Кто закрывается щитом ИП?..

Указ N 760, подписанный Президентом в конце прошлого года, несколько всколыхнул предпринимателей от спячки

Сравнительный анализ — отличный  исследовательский метод. Но только если скрупулезно соблюдать «рецептуру»: сначала сравнить, потом проанализировать, а лишь затем делать выводы. Увы, защитники «свободной коммерции» при оценке белорусского делового законодательства среднее звено этого процесса опускают. А без анализа голое сравнение с западными «рыночными правилами игры» превращается в дайджест: красивая яркая форма, но без глубокого содержания. Отсюда немало бизнесменов мечтательно закатывают глаза при упоминании об иностранных экономических моделях, но каждый шаг в эту сторону отечественного законодательства воспринимают в штыки. Подчас кажется, что белорусский малый бизнес в основной своей массе с трудом способен сформулировать, что же ему необходимо для эффективной работы. Вполне возможно, просто стесняется признаться в своих чаяниях… 

Указ N 760, подписанный Президентом в конце прошлого года, несколько всколыхнул предпринимателей от спячки. Уже сколько лет общественные организации от экономики на все лады обсуждают идеи развития малого бизнеса по пути трансформации ИП в мини-компании. Правда, эти дебаты на статистике не отразились: малый бизнес в стране так и застрял на отметке 3 предприятия на 1000 человек населения. И сей показатель уже несколько лет остается постоянным. Слова словами, но переходить в класс  юридических лиц ипэшникам не сильно-то и хочется. В некоторой степени сказывается элементарная тяга к патриархальности: привыкли работать в определенном правовом поле и другого вроде бы и не нужно. 

Указ N 760 подталкивает ИП к трансформации в юридических лиц. С 1 января 2008 года планируется ограничить ИП фактически семейным бизнесом, без привлечения наемной рабочей силы, за исключением близких родственников. По этому поводу ОО «Белорусский союз предпринимателей» (БСП) написал заместителю министра экономики Андрею Туру письмо. Имело оно, скорее, декларативный характер. Статистические выкладки, экономические обоснования и язык цифр в нем заменили достаточно размытые размышления, базирующиеся на эмоциях. В частности, было брошено предупреждение об «эскалации конфликта нарастающей остроты». 

По-моему, это есть основная проблема современных ИП. Любое изменение законодательства — будь то введение кассовых аппаратов или проект изменений в уплате НДС — воспринимается однозначно: как притеснение бизнеса. Позиция беспроигрышная в своей простоте, но, по сути, граничит с шантажом. Опыт предыдущих лет доказал: упоминание о «конфликтах» почти прямой намек на забастовки предпринимателей. Но, если разобраться, в чем заключаются разногласия индивидуальных предпринимателей и государственных органов? 

Любая пресс-конференция с участием представителей предпринимательской общественности не проходит без призывов перехода белорусского малого бизнеса «на цивилизованные рельсы». Призыву уже как минимум лет десять исполнилось, но хочется задать предпринимательским союзам сакраментальный вопрос: а что они как общественные объединения сделали для повышения культуры малого предпринимательства? В той же Западной Европе подобные объединения блюдут внутреннюю дисциплину в своих рядах, гарантируют выполнение установленных правил игры. Поэтому и кажется, что в Евросоюзе меньше контроль за бизнесом. Да приблизительно такой же. Но там предприниматели сами «очищают» свои ряды, причем без лишних напоминаний, а в Беларуси это приходится делать государственным структурам. 

«Мы прекрасно понимаем, что основная, с точки зрения государства, проблема ИП заключается в недостаточной прозрачности финансовых и товарных потоков», — звучит откровенное признание БСП в упомянутом письме. Значит, экспертами умные люди в союзе работают, все знают и понимают. Так при чем же тут «эскалация конфликта»? Кто проиграет, если в малом предпринимательстве наконец наведут порядок. Ведь нигде в цивилизованных странах такого формата бизнеса, как ИП, не существует. 

Не стоит забывать, что правовые нормы работы индивидуальных предпринимателей зарождались в 90-х. Тогда коммерческого и рыночного опыта не было. Действительно, «челноки» заполнили брешь на потребительском рынке, обеспечили белорусов относительно недорогими товарами. Но навьюченные баулами предприниматели в аэропортах — это издержки переходного экономического периода. А «блошиные» рынки, «чемоданные» поставки имеют право на жизнь как способ накопления первоначального частного капитала. Белорусскому бизнесу, если считать период кооперативов, уже за второй десяток перевалило. И, наверное, не стоит «первобытные» формы ведения бизнеса возводить в догму «свободного» рынка. 

Есть и другая сторона медали. В письме БСП ссылается на «конкурентные интересы крупных торговых фирм». Но о какой конкуренции может идти речь, когда ипэшники платят фиксированную ставку налога вместо НДС плюс другие преференции и возможность просто работать с «черным налом». Мы часто с завистью вспоминаем о шикарных и многочисленных европейских торговых центрах, завидуем, рассуждаем, почему в Беларуси нет такой благодати. Да откуда ей взяться, когда стиральная машина, телевизор или мобильный телефон у индивидуального предпринимателя будет дешевле как минимум на 10—20 процентов, чем в салоне, при большей рентабельности продажи. А если товар «серый», то доходы и того больше. Даже «одиночный» магазин торговать контрабандой не решится: ему есть что терять —  торговые площади, товар на складе, офис, деньги на счете в банке… Скажем, лишат за нарушения лицензии, и эти основные фонды лягут мертвым грузом. Большинство же ипэшников работают на арендованных площадях, оборудовании. Терять им особо нечего. 

Индивидуальные предприниматели плотно монополизировали реализацию некоторых групп товаров: техника, средства связи, моющие средства… Причем некоторые возят из той же России товар фурами. Говоря иначе, играют по-крупному, прикрываясь ипэшными преференциями.  И ни для кого не секрет, один из эффективных способов минимизации налогов — объединение под крылом крупного инвестора нескольких десятков индивидуальных предпринимателей. В крупном торговом центре купил стиралку, а по документам оказалось, что продал ее какой-то ИП! Парадокс. Если не сказать, что роль ИП постепенно превращается в способ ухода от налогов. 

Действительно, на Западе для малого бизнеса много льгот, но микропредприятия в основном работают в сегментах, не интересных крупному капиталу и не обладающих суперприбылями: крохотные торговые точки и кафе, бытовые услуги.  Принцип такой: хочешь организовать себе рабочее место — пожалуйста; желаешь крупно разбогатеть, сделаться серьезным коммерсантом — регистрируйся как юридическое лицо. Кстати, сегодня малый бизнес обеспечивает в республике около 8 % ВВП, а доля индивидуальных предпринимателей в структуре налоговых поступлений в консолидированный бюджет — 2,7 %. Уж слишком значительная разбежка получается. 

Поэтому переводить «странный» статус ИП в новую юридическую форму необходимо, и эта проблема назрела уже давно. Предпринимательским союзам стоит не конфликты искать, а обеспечивать информационно-методологическую базу малого бизнеса. Шутки-шутками, а считанные представители малого бизнеса могут толком составить инвестиционный проект, чтобы в банке получить кредит. Культура бизнеса действительно проблема. Повысится уровень малых предприятий — автоматически отпадут проблемы с переходом в разряд юридических лиц. 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.02
Загрузка...
Новости