Казнить нельзя помиловать

О фильме Авдотьи Смирновой "История одного назначения"

Кто бы как ни относился к Дуне Смирновой как телеведущей, сценаристке или даже как к жене Анатолия Чубайса, стоит признать, что ее новый фильм «История одного назначения» — не только состоявшееся произведение киноискусства, но и художнический, гражданский поступок режиссера. Это картина, которая может заставить не только спорить, но и думать, не только говорить, но и размышлять, не только получать удовольствие, но и испытывать самое приятное волнение. Эта «История...» из разряда фильмов морального беспокойства, когда и радостно, но щемит, и ясно, а беспросветно.

Фото kinopoisk.ru

Трехстраничный сюжет литературоведа Павла Басинского перерос в почти двухчасовой фильм, где все драматические зигзаги втягивают в свою воронку, как настоящий триллер, не давая ни секундной возможности отвлечься от экрана. Жанровые перепады захватывают дух, как на крутых виражах, а потом выводят на такую прямую, где тихо и понятно, а дух все равно перевести трудно. Основанный на реальных событиях фильм никакого отношения не имеет к историческому кино. Как никакого отношения не имеет к байопику, хотя там многое сказано о личности и семейных перипетиях молодого графа Льва Толстого. Это частная драма одного маленького человека, которая постепенно разворачивается в глобальный человеческий апокалипсис на фоне разговоров «о доблести, о подвигах, о славе».

Граф Толстой (Е.Харитонов) заинтересовался судьбой ротного писаря, которого сначала заставляли подделывать документы на воровство провианта, потом несправедливо обвинили в краже, а потом приговорили к смертной казни. В защите готов участвовать и бравый поручик Григорий Колокольцев (Алексей Смирнов, брат А.Смирновой), переполненный либеральными идеями и жаждой обновления. Он даже дал деньги бедному писарю, чтобы хоть как–то ему помочь стать свободным. Молодому ниспровергателю старого предложили вместе с другими членами трибунала вынести вердикт осужденному. «Стало быть, спасен?» — «Стало быть, убит». Из трех членов трибунала один — «против», два — «за». Решающим стал голос того, кто более всего возмущался несправедливостью и кто больше всех ратовал за все современное и передовое. С того момента жизнь Колокольцева изменилась: продвижение по служебной лестнице, более высокий армейский чин. Да и сам он изменился: никакой молодецкой порывистости, никаких разговоров о передовом, только муштра солдат и выполнение любого приказа. Приказали сровнять с землей могилу невинно убиенного — Колокольцев прогнал по ней свою роту. Новое назначение поручика, как и ожидалось, действительно обернулось подъемом по служебной лестнице.

Ну а что же молодой граф, который остался в одиночестве и проиграл защиту рядового писаря? У Толстого от душевного потрясения начнутся первые признаки болезни, но зато позже появятся и «Война и мир», и «Анна Каренина», и многое другое. Он станет великим. Может, еще и потому, что умел искренне сострадать малому.

lpsm3163@mail.ru

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.3
Загрузка...
Новости