Мы чертили в небе тонкую полоску

Корреспондент «СГ» училась летать на «Злине» и узнала, что общего у пилотов и фермеров

Корреспондент «СГ» училась летать на «Злине» и узнала, что общего у пилотов  и фермеров
НА АЭРОДРОМ Республиканского общественного объединения любителей авиации и владельцев воздушных судов (РООЛАВВС), обосновавшегося рядом с деревней Войровка Пуховичского района, ступаю с некоторым холодком в сердце. Еще бы: мне предстоит подняться вместе с лихими авиаторами в небо, взяться за штурвал, который видела только в фильмах. Перспектива кружит голову – вот оно, небо, вот она, девушка, вот он, самолет. Романтика. Но признаюсь как на духу — тревожно. Легкомоторный «Бекас», с помощью которого обрабатывают поля химикатами, уже улетел. Мне же предстояло подняться в небо на «Злине» и посмотреть на землю свою родную, на луга, поля, цветы, обозреть окрестности на предмет пожаров, несанкционированных свалок…


Но сверху видно все, ты так и знай

По краям взлетно-посадочной полосы, на которой ни сантиметра асфальта (всю траву накануне начисто «выбрили» зубами бараны и коровы местного фермерского хозяйства – их сюда выпускают попастись), знаки с красно-белыми полосками, развевающийся «сачок», который показывает направление ветра. Слева – кукурузник Ан-2, раритетный Як-52, «Злин-43», сверхлегкий «Бекас Х-33 912», популярный Cessna 172. Еще пару лет назад видеть крылатую технику было в диковинку, а сейчас привычное дело. 

«191-й — Войровке. Иду тридцать слева полосы три-три!» — на профессиональном сленге пилот запрашивает разрешение на посадку. Это его, кстати, мы и ждем, поглядывая из окна на взлетку. «Продолжай заход», – отвечает председатель общественного объединения Сергей Исаченко. В ответ короткое: «Понял». Узнаю: за нарушение правил радиообмена можно схлопотать взыскание, вплоть до отстранения от полетов. Да и без разрешения никак: а вдруг другой самолет готовится к посадке или на площадке посторонний объект.

РООЛАВВС объединяет около 500 бывших военных, гражданских летчиков и просто любителей авиации. Одним словом, всех, помешанных на небе, шутят здесь. Те, кто не имеет свидетельства пилота, могут окончить специальные курсы при Высшем авиационном колледже. За 150 академических часов они получают азы в области авиации, сдают экзамены, проходят врачебно-летную экспертную комиссию. А дальше – самолеты.


Председатель РООЛАВВС Сергей ИСАЧЕНКО.

— Обучаться летать на них — дорогое удовольствие, — говорит Сергей Григорьевич. — Теория обойдется порядка 5 миллионов, немало денег нужно потратить на практические занятия. Самолеты работают на авиационных бензинах, которые ни у нас ни в России не производятся. Закупаем за рубежом, стоимость литра — больше двух долларов. А, например, Cessna 172 потребляет в среднем 40 литров в час. В этом плане подешевле «Бекас» – сверхлегкий самолет, который работает на автомобильном топливе. 

Тем временем Юрий Серов плавно приземляется на своем «Злине». Он приезжает в Войровку на лето из России. По специальности — авиационный инженер, но не упустил возможности научиться летать. Он любезно соглашается провести для меня мастер-класс. Убираем железную опору и закрываем двери. Заводим двигатель, вращается воздушный винт. Чтобы слышать друг друга, надеваем наушники с микрофоном. Каждого из нас Юрий просит что-то произнести для проверки звука. Есть разрешение на взлет, «Злин» резво срывается с места. Вспомнив не к месту предыдущие свои взлеты на «Боингах», успела подумать, что короткой семисотметровой полосы нам не хватит, мы куда-нибудь врежемся, но не успела я эту мысль додумать, как между нами и землей уже оказалось минимум сто метров воздушной прослойки. 

Летим. Рычаг для управления, который отличается от привычного «рогатого» штурвала, и педали для поворотов у нас спарены. Вижу, как пилот невозмутимо управляет ими, будто играя на гармошке, стараюсь запомнить его движения. Мы в 250 метрах от земли. Юрий, замечая мою тревогу, лишь улыбается: «Сколько летаю, а не перестаю любоваться вашими полями. У нас в России, сплошь и рядом заброшенные участки, у вас – ни одного! Все обработано, аккуратно и красиво».




На скорости около 240 километров в час в мгновение ока облетаем Подлядье, Новополье, Шабуни, Войровку и другие деревни. Ни свалок, ни подозрительных дымков из лесного массива не замечаем. В противном случае пилот связался бы по рации с аэродромом (откуда потом звонят председателю сельсовета или МЧС) и сообщил бы о замеченных нарушениях.

Воздушно-фермерский тандем

Приобщали здешних пилотов и к раскладыванию приманок от бешенства для животных. Есть здесь и знаменитый немецкий истребитель «Мистер Шмидт», который снимался в фильме «В бой идут одни старики» и участвовал в реконструкциях сражений Великой Отечественной войны на «Линии Сталина». Устраивают пилоты экстремальные выступления со штопорами, бочками и петлями на Яке (истребитель, на котором также воевали). 

С почтением Сергей Исаченко относится и к сверхлегким «Бекасам», с помощью которых нередко обрабатывают сельхозугодья. Их на аэродроме шесть, четыре в небе. Если у «Злина» взлетная масса больше тонны, то у этого не превышает 500 килограммов. Сопровождающий нас руководитель фермерского хозяйства «Судьба» Владимир Никитик с легкостью сдвигает его с места. У стоящего перед нами «Бекаса» всего два сиденья, расположенных друг за другом со спаренными педалями и рычагами для обучения, а за ними бочка для химикатов и удобрений.


Пилот Юрий СЕРОВ.

Отец Владимира Никитика Валерий Сергеевич много лет отслужил в сельхозавиации, а в 1990-х, оказавшись на пенсии, решил заняться фермерством и учредил свою «Судьбу». Несколько лет назад, когда РООЛАВВС лишилось своей взлетно-посадочной площадки недалеко от Минского моря, предложил ему «приземлиться» здесь. Долго пришлось обивать пороги, чтобы создать аэродром «Войровка». На одну только инструкцию по производству полетов нужно было собрать около 15 подписей. Но зато есть теперь «Войровка» и в международных реестрах, и на авиационных картах. Не меняя сельхозназначения участка — сюда нередко запускают живность «Судьбы» для пастьбы, косят траву. Мне показывают уникальные снимки, как овцы и коровы спокойно, не опасаясь крылатых машин, трапезничают. 

Пилоты в благодарность за место дислокации должны были помогать фермерскому хозяйству с обработкой полей. Валерий Сергеевич стал активно использовать для химических работ относительно недорогую сверхлегкую авиацию. Цена «Бекаса» в пределах 30—35 тысяч долларов, стоимость наземной техники выше, да и по производительности уступает – около 50 гектаров в час, в то время как у сверхлегкой авиации – до двухсот. Кроме того, наземные опрыскиватели вытаптывают 2—7 процентов посевов. А еще — один самолет высвобождает труд 14—20 рабочих и 7—10 тракторных агрегатов.  

— Управлять «Бекасом» непросто, — рассказывает единомышленник и старый друг Валерия Никитика Сергей Исаченко. – Он обрабатывает поля на высоте не более двух-трех метров на скорости 140 километров в час, поэтому пилот должен быть очень квалифицированным.


 Концентрация действующего вещества здесь высока. Если в кукурузник можно залить тонну раствора, то в «Бекас» лишь 100 килограммов. Распыление идет в микродозах в виде тумана. Работать можно при температуре не выше 25 градусов, иначе раствор испаряется. 

АгроАЭРОтуризм?

После смерти Валерия Сергеевича его дело продолжают сыновья, которые также ратуют за использование железных птичек. Все трое, будучи студентами, мчались когда-то на всех парах помогать по хозяйству. Один, правда, обосновался в Минске. 

— Почему решили остаться в деревне, это ведь нелегкий хлеб? – спрашиваю у Владимира.

— Знаете, я ведь и школу заканчивал в Минске, но что там делать? Одни бетонные коробки. На летние каникулы всегда ездили помогать к бабушке и дедушке в деревню на Гродненщину. Потом отец начинал здесь все с нуля. Пустое поле, а теперь, посмотрите, лесок, дом, строимся. Привыкли. Я окончил сельскохозяйственный техникум, затем Белорусскую государственную сельхозакадемию. В школе учился не очень, а здесь был стимул, даже ездил на полгода на производственную практику в Англию.


— А сами летаете?

— Конечно, я окончил курсы. Правда, сейчас за штурвал сажусь все реже, работы много. Да и для меня это, как сесть за руль автомобиля — натешился. Летаю время от времени, чтобы не терять сноровки. 

Вместе с братом фермер выращивает зерно, сено, картофель… Да и всякой твари у них по паре – овцы, вьетнамские свинья, утки, куры, недавно приобрели породистых кроликов. Работников фермы кормит бесплатно. А еще похвастался баней на колесах, на которой можно заехать на берег реки Птичь и окунуться после парилки в прохладную воду. В планах заняться агротуризмом. Конечно, ведь здесь для этого все условия – и хлеб с фермы, и зрелища — аэродром и природа. 

korshuk@sg.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Сергей ЛОЗЮК
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости