«Мы приглашаем вас на свадьбу…»

Николай Амельченко и его фотоаппарат многих сделали счастливыми...

Ему в равной степени удавались оперативные репортажи с колхозных полей и из горячих заводских цехов, портреты простых деревенских тружеников и выдающихся деятелей науки и культуры…

Фотографию у нас чаще всего рассматривают как простую иллюстрацию к тексту, некое украшение газетной или журнальной полосы. Между тем качественный, хорошо продуманный снимок — это такое же сильное и эффективное средство воздействия на общественное сознание, как и слово. А порой, может быть, и сильнее.

Два примера.

Фотограф бродил по полупустым залам Художественного музея. Посетителей на выставке не было, картины равнодушно смотрели друг на друга, и только в дальнем уголке зала сидели двое — он и она. Молодые, красивые. Их лица светились.

Фотограф не удержался и снял их. Через день фото появилось в газете. А еще через день в редакцию пришел парень, герой этого снимка, расстроенный, опечаленный. Оказывается, он тогда встретил свою давнюю подругу, которая когда-то обещала ждать его из армии, но терпения не хватило, и она вышла замуж за другого. Они зашли в музей, поговорили, вспомнили прошлое — вот и все. А когда появился снимок, жене этого парня подсунули газету, разгорелся скандал.

— Теперь она требует развода. А я этого не хочу. Что делать? — в глазах у парня были тревога и мольба.

Фотографу пришлось взять перо и написать его жене, что опубликованный снимок — постановочный, организованный. Дескать, он с трудом уговорил этих двух незнакомых молодых людей попозировать, и поэтому за все, что так получилось, он берет вину на себя. Извинившись за невольно причиненные неприятности, в конце своего письма счел необходимым приписать: «Столь преданным и надежным мужем нужно только гордиться…»

Примерно через месяц фотограф увидел своего знакомого в парке — с женой и маленькой дочуркой. Они были веселы и счастливы.

А однажды, завершив съемку, фотограф уже у самого выхода из цеха увидел молодую ткачиху, которая очень эффектно смотрелась в лучах солнечного света, и невольно потянулся к фотоаппарату. К нему подбежал взволнованный мастер: «Зачем вы ее фотографировали? Это одна из самых отстающих ткачих. Сколько ни беседовали — ничего не помогает…»

Что поделаешь, пришлось выигрышный кадр списать в архив.

Через некоторое время фотограф снова оказался на этом предприятии. Проходя мимо фабричной проходной, он увидел на Доске почета знакомое лицо. Присмотревшись, узнал ту самую девушку, которую он тогда снял в лучах солнца. В комитете комсомола рассказали, что с ткачихой произошла удивительная метаморфоза. За короткое время из отстающих она вышла в лидеры. Не только делает полторы нормы, но и выдает продукцию высшего качества. Комитетчики убедительно рекомендовали напечатать в газете ее портрет.

Через полгода фотограф получил от девушки письмо: «Когда вы впервые появились в нашем цехе, мне стало немного завидно, что вы фотографировали других девчат. И вдруг вы остановились возле моего станка, я услышала щелчок фотоаппарата. Потом я видела, как вам что-то горячо говорит мастер, и я была уверена, что он говорит обо мне нелестные слова… В те минуты я дала себе слово, что стану иной, стану не хуже, а даже лучше тех, кого вы в тот день фотографировали. Свое слово я сдержала.

Более того, когда снимок появился в газете, ко мне неожиданно пришло огромное количество писем от парней. С одним из них я стала переписываться, и вот мы решили пожениться. Как видите, ваш снимок на моей судьбе отразился удивительным образом. Я очень счастлива и бесконечно вам благодарна. Очень просим приехать на нашу свадьбу…»

Эти примеры я взял из только что вышедшей в свет книги Николая Амельченко «Дороги и встречи: эпоха в лицах». Пусть не покажется вам несколько громким это название. Оно абсолютно точно отражает ее содержание. Сотни великолепных портретов и замечательных фотоэтюдов — это действительно остановленные мгновения, яркие и впечатляющие слепки уже ушедшей от нас эпохи. Силой своего искусства фотомастер заставляет нас по-новому вглядеться в лица этой эпохи: Петра Машерова, Алексея Маресьева, Ивана Кожедуба, Иосифа Каминского, Андрея Сахарова, Петра Климука, Константина Симонова, Василя Быкова, Владимира Короткевича, Петруся Бровки, Владимира Мулявина…

С Николаем Амельченко мы проработали вместе более десяти лет. Уже и тогда молодой фотожурналист поражал жадной пытливостью ко всему новому, необычному, что происходило в нашей жизни, удивлял зоркостью взгляда, умением мгновенно выхватить из потока повседневности главное, существенное, восхищал уровнем своего мастерства.

Ему в равной степени удавались оперативные репортажи с колхозных полей и из горячих заводских цехов, портреты простых деревенских тружеников и выдающихся деятелей науки и культуры, обстоятельные отчеты с партийных съездов и других важных мероприятий. По правде говоря, мы, его младшие коллеги, по-доброму завидовали этой профессиональной вездесущести, этой неукротимой творческой энергии.

Почти за пять десятков лет работы в журналистике у Николая Амельченко образовался огромнейший фотоархив. Подлинное богатство, своеобразная видеолетопись нашей страны. А если еще учесть то, что почти к каждому своему снимку у Николая Алексеевича есть интересный, эмоциональный рассказ, как этот снимок добывался, то это уже не просто немая летопись, а живой, увлекательный фотороман.

— И почему ты все это богатство держишь под спудом? — не удержался я однажды от дружеского упрека, рассматривая его многочисленные фотоальбомы. — Надо же издавать книгу!

— Да ну… — отмахнулся Николай Алексеевич. — Некогда мне этим заниматься.

Прошли годы. Амельченко постепенно отошел от активной журналистики, появилось время пересмотреть накопленный фотоматериал, отобрать лучшее, осмыслить его и скомпоновать нечто цельное, органичное. Иными словами, сделать книгу.

И вот эта книга у меня в руках. Я рекомендую читателям «Рэспублiкi» познакомиться с ней.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.3
Загрузка...
Новости