Катятся, катятся криминальные шины...

В третий раз в суде первой инстанции благодаря принципиальной позиции государственного обвинителя будет рассматриваться нашумевшее уголовное дело.
Первый судебный процесс. — Слово предоставляется государственному обвинителю,—объявил судья суда Осиповичского района А. Гавриков, председательствующий на процессе, проходившем в глубинке и приковавшем к себе внимание не только белорусской столицы, но и ближнего зарубежья. — Высокий суд!— встав со своего места, произнес обычное обращение старший помощник белорусского транспортного прокурора Геннадий Лисовский. Он был в прокурорской форме, погоны украшали две большие звезды, соответствующие чину советника юстиции.—Рассматриваемое нами уголовное дело вызвало к себе повышенный интерес. Со стороны прессы он вызван «беспрецедентной по своей наглости кражей трех вагонов шин». А вот со стороны правоохранительных органов этот интерес объясняется прежде всего легкостью, с которой совершено данное преступление, что свидетельствует о хорошей, грамотной его подготовке. Это и позволило следствию квалифицировать хищение как совершенное организованной преступной группой при следующих обстоятельствах… Геннадий Дмитриевич перевел дыхание, на несколько секунд замолчал, укрощая волнение. Казалось бы, зубы съел на уголовных делах различной сложности и значимости. Но Лисовский, внешне невозмутимый, спокойный и рассудительный, всегда волнуется, когда председательствующий предоставляет ему слово. Вот и сейчас начал постепенно успокаиваться, лишь когда перешел к изложению обстоятельств совершения исследуемого судом преступления, совершенного Владимиром Евлаевым и тремя его более молодыми сообщниками. Евлаев проживал в Минске и занимался коммерческой деятельностью. Установил личные и деловые отношения с представителями администрации Псковского ЗАО «Консолидированная группа «Синтез-Холдинг» и РУП «Бобруйский шинный комбинат «Белшина». Владел информацией о наличии финансовой задолженности между данными предприятиями, находящимися в партнерских отношениях. Располагал реквизитами их документов, а также сведениями о номерах вагонов, загруженных автошинами и следующими в адрес ЗАО «Псковсинтезнефть», входящего в «Консолидированную группу «Синтез-Холдинг». Вот и решил, пришло к выводу следствие, из всего этого извлечь выгоду. Чтобы осуществить более масштабное «кидалово», была создана преступная группа. В нее вошли Владимир Стасюкевич, Сергей Прончак и Александр Гомза. Из этого трио двое жили в Барановичах, а Прончак — в соседнем Ляховичском районе. Роли, как установило следствие, были распределены следующим образом. Евлаев разработал план преступления, довел его до Стасюкевича. Тот в свою очередь вовлек в группу Прончака, а последний — Гомзу. Из всех обвиняемых свою вину в предъявленном обвинении признал только Гомза. Причем признал полностью. Он поведал суду, что где-то в конце июня или начале июля 2002 года Сергей Прончак предложил ему заработать две тысячи долларов за непыльную работу. Александр согласился. Прончак свел его со Стасюкевичем, и тот заявил: «Надо будет съездить на железнодорожную станцию и по поддельному паспорту оформить документы на груз». Гомза тут же срочно сфотографировался, а фотографии передал Стасюкевичу. 8 августа Стасюкевич, который, официально не работая, являлся личным водителем Евлаева, по телефону вызвал сообщников в Минск. Гомза и Прончак на машине «форд», принадлежащей Сергею, на следующий день приехали на встречу. Прямо в машине в присутствии ее владельца Стасюкевич передал Гомзе письмо и печать ООО «Поликс», два бланка доверенностей этой фирмы, которые Александр заполнил под диктовку Владимира. Передал последний ему и паспорт. В нем значилась фамилия некого Ковальчука, а приклеена была фотография Гомзы. В тот же день по указанию Стасюкевича Александр вместе с Прончаком на «форде» отправились в Осиповичи. Приехав в этот райцентр, зашли на станцию Осиповичи. Гомза предъявил здесь документы, которыми его снабдили в Минске. Выяснилось, что вагоны с шинами, которые им требовались, еще не прибыли в Осиповичи и все еще находятся на станции Бобруйск. Вскоре следом за сообщниками в Осиповичи приехал и Стасюкевич, передал Гомзе еще одно письмо от имени ООО «Поликс». Однако по его предъявлении товарный кассир заявила, что груз, который намеревались перегрузить с железнодорожных вагонов на грузовики сообщники, этому обществу с ограниченной ответственностью не принадлежит, и отказалась оформлять документы. Стасюкевич переговорил с кем-то по мобильному телефону (следствие позже будет утверждать, что руководил хищением с помощью сотовой связи Владимир Евлаев, находившийся в это время за сотни километров от преступления, в Украине). Затем, ненадолго отлучившись, привез для Гомзы письмо РУП «Бобруйский шинный комбинат «Белшина». В нем утверждалось, что три вагона груза, которые хотел получить Гомза-Ковальчук, являются собственностью ООО «Поликс». Трое сообщников в тот же день дважды ездили на станцию Бобруйск. Здесь по письмам, написанным от имени шинного комбината, через станционное начальство удалось дать телеграмму на станцию Осиповичи о задержании трех вагонов с шинной продукцией в связи с изменением ее собственника. 11 августа Гомза, действовавший от имени Ковальчука, по указанию Стасюкевича и на его деньги оплатил договорной тариф и услуги железной дороги за подачу и уборку вагонов. Затем трое сообщников снова вернулись в Осиповичи, где на станции с помощью бригады, сколоченной ими из числа местных жителей, перегрузили шины из вагонов в автомобили. Стасюкевич после завершения аферы передал Гомзе обещанные две тысячи долларов… По данному эпизоду гособвинитель в подтверждение причастности Владимира Евлаева к совершенному преступлению, в ходе которого похищено имущество ЗАО «Псковсинтезнефть» в особо крупных размерах на общую сумму 189455200 белорусских рублей, смог представить лишь косвенные факты. А вот спустя полгода тот наследил уже больше. 13 декабря 2002 года, представившись помощником прокурора Минской области и предъявив при этом соответствующее удостоверение работникам охраны РУП «Бобруйский шинный комбинат «Белшина», Евлаев незаконно проник на охраняемую территорию предприятия. А затем и в помещение управления экономической безопасности и режима «Белшины», где незаконно, в корыстных целях собирал сведения о долговых обязательствах предприятия перед ЗАО «Сталкер-Бел», являющиеся коммерческой тайной. Несколько дней спустя после этого сотрудники комитета (ныне департамента) по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД на транспорте Вячеслав Дерявко и Андрей Ананенко в Минске задержали Стасюкевича и Евлаева. Последний заявил, что он является помощником прокурора Минской области. В подтверждение предъявил все то же, уже засветившееся, удостоверение № 401, якобы действительное по 31 декабря 2004 года. Позже само удостоверение и то, как оно появилось, тщательным образом изучат следствие и суд. Заверен сей «документ» оттиском гербовой печати, которая не предназначена для этих целей. Он не выдавался владельцу, в кадровом аппарате облпрокуратуры ни в качестве общественного (в удостоверении значилась буква «о», которая, видимо, должна была свидетельствовать об амплуа общественника, но оттиск гербовой печати нанесен так, что затрудняет обзор этой буковки при прочтении названия должности), а тем более штатного сотрудника. К тому же должность общественного прокурора никаким законом не предусмотрена. Получалось, что Евлаев самовольно присвоил власть должностного лица, необходимую ему для собирания противоправным способом сведений, составляющих коммерческую тайну, с целью их незаконного использования. То есть занимался коммерческим шпионажем. Государственный обвинитель запросил для Евлаева десять лет лишения свободы с конфискацией имущества и содержанием в исправительной колонии усиленного режима, для Стасюкевича—восемь, Прончака—шесть лет содержания в неволе на тех же условиях… Суд признал Владимира Евлаева виновным в организации мошенничества, совершенном группой лиц в особо крупных размерах; самовольном присвоении власти должностного лица, сопряженном с совершением на этом основании общественно опасных действий, содержащих признаки преступления или административного правонарушения; в покушении на собирание незаконным способом сведений, составляющих коммерческую тайну, с целью их незаконного использования. Он получил семь лет с конфискацией имущества и отбыванием наказания в исправительной колонии усиленного режима. За мошенничество, совершенное группой лиц в особо крупных размерах, Владимир Стасюкевич, Сергей Прончак и Александр Гомза были приговорены соответственно к шести, четырем и трем годам с конфискацией имущества и содержанием в колонии с аналогичным режимом. По новому кругу Государственный обвинитель Геннадий Лисовский не согласился с таким для кого-то вполне приемлемым приговором. Проявил принципиальность и убедил своих руководителей в необходимости внесения кассационного протеста. Он был им подготовлен и направлен в судебную коллегию по уголовным делам Могилевского областного суда. В нем среди других мотивов назывался и такой: суд необоснованно назначил В. Евлаеву как руководителю преступной группы чрезмерно мягкое наказание. Свои кассационные жалобы по тому же адресу направили и защитники всех четырех обвиняемых. Судебная коллегия по уголовным делам Могилевского областного суда своим определением от 10 февраля с.г. приговор суда Осиповичского района отменила в полном объеме в отношении В.Евлаева. Дело в этой части направили на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. Этот же приговор в отношении трех других обвиняемых был оставлен без изменения. И снова старший помощник белорусского транспортного прокурора отправился на новый судебный процесс в Осиповичи. Вернулся же после объявления нового приговора еще более уязвленным и разочарованным. И сразу же сел писать кассационный протест. За своей подписью. Закон дает государственному обвинителю такое право. Суд Осиповичского района под председательством Я.Герасимович в вынесенном приговоре по-новому трактовал события и факты. «Евлаев на следствии и в судебном заседании, — говорится в вынесенном приговоре, — категорически отрицает, что он владел какой-либо информацией о поставках вагонов, летом отдыхал в Болгарии, с 10-го по 13 августа находился в Украине, поэтому не мог организовать хищение. Свидетели Букин А. Г. и Мялик С.А. в категорической форме возражают, что передавали Евлаеву какие-либо сведения, касающиеся поставки в город Псков трех вагонов шин…У суда нет оснований сомневаться в объективности показаний указанных свидетелей. Ни следствием, ни судом не установлены другие должностные лица Пскова и «Белшины», которые сотрудничали с Евлаевым, могли передать ему сведения о поставке трех вагонов, которые были похищены (похищались, естественно, не вагоны, в приговоре допущена ошибка. – Л.Ю.), а потому суд считает, что ни следствием, ни судом не добыто объективных доказательств, что Евлаев обладал информацией о загрузке вагонов шинами. Как следует из материалов дела, три вагона загружались шинами на комбинате с 9-го и 10 августа 2002 года, их хищение путем переадресовки груза совершалось с 10-го по 11 августа. Судом установлено, что Евлаев В. А. С 10-го по 13 августа 2002 года находился на территории Украины. Следствие утверждает, что он руководил хищением с помощью мобильной связи. Суд считает данные доводы неубедительными, голословными, поскольку наличие распечатки о переговорах Стасюкевича и Евлаева не может свидетельствовать об этом. В материалах дела отсутствует запись телефонных переговоров. Евлаев утверждает, что он звонил Стасюкевичу по другим вопросам, не имеющим отношения к хищению. Данные доводы невозможно опровергнуть, а поэтому указанное обстоятельство суд не расценивает как доказательство вины Евлаева при совершении хищения…». Как видно из распечаток, с 8-го по 9 августа Евлаев звонил Стасюкевичу 17 раз и из-за границы с 10-го по 11 августа –8 раз, Стасюкевич Евлаеву в эти дни соответственно — 7 и 32 (за границу) раза. После таких вот разъяснений Евлаеву было определено более чем мягкое наказание: три года ограничения свободы. Более того, на один год оно было уменьшено в связи с актом амнистии. Мера пресечения обвиняемому — содержание под стражей — была заменена на подписку о невыезде. В приговоре суда от 25 ноября 2003 года указано, что успешное осуществление этого преступления (хищение шин) исполнителями Стасюкевичем, Прончаком и Гомзой невозможно было бы без информации, средств, способов и возможностей, каковыми обладал Евлаев. В ходе судебных заседаний он не отрицал, что часто бывал на БШК, выполнял поручения по организации отправки шин по просьбе генерального директора ЗАО «Псковсинтезнефть». Судом не дана оценка тому обстоятельству, что Евлаев , формально являясь представителем ЗАО «Псковсинтезнефть», имел право отправки груза на это предприятие. Если учесть, что бланки БШК, печати, письма являлись поддельными, то для того, чтобы подделать эти документы, их необходимо видеть или иметь копии. Именно Евлаев, по мнению следствия и суда, обладал такой информацией. Только Евлаев знал о том, что фактическим владельцем груза шин являлось ООО «Поликс», а грузополучателем ЗАО «Псковсинтезнефть». Именно на этом и построено все преступление, так как собственник груза имеет право произвести переадресовку груза в любое время. Распечатка телефонных разговоров Евлаева за длительное время свидетельствует о том, что только в течение суток, когда совершалось хищение, он вел наиболее интенсивные переговоры со Стасюкевичем. Анализ всех обстоятельств дела свидетельствует о том, что таким образом Евлаев руководил действиями преступной группы, обеспечивая себе алиби». На основании изложенных доводов Геннадий Лисовский просил приговор суда Осиповичского района в части оправдания Владимира Евлаева отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Судебная коллегия по уголовным делам Могилевского областного суда этот протест удовлетворила в полном объеме. Уголовное дело, рассмотрение которого явно затянулось, направлено на новое судебное рассмотрение. Дело принято к производству Могилевским областным судом. На полпути не остановится Не хочу предвосхищать события и гадать, чем закончится этот судебный процесс по третьему кругу. Знаю одно: старший помощник Белорусского транспортного прокурора на полпути не остановится. Так же твердо и принципиально, как это делает всегда, будет и дальше отстаивать позиции государственного обвинения. Геннадий Дмитриевич неформально и творчески подходит к выполнению своих служебных обязанностей. Руководствуется только законом и тем внутренним убеждением, которое у него складывается при рассмотрении уголовного дела в суде.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...