Книжкин дом

В издательстве "Мастацкая лiтаратура" ищут таланты

Сорок пять — возраст зрелости. И достижения есть, и мечтать о чем–то амбициозном незазорно.


Именно такой приятный юбилей отмечает издательство, которое сегодня является ведущим в стране — «Мастацкая лiтаратура». Каждый год там выходят шедевры книгоиздательского дела, получающие награды республиканских и международных конкурсов. Каждый год в дом на проспекте Победителей с надеждой приносят свои рукописи десятки и сотни авторов...

И нынче, когда мы отмечаем 500 лет белоруской книги, самое время порассуждать о ее прошлом, теперешнем и будущем с нынешним директором издательства Алесем Бадаком.

— «Мастацкая лiтаратура» работала в разных эпохах. Что навсегда ушло в небытие, а что стоило бы восстановить?

— Мне приходилось держать в руках не одну книгу из тех, что были изданы в год, когда образовалась «Мастацкая лiтаратура». Конечно, ту полиграфию не сравнить с теперешней: изменилось качество печати, бумаги. Это сказалось на книжных объемах: книга, будь то детская, будь то поэтическая, сегодня обязательно должна быть толстой, в твердом переплете, одним словом, презентабельной. В 70–е годы к этому относились проще. Например, первые книги поэтов нередко выходили очень тоненькими — до 40 страничек. Более опытные авторы могли рассчитывать на сборник около 100 страниц, по сегодняшним меркам тоже достаточно скромная цифра. Зато были иные тиражи. Первая книга стихов Михася Стрельцова «Ядлоўцавы куст» вышла в 1973 году немыслимым по нынешним временам тиражом 5.000 экземпляров. Да и цена ее была вполне доступной: 24 копейки. К слову, «кирпичик» черного хлеба тогда стоил 16 копеек. Но согласитесь, если сегодня тиражи падают, а качество издания возрастает, уже хотя бы по этой причине книга не может быть дешевой. Если сравнить издательские планы 70–х годов и нынешние, то, увы, приходится констатировать, что из книжного формата постепенно уходят целые литературные жанры. Например, критика и литературоведение, литературная публицистика. Тот же очерк, который в свое время прославил Анатолия Козловича, Василия Проскурова... Я уж и не помню, в каком году в «Мастацкай лiтаратуры» в последний раз вышла книга очерков. Хотя в 70–е здесь зародились сразу две серии этого жанра: детская «Праца ўпрыгожвае чалавека» и взрослая «Сучаснiк». Изменилось время, поменялась жанровая стилистика. Да, сейчас у нас выходят замечательные серии «Жизнь знаменитых людей Беларуси», «Художники Беларуси», «Наш современник», «Наши герои», но в них издаются книги, написанные в несколько ином формате.

Фото  Александра  КУЛЕВСКОГО

— В последнее время все чаще всплывают так называемые закрытые рецензии, которые в советские времена заказывались критикам, чтобы решить судьбу рукописи. Есть ли в издательстве какие–нибудь «тайные архивы», откуда впоследствии возникнут сюрпризы для литературоведов?

— Что такое цензура в теперешнем понимании этого слова? На начало 2017 года в Беларуси в качестве издателей зарегистрировано 497 субъектов хозяйствования, из них большинство негосударственной формы собственности. Ну решили в «Мастацкай лiтаратуры» не издавать твою книгу, предложи рукопись другому издательству, третьему. Если это что–то уровня «Мастера и Маргариты», оно обязательно дойдет до читателя. Но такое произведение «Мастацкая лiтаратура» готова сама оторвать с руками. Возвращаются же авторам, как правило, тексты откровенно слабые, недоработанные. Что же касается «тайных архивов» и сюрпризов для литературоведов, то эти сюрпризы мы преподносим сейчас. Прочитайте, например, в собрании сочинений Владимира Короткевича, которое мы издаем, роман «Каласы пад сярпом тваiм». Он печатается по авторской рукописи, со вставками всех фрагментов, вычеркнутых редакторами.

— По каким критериям отбираются рукописи?

— Самый точный ответ — по тому, талантливо ли произведение, есть ли в нем какая–то новизна, свежесть. И не важно, это повесть о современниках или исторический роман, детектив или фантастика. Текст должен цеплять, заставлять сопереживать, вызывать какие–то важные мысли. Я не хочу сказать, что у нас издается лишь то, что уже завтра станет классикой. Да и у классиков есть вещи более сильные или менее. Страшна лишь графомания: только она имеет разрушительную силу. Без «войн» с отвергнутыми авторами, увы, не обходится, но я заметил уже давно: чем банальнее пишет автор, тем агрессивнее он готов отстаивать свое право издаться или напечататься.

— Хороший писатель и хороший редактор: насколько легко совместить обе ипостаси в одной личности? Может ли работать редактором человек, бездарный как литератор?

— В редакторской работе очень важно уметь чувствовать вкус слова, увидеть своеобразие архитектуры построенной фразы. Ведь сколько стихов написано о любви к родному краю. Но стали знаменитыми, казалось, совершенно простые строки Якуба Коласа:

Мой родны кут, як ты мне мiлы!..

Забыць цябе не маю сiлы!

Вот увидеть эту гениальную простоту и есть призвание редактора, который, кстати, совершенно необязательно должен быть сам хорошим поэтом. Ведь и хорошие литературные критики, умеющие отличать зерна от плевел, далеко не всегда способны сами сотворить что–то замечательное в прозе или поэзии. Хотя вспомним Михася Стрельцова: он был замечательным прозаиком, поэтом. Но кто скажет, что он был плохим критиком или литературоведом?! Другое дело, что писать свое всегда интереснее, приятнее, чем править чужое. Это как сидеть за рулем машины и лежать под ней с гаечным ключом.


— Как выжить издательству в сегодняшней рыночной ситуации?

— Стараемся, чтобы книга нашла своего читателя. Кроме сайта, имеем страничку в Facebook. Сотрудники рекламируют наши издания на своих личных страничках в социальных сетях. Регулярно проводим «сезонные» скидки: новогодние, к 23 февраля, 8 Марта... Книга ведь для многих остается хорошим подарком, а тут подсказка, что именно подарить к конкретной дате. В прошлом году начали акцию «Книга — школе», около 60 школ страны получили бесплатные библиотечки. Маркетинг начинается еще на стадии подготовки рукописи. К примеру, в прошлом году основали новую серию «Бiблiятэка выбраных твораў» — то, что предлагают нам переиздать сами библиотеки. Там много из программы по внеклассному чтению, то есть школьники станут активно читать. Поэтому серия ни в коем случае не должна выходить в мягком переплете, иначе быстро потеряет внешний вид. А вот когда готовили к печати детские так называемые книжки–вырубки, вырезанные в форме разных животных, то сразу было понятно, что они рассчитаны в первую очередь на магазины и киоски, на молодых родителей. А значит, и цена должна быть по возможности небольшой. Книжный рынок диктует свои законы: хочешь быть на плаву — издавай то, что приносит быструю прибыль. То есть то, что служит скорее развлечением, а не заставляет мыслить. А как же классика, как быть с интеллектуальной прозой? Приезжал к нам французский писатель Мишель Луе. Я спросил его, переиздают ли сегодня во Франции собрания сочинений Мопассана, Золя. Он с сожалением ответил, что нет, поскольку они априори убыточны. Поэтому и серьезная современная проза у них выходит небольшими тиражами. К счастью, у нас есть государственная поддержка на социально значимые издания.

— Как вы относитесь к тренду времени, когда вместо «книга» говорят «проект»?

— Я и сам привык говорить «проект», если это касается целой серии. Из совершенно новых серий издательства — «Сто вершаў»: авторские томики, состоящие именно из ста стихотворений, украшенные работами знаменитых отечественных художников. Это наш совместный проект с Национальным художественным музеем. Первыми увидят свет сборники стихов Михася Стрельцова и Пимена Панченко. Надеемся, что именно в «Мастацкай лiтаратуры» появится новое собрание сочинений Янки Брыля, над ним сейчас работает Центр исследований белорусской культуры, языка и литературы Национальной академии наук. Готовится новая детская серия «Сказка на каждый день», в которой, помимо белорусских авторов, будут и зарубежные.

rubleuskaja@sb.by

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости