейтбург, затмив все прочие имена. Ситуация эта сложилась не за один день. И даже не за один год. Во-первых, многолетние вояжи композитора на “Славянский базар в Витебске”, творческие вечера и концерты, а как следствие — завязывание творческих связей с нашей творческой элитой. Во-вторых, доступность музыкального языка Кима Александровича.

Присмотришься — вроде бы перед тобой трагическая история любви княжны Таракановой и графа Орлова. Но почему такое настроение, как будто находишься где-то в кафе в Анапе? И непроизвольно начинаешь покачивать ногой в такт. И сам становишься благодушным, любишь весь мир вокруг себя. Или вот умом понимаешь, что перед тобой — Пушкин, серьезный автор, и роман “Дубровский”, но грохот стоит такой, как будто ты где-нибудь на рок-концерте прощального тура Земфиры.

Брейтбург — кассовый автор, зритель на него идет. И несет ему свою копеечку, на которую Ким Александрович купит себе новый синтезатор, а его супруга Валерия новое платье, может быть, в горошек. Мы много говорим о защите собственного развлекательного рынка, в том числе театрального, но перед настоящим талантом, как показывает пример Брейтбурга, капитулируем.

Эх, утекают из страны в четыре ручья денежные знаки в виде авторского вознаграждения российскому композитору, и ничего вы с этим не поделаете. Конечно, театры на нем тоже зарабатывают — и наши, и российские, в репертуаре которых идут поп-мюзиклы Брейтбурга, и при любой возможности директора готовы в ноги ему поклониться. Потому что Ким Александрович предлагает стопроцентный хит, как бы ни морщились снобы. И кто ж тому виной, что его гармонии написаны не под влиянием Белы Бартока? Поэт, автор либретто всех упомянутых четырех спектаклей Карен Кавалерян — тоже не Борис Чичибанин. Зато ярок и образен.

Кто мешает нашим господам композиторам нажать на клавиши и продать талант? Конкурс на создание национального музыкального спектакля, который проводил в свое время Белорусский государственный академический музыкальный театр, закончился, увы, ничем. Чахоточные музыкальные идеи не выдерживали никакой критики. Довести до ума за все эти годы удалось только один — от начала до конца — национальный спектакль “Софья Гольшанская”. Но не может же он за всех теперь отдуваться. Да и премьера состоялась три года назад...

Пусть теперь наши авторы забабахают мюзикл “Колосья под серпом твоим”, да так, чтобы продавщица с Комаровского рынка поняла все душевные муки Алеся Загорского. Пусть отбросят всякий стыд и держат себя свободно. И скажут Брейтбургу: “Дай переписать ноты!”
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...