Куда уходит время

Дубровенские круче швейцарских

Часть I. Дубровенские круче швейцарских

Часть I. Дубровенские круче швейцарских


Это признавала сама Екатерина II


Плата, колесная система, стрелки… Как собирать часы в Дубровно еще в XVIII веке знало немало местного люда. А все потому, что здесь была открыта одна из первых в мире и единственная на территории нашей страны часовая мануфактура. Можно ли восстановить утраченный некогда бренд – не в промышленных целях, конечно, но хотя бы в туристических? Корреспондент «СГ» отправилась на Дубровенщину.


Последний мастер на район

Сегодня в Дубровно нет ни одного свидетельства тому, что некогда здесь было уникальное производство. Ни руин здания мануфактуры, ни музея, ни хотя бы одних часов того времени… Впрочем, историю здесь не забывают – организована рабочая группа по созданию историко-краеведческого музея, отдельная экспозиция которого будет отведена именно Дубровенской часовой мануфактуре. Хранитель фондов рабочей группы Наталья Овчарова знает, почему не осталось ни одной «страницы» славной истории местечка:

— Создана мануфактура была в 1784 году, а уже через семь лет перекуплена царской казной, и все часы, станки, корпуса и даже рабочих Екатерина II приказала сразу вывезти в Москву, а затем в подмосковную деревню Купавну. Тогда же исчезает логотип «Фабрика Дубровенская»…

Сегодня не то что в Дубровно, а и во всем мире трудно сыскать раритеты с подобной надписью. Взять хотя бы тот факт, что даже в фондах санкт-петербургского Эрмитажа хранится всего три экземпляра карманных часов в серебряных корпусах. И лишь на циферблате одних указано «Фабрика Дубровенская».

В районном краеведческом музее, над созданием которого сегодня работают специалисты, часы в качестве экспонатов появятся. Но, увы, не дубровенские, а те, которые принесли местные жители. Всего три десятка вещиц. В основном советских времен.

Кстати, направляясь к зданию, в котором сегодня хранятся экспонаты будущего музея, обратила внимание на небольшой белый бокс, похожий на ларек. Здесь работал часовщик в третьем поколении Владимир Апет. К сожалению, последний мастер на все Дубровно ушел из жизни несколько лет назад. Его дело пока никто не перенял, и небольшой фургончик продолжает «ждать» своего часовщика. Может, в надежде на то, что в будущем кто-то вернет району былую славу…

Нордштейна заманила императрица

Несколько столетий назад искать желающих освоить непростое ремесло часовщика, как это нужно делать сейчас, не приходилось. Занятие это было весьма прибыльное. А обязаны появлению мануфактуры дубровенцы Григорию Потемкину, который владел в то время здешними землями. В 1784 году он и затеял в своем имении важное производство. О создании часовой промышленности думала и Екатерина II, которая активно зазывала иностранных мастеров в Россию, дабы обучить диковинному ремеслу местных парубков.

Одним из таких приглашенных часовщиков стал немец Петр Нордштейн. Весьма, кстати, изобретательный мастер. Покорил он императрицу тем, что вручил перстень со встроенным часовым механизмом. Екатерина II была в восторге от подарка и поручила Нордштейну возглавить часовой класс при Академии художеств. Вскоре после этого Потемкин пригласил ведущего специалиста стать управляющим первой часовой мануфактурой на территории нынешней Беларуси. В России, замечу, на тот момент уже были известны подобные производства. Однако к 1784 году, когда появилась Дубровенская мануфактура, они переживали не самые лучшие времена. Возможно ли создать прибыльное часовое производство? Это предстояло узнать Нордштейну, который согласился возглавить новую фабрику.

Впрочем, условия работы сладкими не назовешь. Дали ему 12 тысяч рублей и срок в десять лет. Мол, за это время и за эти деньги не просто организуй мануфактуру, но и сделай ее одной из ведущих в мире. Все бы ничего, но беспошлинно выписывать необходимое оборудование из-за границы ему не позволили. Предшественники, которые пытались организовать фабрики в Москве и Петербурге, такими льготами пользовались, но результат работы лишь огорчил. Поэтому высшее руководство постановило: никаких поблажек. Более того, поручили Нордштейну обучить для своей мануфактуры не двенадцать учеников, а свыше тридцати. И не грамотных ребят, а необразованных детей крепостных крестьян. Да и содержать их всех за свой счет! От иного руководителя уже бы и след простыл, но немецкий часовщик не струсил и возглавил производство, которому суждено было войти в историю.

Водные механизмы довели до Купавны

Достаточно быстро Петр Нордштейн обучил 33 дубровенских подростка, считай, ювелирному делу. Причем могли они собрать как простые, так и замысловатые часовые механизмы. Об этом в дневнике укажет и сам учитель: «Обучил мастерству делать разные карманные, настенные и большие боевые часы, часовые корпуса, рисовать цифры на циферблате и покрывать его эмалью, изготавливать цепи, гравировать, золотить, обрабатывать пружины и так далее».

Производство основано было по мануфактурному принципу: у каждого на фабрике своя задача. Кто-то мастерит одну деталь, кто-то другую, затем идет сборка механизма и его регулировка. Не последнее слово «говорили» и технологии. В то время когда на подобных мини-заводах использовали станки, которые приводились в движение при помощи ноги, в Дубровно внедрили настоящее ноу-хау – устройство на водяном приводе. Этот факт помог местным историкам предположить, где в XVIII веке стояла мануфактура. Наталья Сергеевна поясняет:

— О точном местонахождении никаких сведений нет. Но поскольку были установлены «водяные» станки, то производство должно быть недалеко от реки. Всего у нас в райцентре их протекает две – Задубровенка и Днепр. Вторая – более полноводная, поэтому, скорее всего, на ее берегу и стояла уникальная мануфактура.

Необычные станки помогли производить более точные механизмы, поэтому дубровенские ценились очень высоко и вполне конкурировали со швейцарскими. Некоторые и вовсе предпочитали покупать именно наши механизмы. На рынок, впрочем, часов поставлялось не так много – стоили они весьма недешево и были доступны лишь богачам. Более всего спросом пользовались карманные часы с открытым циферблатом – выпускалось их до десяти штук в месяц. На поток поставили мастера также солнечные и механические устройства, геометрические инструменты. О том, что дела на дубровенской фабрике шли вполне неплохо, говорят и цифры: затраченные на мануфактуру средства вернулись в считаные годы. Прибыль к 1789 году здесь достигла почти 10 тысяч рублей.

Все изменилось в 1791 году – умирает владелец имения Потемкин, земли переходят наследникам. Екатерина II не может допустить, чтобы приносящая неплохую прибыль часовая мануфактура ушла в частные руки, поэтому приказывает выкупить ее и перевезти в Москву, а затем в подмосковную деревню Купавну. Просуществует мануфактура до 1804 года, но работать на новом месте она не продолжит с таким же размахом, как в Дубровно. Немногочисленная продукция, которую тут произведут, поступать будет лишь на нужды двора…

borisovez@sb.by

Фото автора

P.S. Сегодня в нашей стране производство устройств времени продолжается, правда, почти в 250 километрах от Дубровно. В столице работает единственный на всю республику «Минский часовой завод». Его история, кстати, намного продолжительнее, чем у дубровенской мануфактуры, – в этом году предприятие отметило 60-летний юбилей. В чем уникальность современных белорусских часов, какие ноу-хау внедряют на заводе сейчас, по каким параметрам отечественные механизмы опережают зарубежные? А может, собирают здесь и аналоги устройств XVIII века? Об этом — в следующем субботнем номере...
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?