Карету мне, карету!

«Стон, потеря сознания, пена изо рта… Никогда не знаешь, что ждет за дверью квартиры». Репортаж со «скорой»

Аналогов 10-й подстанции городской станции скорой медицинской помощи на постсоветском пространстве нет: современное оборудование,  новые автомобили и комфортные условия труда. Бригады взяли на обслуживание часть Фрунзенского района Минска и деревню Тарасово – чуть более 162 тысяч жителей. Eжесуточно медработники подстанции обслуживают около 150 вызовов. Корреспондент «Р» побывала на этих визитах.

Виктор ПОКРОВСКИЙ: «Приятно, когда возвращаешься с вызова на позитиве».

Реанимация на колесах

БИТ – бригада интенсивной терапии. Именно сюда меня определяют на дежурство. В составе группы водитель, врач и два фельдшера. Бригада оказывает экстренную неотложную помощь. Ее пациенты — пострадавшие в дорожно-транспортном происшествии, при падении с высоты, отравлении, пожаре, сердечники. К таким событиям здесь готовы все: любой может оказаться на сложном вызове. 

Старший врач подстанции Елена Сивчак проводит инструктаж: 

— Обувь должна быть удобной, без каблука. Выходить из машины аккуратно, чтобы не поскользнуться. В подъезде тоже осторожно, мало ли — темно. Пристегиваться в машине обязательно — водитель может резко затормозить.


В среднем на одну бригаду за сутки приходится около пятнадцати случаев. Всего на подстанции одновременно дежурит одиннадцать бригад: три БИТ, одна педиатрическая и семь фельдшерских. 

БИТ вызывают по селектору. Врач Виктор Покровский проясняет обстоятельства в диспетчерской: «Пожилой мужчина, старше 71 года. Сорвался кардиоритм на фоне таблеток». Пригревшаяся было в отапливаемом гараже машина скорой помощи выруливает в промозглый день. По пути фельдшер Татьяна Отчик показывает «начинку» «неотложки»: 

— Электрокардиограф, дефибриллятор, аппарат искусственной вентиляции легких, кислородный ингалятор, шины иммобилизационные.


К счастью, реанимационную технику приходится применять нечасто. Татьяна вспоминает успешную реанимацию, когда пациент пережил клиническую смерть:

— Приехали. А он уже без сознания. На кардиограмме — прямая линия. Провели реанимацию. Доставили в клинику. 

Обычно реанимационные мероприятия проводят минут тридцать. Если за это время сердечная активность не проявилась, дальнейшие действия считаются бессмысленными. 

— На автоавариях работать очень сложно. Надо быть собранным, сконцентрированным, действовать четко. Ты делаешь все, но не всегда можешь помочь, — Татьяна закусывает губу, вздыхает. – Тяжело, когда страдают дети.


Приемный день

— Проснулся, почувствовал, что-то не так, — делится бедой пациент. 

Доктор пытается прояснить симптомы: 

— Боль в груди, животе, головная боль есть? Дышать не тяжело?

— Затрудненное дыхание на выдохе, давление повысилось, — констатирует Виктор Владимирович после осмотра. 

— У него астма, были изменения в электрокардиограмме, — помогает разобраться в случившемся супруга больного. — Что удивительно, кашляет он только дома. На улице, в поликлинике все в порядке. Курит, конечно. Но как же он бросит: начал это дело в 17 лет.


— Сразу может быть хуже, а потом состояние стабилизируется, — врач рекомендует распрощаться с вредной привычкой. 

Электрокардиограмма подтверждает аритмию. 

— Несколько месяцев все было хорошо, а тут полоса пошла, — пациент не находит объяснения положению, в котором оказался. — Через день ритм срывается. Вроде и не нервничаю, а напряжение какое-то. 

Фельдшер советует принимать успокоительные. Татьяна медленно вводит лекарство, которое должно выровнять пульс. Такая инъекция занимает минут десять. 

Электрокардиограмма показывает: ритм восстановился. 

Доктор улыбается — приятно, когда выходишь на позитиве.


Дело молодое

Бригада едва переступает порог подстанции, как диспетчерская уведомляет: «У вас визит. Молодой человек, 34 года, судороги. Похоже, накануне было «употребление».

Едем с мигалкой. Фельдшер Инга Измер говорит, что все равно быстрее не получается. Среднее время приезда к месту назначения 15 минут. В норму укладываются, но хотелось бы побыстрее. 

Помимо электрокардиографа, сумки-укладки с медикаментами и контейнера для отработанного материала, с собой реанимационная сумка. 

— Не дай бог, но на всякий случай — судороги, потеря сознания все же, — перестраховывается  Виктор Владимирович. 

Медработники никогда не знают наверняка, что ждет за дверью квартиры. 

— Я по телефону разговаривала, — лепечет на ходу мама пациента, провожая к больному. — Слышу, вдох и храп. Выгибается на кровати, изо рта пена. У него гипертония, астма, — мать переходит почти на шепот, прикрывая рот ладонью. — Что это может быть, доктор? 

Виктор Владимирович проверяет рефлексы. Пациент пока не понимает до конца, что происходит. За него на вопросы отвечает мама. 

— Выпивал несколько дней назад. Немножко, — эту информацию женщина проговаривает быстро и едва внятно, будто пытается спрятать за диагнозами. — Аллергия на пыльцу у него, астма, гипертония. Месяца два назад вызывала «скорую», падал. 

— Такое бывает после употребления, — мягко сообщает доктор. Приходится быть и психологом. — Но поскольку судороги впервые, поедем в больницу.


Молодому человеку оказывают первую помощь и сопровождают к машине. Больного доставляют в 9-ю клинику. 

Бригада интенсивной терапии часто спасает молодых людей после алкогольного опьянения, передозировки таблетками, наркотиками, суицидальных попыток. 

— Пыталась уйти из службы, — признается мне фельдшер Татьяна на обратной дороге, — но не смогла. Здесь испытываешь стресс, но он одновременно и положительный. Происходит выброс адреналина. Ты начинаешь активничать. У тебя безумное желание помочь. Бывает, долго не можешь отпустить какой-то случай, но понимаешь: надо жить дальше. 

А дальше — новые вызовы, новые случаи.


Кофе, чай и лекарства

Пациент и сам может прийти на подстанцию за помощью. Его осмотрят в комнате амбулаторного приема. Но пока фельдшер Алла Недошитко помогает женщине с давлением, БИТ опять отправляется на визит. 

За окном солнце играет наперегонки с тучами. По словам моих собеседников, такие игры не приносят ничего хорошего людям с сердечно-сосудистыми заболеваниями. И наше дежурство это подтверждает. 

66-летний Алим почувствовал резкую слабость в постели. Упало давление. Кофе, чай и шоколад не сработали. Все остальные показатели в норме. Выясняется, пациент впервые принял новый препарат от давления. Возможно, это и вызвало неотложное состояние. Фельдшеры ставят капельницу, и давление поднимается. Чтобы убедиться, что состояние стабилизировалось, бригада ждет десять минут. Порядок. Больному лучше. 

«Все нормально», — уверяет мужчина. 

В одной из комнат на подстанции подзаряжаются электрокардиографы. Здесь же хранятся большие сумки-укладки на случай массовых травм. В специальном помещении сотрудники пополняют медикаменты. 

Когда жизнь на волоске, практика – лучший советчик. В учебном классе специалисты тренируются оказывать помощь на симуляторах. 

Передохнуть между вызовами можно в комнатах отдыха, а перекусить — в просторном помещении для приема пищи. На это выделяется специальное время. Но и его может не быть, если вызовов слишком много. Случается, бригада почти непрерывно борется за чью-то жизнь. Вот как теперь. Обед откладывается. Пациент ждет: мужчине с пароксизмальной аритмией стало нехорошо.

МНЕНИЕ

Александр ЖИНКО, главный врач городской станции скорой медицинской помощи:

— Подстанция построена по современному проекту. Созданы комфортные условия для работы и отдыха медиков. Это позволяет оперативно оказывать помощь жителям микрорайонов в границах улиц Притыцкого, Лынькова и проспекта Пушкина. В автопарке – машины ведущих европейских производителей с современным оборудованием. Строительство здания на улице Голубка обошлось городскому бюджету в 45 миллиардов рублей. 10 подстанций скорой медицинской помощи расположены во всех административных районах города для быстрейшего прибытия к больным и пострадавшим.

Фото автора.

drug-olya@yandex.ru

1/
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости