Кому выгодно сарафанное радио?

Кому выгодно нагнетать обстановку и создавать ажиотаж? То, что происходит в Беларуси, сегодня анализируют не только в высших эшелонах власти, но и во Всемирной паутине.

Соль на рану?

НЕ ИНАЧЕ как многим продавцам в скором времени предстоит уйти во временный отпуск или перейти на неполный рабочий день. В ближайшие месяцы им просто нечего будет делать. Буквально за неделю торговля выполнила и перевыполнила прогнозные показатели, снизила остатки на складах, за которые еще не так давно получала нагоняй.

Сперва из магазинов стали «выносить» крупногабаритные и дорогие вещи, потом импортную бытовую технику, запчасти или компьютеры.

Утратив интерес к импортным товарам по новым ценам, покупатели вспомнили об отечественном производителе. Достаточно было лишь создать ажиотаж. Затем «предупрежденные» сарафанным радио граждане переключились на продукты питания: сахар, макароны, крупы, соль...

Не заставила себя ждать и очередная утка о якобы вводимом ограничении на выдачу наличных денег. И люди, спешившие до этого побыстрее избавиться от белорусского «зайчика», вскоре устроили за ним настоящую охоту. Очереди из магазинов переместились к банкоматам. Стабилизировать ситуацию удалось лишь после того, как банкиры опровергли домыслы о резервированной выдаче наличности и развеяли абсурдность подобных слухов.

Технологии экономической дестабилизации

КОМУ выгодно нагнетать обстановку и создавать ажиотаж? То, что происходит в Беларуси, сегодня анализируют не только в высших эшелонах власти, но и во Всемирной паутине.

Об искусственном создании паники, которая приводит к осложнениям в экономике, пишет российский журналист и экономист Николай Стариков. Он утверждает, что в Беларуси была применена технология, которой уже практически триста лет. А в том, что происходит сейчас в стране, автор интернет-статьи обвиняет лжеинформаторов. Технологию «панического вируса» он подробно описал на примере войны банков в начале XVIII века в Европе, хаоса в дореволюционной России в 1905 году и, к сожалению, современной Беларуси.

Принцип организации катаклизма всегда одинаков: ни один банк, ни одна экономика, ни одна валюта не выдержит, если все одновременно начнут требовать свои деньги и менять их на что-либо другое. Впервые технология саморазвивающейся паники была применена владельцами частного банка Англии против конкурентов из точно такого же частного банка Франции еще в 1720 году.

Более чем нагляден российский пример 1905 года. Тогда руководство Петербургского совета, куда входили Парвус, Троцкий и Красин, написало финансовый манифест. Он имел цель подорвать российский рубль и, соответственно, российскую экономику. Манифест призывал отказаться от уплаты податей и налогов, забирать свои вклады из Государственного банка и сберегательных касс. И, что самое главное, — требовать всех выплат не бумажными деньгами, а золотом.

Рубль тогда имел золотое содержание. Если одновременно все держатели российских банкнот потребовали обменять их на золото — страна лишилась драгоценного металла. В то время в каждом государстве был свой закон об обеспечении золотого содержания, и ни в одной стране мира не обеспечивался каждый фунт, доллар или рубль. Система была везде своя, но имела сходные черты: бумажных денег всегда было чуть больше, чем их золотого обеспечения.

Манифест спровоцировал панику, большинство вкладчиков действительно стали требовать выдачи своих сумм золотом. Как и при всякой панике, рациональные объяснения уже никого не интересовали. Усилился отток денег за границу. Бегство капиталов приняло такой размах, что царское правительство было вынуждено прибегнуть к совсем не «рыночным» мерам. С декабря 1905 года Государственным банком были введены ограничения на свободную продажу иностранной валюты: чтобы ее купить, предпринимателям необходимо было предъявить специальные товарные документы (фактуры), удостоверяющие, что покупка валюты обусловлена реальными потребностями импорта.

Вам это ничего не напоминает?

Выходит, для технологии экономического хаоса даже сверхсовременные информационные средства не нужны. Искусственный ажиотаж и массовая паника были известны задолго до появления Интернета и новейших средств телекоммуникаций. Достаточно запустить слух, дальше он начинает самораспространяться, в том числе и через сарафанное радио.

Вывод, который делает Николай Стариков, прост и незатейлив. Это древний римский принцип: ищите, кому выгодно. То, что произошло в Беларуси, нужно воспринимать в комплексе. Выборы прошли. Не получился тунисско-египетский сценарий с беспорядками и демонстрациями. Вспомнили старые финансовые методы. «Зарубежный след белорусской паники не вызывает никаких сомнений», — уверяет Стариков.

Он предлагает представить подобную ситуацию не с белорусским рублем, а с долларом США. Когда все одновременно начинают продавать зеленые накопления и покупать любые другие активы, доллар просто-напросто обесценивается. Однако о таком приходится лишь фантазировать, ведь мировые СМИ принадлежат тем, кому принадлежит доллар.

В 1905 году ситуацию удалось выправить арестом руководителей Петербургского совета. В тюрьму отправились Троцкий, а позднее и Парвус. За публикацию «Финансового манифеста» были закрыты все газеты, его напечатавшие. Белорусские власти сегодня либеральничают...

Рецепт эксклюзивен

МЕРЫ, способные успокоить саморазрушающую панику в отдельно взятой стране, предугадать сложно. Не выявлено и универсального лекарства от паники, однозначного ответа не дает даже свежая история двухлетней давности.

Например, Соединенные Штаты, пытаясь подавить депрессию на ипотечном рынке, не брезговали национализацией и ростом долга до безумной суммы в 14 трлн. долларов. Но, включая печатный станок, США знали, что зеленую бумагу купят в мире, и даже если сами американцы не верят в доллары, в них верит полмира. Итог — кризис, но уже мировой.

Даже у стран G8 («большой восьмерки») растет дефицит и индикаторы госдолга. Ни европейские, ни американские политики не ждали подобного исхода. Они зациклились на стимулировании роста. Это спровоцировало не только «хорошую» инфляцию, когда люди чувствуют себя богаче и тратят больше, но и «плохую», связанную с ростом цен на сырье. В Европе некоторые страны уже исчерпали все свои резервы, погрузившись в долговой кризис. Как итог — масштабные программы спасения для Греции, Ирландии и Португалии, а также засорение баланса Европейского центробанка токсичными активами. Проблемы в европейской экономике, а белорусская — ее неотъемлемая часть, сегодня признают все. Впрочем, вместо слов «дефолт, паника и массовая приватизация» в ЕС используют прагматичную лексику — «риски» и «занятость».

Паника — плохой советчик… С учетом того, что в Беларуси с занятостью проблем не возникает, остается лишь оградить общество от рисков. Большинство проблем в экономике можно будет эффективно решать после того, как люди успокоятся и перестанут верить бредовым слухам.

Адекватность. Именно эту черту наряду с толерантностью можно назвать основной в менталитете белоруса. Ведь сложные времена для страны уже были — в начале 90-х, на заре самостоятельности республики. Пережили. Мировой кризис и вовсе неким чудным образом поначалу обходил Беларусь стороной. Переживем и нынешние проблемы, благо меры, предложенные Президентом Беларуси Александром Лукашенко, избиратели понимают и поддерживают.

 Виктор РАДИН

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?