«Кто позволяет сомнительным коммерсантам снимать с меда все сливки?!»

ОТЧЕГО горько нынче собирающему сладкий мед пчеловоду? Рачительному хозяину пасеки нелегко приходится — что в Беларуси, что в России. В последние годы на постсоветском пространстве в сообществе этих предприимчивых, трудолюбивых, увлеченных людей только и слышно, что о проблемах. Многие из них «БН» не раз поднимала вместе с отечественными тружениками медового «фронта». Интересно, а совпадают ли настроения, мнения у наших пчеловодов и у их российских коллег? Верно ли, что соседи вполне способны выдать за сезон миллион тонн меда? И реально ли вообще изменить расклад сил на мировом рынке этой качественной продукции — в пользу интересов честного производителя? Об этом наш разговор с Арнольдом БУТОВЫМ, президентом Российского национального союза пчеловодов.

Авторитетный в пчеловодческом мире эксперт — о засилье нечистого на руку перекупщика, судьбе крылатой труженицы в планетарном масштабе и о том, как выдать на-гора миллион тонн полезного продукта.

ОТЧЕГО горько нынче собирающему сладкий мед пчеловоду? Рачительному хозяину пасеки нелегко приходится — что в Беларуси, что в России. В последние годы на постсоветском пространстве в сообществе этих предприимчивых, трудолюбивых, увлеченных людей только и слышно, что о проблемах. Многие из них «БН» не раз поднимала вместе с отечественными тружениками медового «фронта». Интересно, а совпадают ли настроения, мнения у наших пчеловодов и у их российских коллег? Верно ли, что соседи вполне способны выдать за сезон миллион тонн меда? И реально ли вообще изменить расклад сил на мировом рынке этой качественной продукции — в пользу интересов честного производителя? Об этом наш разговор с Арнольдом БУТОВЫМ, президентом Российского национального союза пчеловодов.

Визитная карточка собеседника

БУТОВ Арнольд  Георгиевич, кандидат экономических наук.

Президент Федерации европейских пчеловодческих организаций «Апиславия», почетный член Всемирной организации пчеловодческих объединений «Апимондия». 

Почетный пасечник Румынии, Сербии,  Словакии и Украины. 

Главный редактор газеты «Пасека России». Написал несколько книг по пчеловодству.

— Арнольд Георгиевич, знаю, вам довольно хорошо знакома ситуация на медовом рынке Беларуси…

— Да. И не устаю удивляться, честно говоря. Ведь сейчас, по моим сведениям, больше десятка компаний сомнительного толка занимаются у вас… обманом потребителя! Везут отсюда, из России, простите, всякую дрянь — под «маркой» нашего качественного меда. Из Украины еще добавляются суррогаты всякие, которые потом дискредитируют продукцию честных российских, да и украинских, пасечников. Самолично «засекал» у вас в республике и «киргизский» мед, который на самом деле — неопознанного происхождения. Скажите, а разве у вас растет горный каштан?! Нет? Но мед же горного каштана, якобы белорусский, видел в России. Просто беда, иначе и не скажешь! Дурят покупателя… Вот до чего доводит засилье нечестного перекупщика!

— Эта проблема, похоже, всего постсоветского пространства. Или нужно брать шире? Когда и где «проросли корни» у напасти? Не дает ведь она житья производителю качественного товара — и у нас, и в России.

— Вы правы. К сожалению, нужно признать, 40-летие первого Всемирного пчеловодческого конгресса, приходящееся аккурат на 2011-й, встречаем не в самый лучший момент. Дело в том, что в некогда авторитетнейшей международной организации «Апимондия» сейчас власть захватили перекупщики, отодвинув на вторые роли и ученых, и непосредственно практикующих пчеловодов. Если раньше на планетарных конгрессах под девяносто процентов участников было из числа профессионалов отрасли, то нынче в глазах рябит от людей, бесконечно далеких от пчеловодства. Превалируют этакие жирные «трутни», кормящиеся за счет того, что присосались, аки зловредный клещ, к пасечникам.

— Нужно как-то сбрасывать «клеща»!

— Сделать это непросто! Судите сами: где заправляют богатые влиятельные страны, там очень трудно пробиваться со своими интересами. К примеру, возьмем Германию. Она больше других в мире скупает меда (своего же производит только 15—17 процентов от потребности), а потом его перепродает, предварительно купажировав, красиво упаковав. Немцы продвинули в руководство «Апимондией» нужного человека и что хотят, то и творят… В результате победы на всевозможных медовых конкурсах достаются, мягко говоря, далеко не преуспевающим реально в пчеловодстве странам. Российский же мед, очень неплохой, откровенно игнорируют. Белорусский — тем более…

— Нам могут возразить: что же плохого, если жюри слегка субъективно? В США, допустим, — мощное пчеловодство, бодаться с ним не всякому по плечу... И потом, разве плохо, если идет в мировом масштабе бойкая торговля медом? Как ни крути, а без толкового посредника, разворотливого скупщика-оптовика пчеловоду в XXI веке не обойтись. Нужно, чтобы таких помощников у производителя меда было больше, разве не так?

— Кто же возражает против участия честного коммерсанта? Рынок на то и рынок, чтобы пчеловоду помогать со сбытом. Но поймите простую вещь: дело даже не в дипломах конкурсов! Если на мировом медовом пространстве властвует перекупщик, далекий от тонкостей пчеловодческих, стремящийся лишь к сиюминутной выгоде, то это приводит к искажению самой идеологии, на которой наши предки выстраивали промысел не один век! Ведь изначально речь велась вовсе не о сверхприбылях от реализации сладкого продукта, как теперь. Мы говорим прежде всего о сохранении пчелы как уникального, чудного, полезнейшего творения природы. Ее роль в сохранении разумного баланса в мире флоры огромна!

Вообще, коммерсанты —  ребята чрезвычайно изворотливы! То, как они умудряются «бадяжить» мед, портить его — особый сказ. Берут, скажем, подсолнечниковый мед, добавляют всякие ароматизаторы вроде мятной эссенции, лавандового масла. Качество — совсем другое! Мы, пчеловоды, категорически против того, чтобы перекупщики вообще как-то вмешивались в структуру меда. Они ее просто не знают! Мало того, что портится, дискредитируется продукт, так еще и непосредственному производителю закрывается дорога на рынок, к сбытовым возможностям.

 А ведь в любой стране будущее пчеловодства в первую очередь зависит не от бурной деятельности торговца, а от жизнеспособности производителя. Государству надо создавать условия, чтобы преуспевал тот, кто реально производит, а не только перепродает. Нужны толковые нормативные акты, не мешающие пчеловоду работать с огоньком, прибыльно. Если не ощутит материальной заинтересованности, бросит это дело.

Сегодня и у вас в республике, и у нас в стране коммерсанты нередко скупают мед у производителя по бросовым ценам. Фактически снимают все сливки. И ничуть не думают, чтобы как-то сохранить пчелу. Мы в России стараемся этому разрушительному воздействию противостоять: всячески «приподнимаем» и ее, и труженика-пчеловода. Настаиваем, чтобы буквально в каждом районе страны была своя «Лавка пасечника», где бы местные пчеловоды могли перво-наперво реализовывать свою продукцию тамошнему населению. И только после этого — выходить на областное, и выше, рыночное пространство. Сейчас и перед нами, и перед белорусскими коллегами стоит в общем-то одна мегазадача: насытить по максимуму рынки наших стран качественным продуктом напрямую от производителя.

— Арнольд Георгиевич, вот вы акцентируете четко — во многих бедах промысла виновато засилье перекупщика. Но ведь и сами пчеловоды не ангелы.

— Еще Маркс говорил: иной жадный капиталист ради выгоды на что угодно пойдет, вплоть до убийства. Вот и некоторых алчных горе-пчеловодов впору осаживать. Стали доставать весь мед из ульев подчистую, а взамен закармливать пчелу сахарным сиропом или кандием. Просто какое-то варварство!

Американцы, так те просто от алчности с ума посходили. И так получают ежегодно за услуги по опылению миндаля около шести миллиардов долларов. Вытаскивают весь мед, заменяя его кукурузным сахаром. А где же совесть пчеловода? Создается впечатление, что судьбой пчелы озабочены только ученые. Недобросовестные же производители, торговцы живут по принципу «абы побольше отхватить». Но «паразитируют» на ком? У кого вытрясают деньги за сомнительный товар? У стариков, детей — им ведь нужнее всего медок!

Когда наши пчеловоды отказались массово сбывать продукцию и по бросовым ценам сомнительным перекупщикам, те пошли обходными путями — стали закупать китайский мед. Но от него, почитай, весь мир отказался: слишком много вопросов по качеству. Тамошняя пчела по природе своей неспособна дать высококлассный мед. Да и зачем его везти в Беларусь, допустим, если российский товар есть? Однако, не сомневаюсь, и на ваш рынок «проник» китайский медовый импорт...

А вот почему мы, россияне, слабо работаем на белорусском направлении — другой вопрос. Были попытки, и успешные, через сотрудничество минчан с Южным административным округом Москвы реализовывать у вас в столице настоящий российский мед. Его разметали мгновенно. А еще две с половиной тонны мы, помню, раздали в качестве благотворительной помощи детдомам. Что потом? Увы, но дальше сотрудничество не пошло. А вот ушлые коммерсанты быстренько воспользовались моментом — стали на своих шумных торжищах бойко продавать якобы лучшие российские меда. Башкирский, например. Сам видел то, что выдавалось в Минске за этот «бренд»… Бакширским и не пахло, говоря откровенно!

— Что же делать бедному покупателю? Как не ошибиться, не нарваться на подделку?

— В Беларуси, насколько мне известно, местные пчеловоды не закрывают и наполовину всей страновой потребности в меде. Не хватает вам самим, правда ведь? Выход один — наращивать продуктивность собственных пасек! Между прочим, настоящий белорусский мед — отменного качества, ничуть не хуже настоящего же башкирского, уверяю! Так что не гонитесь за импортом, если имеется возможность купить свое. Я всегда советую: «Покупайте мед у белорусов! Но непременно — напрямую у белорусских пчеловодов-производителей!» А башкирский мед, между прочим, у нас сейчас далеко не на первых рейтинговых местах. Гораздо лучше — марийские, дальневосточные, вятские, вологодские меда.

— Вы в своих статьях говорите о том, что, дескать, российские пчеловоды, при должном размахе, способны едва ли не завалить мировой рынок медом. Поставлять не менее миллиона тонн…

— Поправлю вас — я имел в виду не экспортные продажи, а общий объем производства. Да, сейчас выдаем где-то 89 тысяч тонн в год, но при сильной поддержке государства возможно достижение показателя в миллион тонн. Сейчас российский пчеловод-частник выдает и по 60, 70, даже по сто кило с пасеки! Средний же показатель по России — 24,5 килограмма.

Что нужно от государства? И у нас, и у белорусских коллег — общие пожелания: по возможности, выделять беспроцентные ссуды на развитие пчеловодства в регионах. Медовый промысел ведь — эффективный способ решать проблему занятости в глубинке! Сбыт отлаженный, приемлемая цена. И вот уже целые деревенские семьи могут кормиться за счет пчеловодства.

— Напоследок оцените, пожалуйста, объем мирового рынка в этом сегменте и то, какие тенденции-проблемы будут волновать дальше пчеловодов…

— Сейчас мировой годовой объем производства меда — где-то в пределах трех миллионов тонн. Китай не сдает позиций, и это тревожит. Нам самим нужно крепко думать, как больше уважать, холить-лелеять нашу кормилицу-пчелку! А не рубить сук, на котором сидим, не стремиться любыми судьбами выжать из крылатой труженицы максимум дохода… Брать, но не отдавать ничего взамен — преступно!

— Арнольд Георгиевич, благодарю вас за искренний, эмоциональный диалог! Успехов!

— Спасибо «Белорусской ниве» за то, что поднимает столь серьезные темы — касающиеся продовольственной безопасности, здоровья нации… От СМИ в этой непростой ситуации многое зависит.

Беседовала Инна ГАРМЕЛЬ, «БН»

Минск — Москва — Минск

Фото автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости