Когда американцы перестали доверять правительству

Джордж Уилл (George F. Will). The Washington Post, США
Public domain
Однажды морской пехотинец Теодор Уоллес увидел, как один из офицеров небрежно нацеливает винтовку на вьетнамского мальчика вдалеке.

— Сэр, что вы делаете? спросил он.

— Он, должно быть, снабжает [Вьетнамскую народную] армию продовольствием, — сказал офицер. — Иначе что бы ему вообще здесь делать?

— Это его страна! — ответил Уоллес.

(Из книги Марка Боудена «Хюэ 1968: Поворотный момент американской войны во Вьетнаме».)
В 1968 году, незадолго до главного государственного праздника Вьетнама Тет (Новый год по лунно-солнечному календарю — прим. пер.), главнокомандующий американскими войсками в этой стране генерал Уильям Уэстморленд отправил телеграмму Объединенному комитету начальников штабов в Вашингтоне с извещением о том, что у него созрел план. Генерал предложил воспроизводить одну и ту же музыкальную запись, дабы спровоцировать распад коммунистических сил, которые, по его убеждению, могли сосредоточиться на ударе по силам США, дислоцированным в Кхешани недалеко от демилитаризованной зоны:

«Вьетнамская молодежь довольно сентиментально относится к семье, а Тет —традиционно семейный праздник. Специалисты в области ведения психологических операций недавно придумали и записали в честь данного события очень трогательную песню. Она настолько слезливая, что из страха резкого повышения уровня дезертирства вьетнамцы запретили своим солдатам слушать ее во время празднования Тета. Когда праздник начнется, мы станем проигрывать одну из этих записей солдатам Вьетнамской народной армии в районе Кхешани и Контхиена».

Данный сюрреалистический отрывок взят из великолепной, мелочно-дотошной работы пера Марка Боудена, на страницах которой он в мельчайших подробностях рассказал вдохновляющую и в то же время приводящую в ярость историю. Ее подзаголовок — явное преуменьшение действительности. Ведь 1968 год, а именно так называемое Тетское наступление сил Северного Вьетнама на юге, стремительный захват коммунистическими силами Хюэ, третьего по величине города страны, и 24 дня ожесточенных боев, предшествовавшие их выдворению, стал значительной вехой в американской истории. Месяц спустя президент Линдон Джонсон выступил с заявлением, что не будет добиваться переизбрания в стране, где несогласие с войной и доверие к правительству развиваются в обратно пропорциональной зависимости.

После первого дня битвы, 31 января, Уэстморленд сообщил в Вашингтон, что у противника было около 500 человек в цитадели Хюэ. «У него же было, — пишет Боуден, — в 20 раз меньше.» У спецслужб США дела обстояли не лучше. За несколько месяцев до этого советник президента Джонсона по национальной безопасности Уолт Ростоу дал направлявшемуся в Хюэ репортеру информацию «не для печати» о том, что война по сути уже выиграна, поскольку сельскохозяйственная культура под названием «рис IR8» сведет на нет революцию коммунистов и произведет «зеленую революцию». Теория Ростоу рухнула вследствие того, что вьетнамцам рис IR8 пришелся не по вкусу.

Прибыв в Хюэ, коммунисты тут же стали «продвигать» революцию посредством вычищения «врагов народа», которое быстро превратилось в разгул насилия и сведения счетов. Пока Уэстморленд занимался Кхешанью («Прежде, — пишет Боуден, — с таким успехом факты не отвергал ни один генерал»), на следующий день после начала наступления в Окинаве прошло собрание членов секретной американской группы планирования, целью которой было обсуждение плана под кодовым названием «Перелом челюсти» с использованием тактического ядерного оружия. Уэстморленд заявил, что «в нынешней ситуации» необходимости в нем не было.

Благодаря проведенным почти полвека спустя интервью с воевавшими по обе стороны людьми Боуден получил уникальное описание боев мелких подразделений. Продолжавшиеся на протяжении нескольких месяцев засылки коммунистами своих агентов на территорию противника и масштабные подготовительные мероприятия были под стать их военным навыкам. «Все до одного, — пишет Боуден, — американские ветераны, с которыми я беседовал, поведали о том, что столкнулись с вышколенным, высокомотивированным, искусным и решительным врагом. Любая другая характеристика может дискредитировать достижения тех, кто вытеснил их из Хюэ». В июне 1968 года Уэстморленда от командования отстранили.

Изображение американского танка с лежащими на нем убитыми и ранеными морскими пехотинцами в Хюэ Боуден называет «одним из величайших снимков в летописи боевой фотографии». Все запечатленные на нем солдаты оставались неопознанными, пока спустя более четырех десятилетий Боуден не выяснил, что 18-летнего парня с раной в груди, выглядевшего «мертвым или при смерти,» звали Элвин Берт Грэнтэм, а родом он был из города Мобил в штате Алабама. Именно его историю автор и рассказывает.

В ходе уличных боев морской пехотинец Иден Хименес зачищал комнаты — бросая внутрь гранаты и расстреливая обитателей — и обнаружил в одной из них высокий изрешеченный его же пулями шкаф. В нем он нашел смертельно раненную женщину, державшую в руках винтовку и прижимавшую к себе ребенка. Боуден пишет: «Уже в старости, живя в Одессе, что в штате Техас, он не переставал думать о той женщине и ребенке… Кем она была? Что если бы он убил и ребенка?»

Хюэ, как и приведшая к нему война, продолжает будоражить сознание некоторых из живущих среди нас пожилых людей. А наследие войны продолжает существовать в истончившемся доверии американцев к своему правительству. Того высокого уровня, предшествовавшего Вьетнамской войне, оно не достигало ни разу с 1968 года.

Джордж Уилл (George F. Will)

The Washington Post, США

Мнение автора не всегда совпадает с точкой зрения редакции.

Источник:  ИноСМИ.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?