Хотела мама, чтоб пела я с экрана

Светлана Стаценко: Дело в клейме, которое ставят ребенку родители

Имена ее юных воспитанников на слуху. Они — неизменные участники финальных отборов на детское «Евровидение» и «Славянский базар в Витебске». Они побеждают на самых престижных музыкальных фестивалях и конкурсах. Выступают в самых главных концертах на самых лучших сценах страны.

В этом году исполняется десять лет, как известный педагог по вокалу заслуженный деятель культуры Светлана Стаценко возглавила Национальный центр музыкального искусства имени В. Мулявина. 

— Светлана Адамовна, а помните, кто из учеников пришел к вам в центр первым новичком?

— Маша Новик. Ее привел папа, мы земляки-мозыряне, попросил прослушать. А Машке-то всего 5 лет было. Она вообще толком не понимала, чего от нее хотят. Рассматривала мои сережки, обувь, что-то болтала. Рановато, говорю папе. Но он на своем стоит — прослушай. В общем, пыталась я, чтобы она какие-то звуки пропела, но пел ребенок явно не туда. Папа расстроился — природа отдыхает. Сам-то он хорошо поет. Но окончательный вывод делать все же не стали. Дали Маше подрасти. А потом было уже и второе место на «Славянском базаре», и отборы на «Евровидение», и разные призы.

А главное, что папа с гордостью всем говорил: дочка с детства поет.

— Вы не раз говорили, что можете научить петь любого, даже если медведь на ухо наступил.

— Дело не в медведе, а в клейме, которое ставят ребенку родители. Вот приводит мама дочку и говорит: наверное, такая же безголосая, как и я. В таких случаях я ради интереса маму прослушиваю. И, оказывается, она может интонировать и мелодию пропеть.

У детей есть задатки хорошие или не очень. Хорошие — вырастает певец. Плохие — нужно развить. Этот ребенок будет искусственный, с ним придется учить материал, сам он не сможет. Но то, что он искусственный, знать буду только я, его педагог. У меня бывало, что выступали в одном конкурсе ребенок природный и искусственный и занимали одинаковые места в разных номинациях — младшей и средней. 

У меня была одна ученица. Не буду называть имен. Не попадала ни в одну ноту из семи. Мы много занимались, для меня это было уже делом принципа. Теперь учится музыке за границей, поет в очень крутой рок-группе, и все ею восхищаются.

— Где еще сегодня ваши бывшие ученики?

— Алина Молош заканчивает колледж искусств, поет. Два года назад Гран-при имени Владимира Мулявина завоевала в Молодечно. Моя гордость. Даша Надина учится в Британии. Тоже с музыкой связана. Карина Жукович — в Москве, в Гнесинке. То есть те, кто хотел пойти по этой стезе, ее и выбрали.

Даша НАДИНА, Карина ЖУКОВИЧ и Алина МОЛОШ
представляли нашу страну на детском «Евровидении"2008».


Андрей Кунец не поет. Учится в университете культуры на кафедре режиссуры и просто счастлив. Хожу на его премьеры. Клоунада — его конек, зал хохочет, так он в этом органичен. Плюс исполняет номера, где нужен вокал. И если для кого-то из ребят это проблема, он справляется отлично.


Маша НОВИК и Андрей КУНЕЦ покорили Венецию

на фестивале «Орфей в Италии» (2008 г.).

Ксения Ситник не поет. Учится в Праге в англо-американском университете на кафедре международной журналистики. Ей нравится. Может, когда-нибудь будет петь. Я не вмешиваюсь в ее выбор. Она должна сама определить, чем заниматься. Образование международного журналиста, знание языков — это ей не помешает. Вообще, ничто никогда не проходит зря и не бывает лишним. А если захочет петь, мы быстренько вокал восстановим, не проблема. 


Ксения СИТНИК — наш первый победитель на детском «Евровидении"2005».


— Кстати, слышала от специалистов, что постановка голоса у детей — дело рискованное. 

— Рискованное и сложное. Чтобы поставить голос, нужны определенные навыки. Заниматься должен хороший профессионал, с педагогическим музыкальным образованием, который дружит с фонопедом, фониатром и так далее. У меня только малейшее сомнение относительно чьих-то связок — бегом к фониатру. 

— Легко ли поступить в центр музыкальных искусств?

— Поступить несложно. Вопрос в другом. Вот, например, у меня сейчас семь учеников. Я их взяла и веду и два года, и три, и четыре. Они получают приличную школу на протяжении 5—7 лет. А если будут поступать, веду до поступления. У двух других педагогов по вокалу тоже по 8—10 учеников и та же история. Естественно, в это время не берем других. Дети — работа с утра до ночи, а не просто пришел, песенку пропел и ушел. Я варю дома борщ и думаю: какую песню дать, у кого лучше аранжировать, во что одеть для выступления. На сегодняшний день в центре вокалом, хореографией и в ансамбле «Заранак» занимаются 50—60 ребят.

Лиза МУРАВЬЕВА на «Славянском базаре» (2012 г.).

— Успехами радуют?

— Мы всегда делаем отчетный концерт в конце учебного года, и я зачитываю родителям наши итоги выступлений в конкурсах. За год их бывает около полусотни, и, как правило, ни одного второго места, только Гран-при и первые премии. В прошлом отборочном туре на детское «Евровидение» трое финалистов — наши. Трое из десяти лучших в стране — это результат.

— Недавно снова объявлен кастинг на участие в телепроекте «Я пою!», где вы — музыкальный руководитель. Что в нем привлекает?

— Мне важно помочь хотя бы одному ребенку. Я сама росла в неполной семье. У мамы нас было трое, и воспитывала она нас одна. Я очень хорошо знаю, что это и как. В свой адрес много слышала в детстве. Тогда безотцовщина — это на тебе крест. Всегда привожу свой пример, как девчонкой по утрам помогала маме, работа у нее была не из легких. И ничего — не стала ни алкоголичкой, ни бомжем. Сейчас разучиваю с ученицей песню, которую сочинила еще в детстве. Она про мою маму, которая очень хотела, чтобы я занималась музыкой. Порой заставляла, бывало, и ремень брала. Там есть такие слова: «И хочет мама, чтоб пела я с экрана и песней удивляла белый свет…» Теперь вот, когда пою с этими ребятами из проекта, она в Мозыре у телевизора плачет от радости. Словом, «Я пою!» — проект, близкий мне по духу, по настроению. Я хочу научить, рассказать, помочь, чтобы ребенок поверил: все получится.

svirko@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...