Народная газета

Любовь с особой жестокостью

В Могилеве будут судить 26-летнего сельчанина, который обвиняется в избиении до смерти четырехлетней падчерицы

Вику в реанимацию Могилевской областной детской больницы доставила “скорая”. На теле ребенка живого места не было. После эксперты подсчитают: девочке нанесли более полусотни ударов. Неделю медики боролись за ее жизнь, провели сложнейшую операцию — трепанацию черепа. Но, увы, спасти кроху не смогли. Отчим девочки Степан Гулимов арестован и скоро предстанет перед судом. Статью “Тяжкие телесные повреждения”, которую ему вменяли в вину изначально, переквалифицировали на “Убийство заведомо малолетнего лица, находящегося в беспомощном состоянии, совершенное с особой жестокостью”...

Коллаж Олега Попова

Анжела Тоисева дочку растила одна. И, как многие мамы-одиночки, надеялась: если в первый раз не получилось, во второй она точно не ошибется. Встретится на ее пути хороший человек, будет у них большая чистая любовь, полноценная семья. Потому, когда на вокзале к ней подошел Степан, Анжела восприняла это как знак свыше. Рассудила так: она из Чаус, он деревенский, и раз уж их пути пересеклись в большом городе Могилеве, это точно неспроста. Отношения между Анжелой и Степой развивались довольно быстро. Спустя месяц после знакомства Анжела представила ухажера своим родным. Он тоже отвез ее в деревню, где жила их многодетная семья. Родители Степы непьющие, работящие, дочку ее как родную приняли. Да и сам Степа к Вике относился хорошо и называл ее доченькой. Анжела, работавшая и большую часть недели проводившая в Чаусах, несколько раз даже оставляла Вику в деревне у Гулимовых. Родные Степана были не против: пусть дитя растет “на свежем воздухе”.

Не отвернулась Анжела от Степана даже тогда, когда узнала, что у жениха есть несколько судимостей. Позже она признается следователям, что всецело ему доверяла:

— За год, что мы встречались и даже жили вместе, у нас не было ни одной ссоры. Да и ни с кем другим он никогда при ней не конфликтовал. Был адекватным, спокойным, тихим. И даже когда изредка выпивал, не проявлял агрессии — просто уходил спать... А несколько краж совершил, так то ж по молодости и по глупости. Опять же, Вика к нему тянулась. Ни разу не сказала, что ей у Гулимовых плохо или что ее кто-то обижает.

В то, что они со Степой две половинки, Анжела окончательно уверовала, осознав, что ждет от него ребенка. Родня Гулимова, узнав такую новость, решила отдать “молодым” дом. Не тот, в котором жила, а тот, что в другом, соседнем, селе, в Могилевском районе. Степан казался счастливым. Затеял в хате ремонт, а чтобы работать было сподручнее, туда и перебрался. Любимая обещала присоединиться к нему, как только уйдет в декрет. У Степана она теперь бывала каждые выходные, даже перевезла сюда многие вещи — свои и дочки. Вот и в этот раз, собираясь из деревни в Чаусы, Анжела, пробывшая у Степана выходные, хотела увезти с собой и Вику. Дескать, зачем она тебе тут — только мешать будет, а в городе мама моя за ней присмотрит. Но Степан настоял: с Викой ему, напротив, будет не так скучно. Это было днем 29 марта. Вечером, приехав домой, Анжела сразу позвонила Степану:

— Как Викуша, хорошо себя ведет?

Будущий супруг заверил: с малышкой все в порядке, набегалась и спит.

На следующий день Анжела звонила ему несколько раз. Но поговорить с дочкой опять не смогла. То она, со слов Степана, смотрела мультики, то кушала, то снова спала... А 31 марта к Анжеле на работу приехали сотрудники милиции. Стали задавать “странные вопросы” — где ее ребенок, кто за ним присматривает. И тут же предложили проехать с ними. Уже в Могилеве беременная Анжела узнала: ее Вика в больнице. В крайне тяжелом состоянии. Примчавшись туда, испытала еще больший шок. Медики объяснили: это не несчастный случай. Ребенка кто-то сильно избил: у девочки синяки и гематомы по всему телу, серьезная травма головы.

Анжеле, которая ждала от Степана ребенка, трудно было принять сердцем страшную правду — именно его подозревают в избиении.

После один из приятелей Степана Василий признается, что трезвым Степа был таким — хоть к ране прикладывай. Приветливый, дружелюбный, рукастый — сам и забор новый поставил, и детскую песочницу во дворе для Вики соорудил. Но стоило капле спиртного за воротник упасть, как он становился раздражительным, злым — будто бес в него вселялся. Именно в таком состоянии он хулиганил, воровал.

В день, когда “скорая” забрала Вику, Степан был нетрезв. Как, впрочем, и накануне. Выпивать начал, как только Анжела уехала в Чаусы. Потом будет говорить, что просто перенервничал. Собака, которую завела Анжела, дважды срывалась с цепи, сбегала со двора и передушила соседских гусей и кур. Избавившись от пса — Степан с приятелями отвез его в Чаусы, — Гулимов купил вина. Потом водки. Что произошло после, почему он поднял руку на Вику, объяснить он так и не смог. Ссылаясь на провалы в памяти, путался в показаниях. Сперва уверял, что малышка полезла к оголенному проводу, и ее ударило током. Испугавшись, он решил ее наказать — чтобы впредь была осторожнее. Снял ремень с тяжелой пряжкой, отшлепал Вику, отправил спать. Поскольку та шла слишком медленно, толкнул ее в спину. Ногой. От удара кроха упала на пол, ударилась головой.

Позже эксперты скажут: травмы, которые были у ребенка, не могли образоваться от падения. По голове девочку били не раз и не два, а много больше. А всего ей нанесли более полусотни травм.

Степан же, рассказывает следователь УСК по Могилевской области Инна Ильвова, стоял на своем: он не убивал ребенка, он его спасал. Когда ночью услышал, что девочка захрипела, и обнаружил, что ее тошнит, сразу же вызвал “скорую”. В детской областной больнице Вику прооперировали. Но через неделю она скончалась в реанимации — “от закрытой черепно-мозговой травмы, проявившейся ссадинами и кровоподтеками головы, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, под твердую и мягкую оболочки правого полушария головного мозга, осложнившейся отеком и сдавлением головного мозга”.

Официально точка в этой семейной драме еще не поставлена. Впереди суд. Но остается главный вопрос: что заставило взрослого человека поднять руку на маленькую, беззащитную кроху, которую он называл доченькой? Неизвестно и другое: увидит ли когда-нибудь Степан своего родного ребенка, которого родила ему Анжела. Простит ли она мужу убийство дочери, будет ли дожидаться его возвращения из тюрьмы. А главное — как расскажет их общему со Степой ребенку об этой черной странице в их семейной биографии.

Olgak53@mail.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости