Кто знает свою историю, тот уверен в будущем

В этом году свет увидело комплексное исследование истории становления белорусского этноса, национального самосознания и государственности — книга Ивана АНТОНОВИЧА «Беларусь в глобальном мире. Диалектика становления и интеграции»

В последние десятилетия вышло множество книг по истории Беларуси. В этом году свет увидело единственное комплексное исследование истории становления белорусского этноса, национального самосознания и государственности — книга доктора философских наук Ивана АНТОНОВИЧА «Беларусь в глобальном мире. Диалектика становления и интеграции».

Почему автор решился взяться за исследование столь актуальной темы? После обретения нашим государством независимости возникла острая потребность объективно проанализировать, осмыслить социальные реалии политической жизни и событий политической истории белорусского народа. Это относится и к научной теории, и к идеологии, и к политической практике. В том числе и к формированию белорусской национальной идеи, видению перспективы дальнейшего развития общества и государства. Решение подобной задачи — проблема не из простых. Она требует от исследователя исторического и политического реализма, отсутствия идеологической предвзятости и ангажированности.

Сделать это тем труднее, чем дальше стоят анализируемые события к нашему времени. Поскольку многие из них не только мало изучены отечественными историками, но и считаются «не нашей» историей. То есть просто «присвоены» историками и политиками соседних стран. Трудности были связаны и с тем, что несколько столетий истории белорусского народа не представляли особого интереса к изучению как для польских, так и для российских историков. Они в большинстве своем рассматривали белорусов как не самодостаточный в культурном и политическом отношении этнос, чтобы претендовать на собственную государственность.

Возможно, в книге напрашивалась глава, посвященная анализу специфических отличий прабелорусов от других ветвей восточнославянского древа, динамике формирования их этнокультурной идентичности (особенности языка и письменности, быта, обычаев и традиций, национальной одежды, фольклора и так далее). Но это лишь пожелание автору очень заинтересованного читателя. В предисловии ведь подчеркнуто: автор — социолог, а не историк и «ставит свой задачей сосредоточиться только на двух аспектах белорусознания». Это становление белорусского суверенного государства, процессы самосознания и идентичности белорусского народа и изучение полиэтнической мультикультурной основы современной белорусской государственности. Но даже в этом контексте автор обозначает ряд дискуссионных проблем в качестве тем для дальнейших исследований.

В частности, это касается многочисленных версий возникновения Великого Княжества Литовского. Например, в главе 3 на странице 100 читаем: воинственные «литовские языческие племена» вели непрерывные войны с удельными княжествами восточных славян. И объединение в общее Великое Княжество Литовское происходило как мирно, так и «путем захвата». «Случилось так, что литовские князья взяли верх в новом образовании». И что «именно стратегия захвата и объясняет, почему на всем протяжении Великого Княжества Литовского, вплоть до его инкорпорации в Речь Посполитую, на княжеском посаде находились только литовцы». Существует ряд других версий. Например, что не балты покорили славян, а славянские племена пригласили вождей балтских племен на княжение. Вполне могла сработать старая «киевская схема» — обратиться в трудные времена к «варягам». Пригласить сильную руку на княжение и прекратить междоусобицы. Эта версия тоже объясняет, почему в ВКЛ правила династия балтских князей. Но автор ограничился только постановкой очередной проблемы, над которой должны дальше работать наши историки.


Или, к примеру, дальнейшей проработки требует вопрос, когда начинается история белорусов. Некоторые исследователи считают убедительным аргумент, что об истории белорусов есть смысл говорить только после того, как часть славян стала называться белорусами. Мол, раньше никаких белорусов не было, были литвины. Ошибка здесь в том, что путаются понятия генезиза этносов и изменение по самым разным причинам названий этносов. Как они себя называли или как их называли другие народы. Ведь переименование Персии в Иран вовсе не означало, что в этот момент закончилась история персов и началась история иранцев.

Охватить весь массив документов, свидетельств событий почти тысячелетней давности, представить все точки зрения современных исследователей в объеме одной книги, равнозначно попытке объять необъятное. Это касается и оценки роли и значения БНР в становлении белорусской государственности. К сожалению, в книге по вине корректоров допущена ошибка. Дело в том, что материал по данной теме в тексте и оглавлении называется по-разному. Если в оглавлении часть 1 главы 5 называется «Белорусская народная республика — первая теоретическая модель белорусского национального государства», то в тексте на стр. 201 название звучит иначе: «Белорусская народная республика — первая политическая модель белорусского национального государства». Очевидно, что политической моделью не могло быть то, чего не было в политической реальности. Но и считать ее первой теоретической моделью можно с известными допущениями. Разве только признать ее таковой при одном условии: модель была, но она была нежизнеспособной, не- верно спроектированной уже на стадии чертежей.

Объявить себя государством — не значит иметь его, обращает внимание автор. БНР, кроме как в словесных декларациях, нигде и никогда реально не существовала. И не могла существовать в условиях немецкой и польской оккупации. Более того, многие из деятелей БНР не просто занимали антибольшевистскую позицию, они пошли на сотрудничество с немецкими оккупационными властями, работали на польские и немецкие спецслужбы. И кто они в большей степени: коллаборационисты под лозунгами борьбы за независимость (что само по себе уже содержит противоречие) или оторванные от жизни мечтатели, это уже не играет большой роли. История складывается не из слов, а дел.

Иван Антонович отмечает: сам факт появления этой идеи свидетельствовал о росте национального самосознания. Белорусская элита на весь мир заявила о праве своего народа на собственное государство. Это было услышано. И в итоге заставило руководство большевиков изменить свою политику в отношении «северо-западного края». В то время в Москве были сильны позиции тех, кто считал, что белорусы — это часть русского народа, а белорусский язык — один из диалектов русского. Видоизменившийся за годы нахождения в составе Речи Посполитой. Но активность национальной политической и культурной элиты в итоге сыграла свою роль. Москва не могла не отреагировать на это, и белорусы в итоге получили статус союзной республики в составе СССР. Первый реальный шаг к национальной государственности был сделан. Чем не тема для дальнейших исследований?

Подытожу. Книга Ивана Антоновича «Беларусь в глобальном мире. Диалектика становления и интеграции» — чрезвычайно полезное и актуальное исследование. Оно пригодится школьникам, студентам и ученым для углубленных исследований истории Беларуси, как убедительный и интересный рассказ о множестве событий и фактов нашего прошлого.

Иван КИРИЛЛОВ

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости