Как находили выход из тупика

Шестнадцать лет назад был принят Основной Закон нашей суверенной страны

Шестнадцать лет назад был принят Основной Закон нашей суверенной страны

Заместитель председателя Конституционного Суда Республики Беларусь Александр МАРЫСКИН (на снимке) в 1992—1994 годах принимал участие в работе ряда депутатских и правительственных комиссий, занимавшихся разработкой проекта Конституции. А в 1996 году был членом рабочей группы и комиссии, готовившей изменения и дополнения в Основной Закон.

— Александр Владимирович, 15 марта 1994 года я, парламентский журналист газеты «Рэспубліка», наблюдал в Овальном зале Верховного Совета, как депутаты принимали Конституцию. После дебатов большинством голосов ее приняли, и народные избранники приветствовали это стоя. Но тогда первым ощущением было то, что окончено трудное и долгое дело. И только со временем стало приходить осознание исторической важности события, свидетелем которого был.

— Да, это был тяжелый и долгий процесс. В Беларуси на рубеже 1980—1990 годов сложилась интересная ситуация. Действовала Конституция БССР с руководящей ролью Компартии, с плановой экономикой и основным принципом организации власти — полновластие Советов. Однако в нее уже вносились изменения. Так, в 1989 году был определен порядок формирования нового Верховного Совета, в 1990—1992 годах в действующую Конституцию внесли ряд значительных изменений и дополнений. В 1990 году была создана Конституционная комиссия, которая должна была представить проект в следующем году для вынесения на всенародное обсуждение. Но пока он не был готов, шла работа по двум направлениям: разработка принципиально новой Конституции и внесение изменений в действующую. Вносились такие изменения: была отменена 6-я статья о роли КПСС, уточнялись формы собственности, правовой статус ряда государственных и других органов. Но принципиально ничего не менялось.

— В 1990 году была принята Декларация о государственном суверенитете, которой через год придали статус конституционного закона. Это, можно сказать, решительный шаг!

— Ситуация тогда была действительно уникальная. С одной стороны, никто не отменял Конституцию БССР. А с другой стороны — действовала Декларация. И, как было закреплено в Декларации, в случае противоречия нормам Основного Закона действовали нормы Декларации.

Уже в 1991 году могли произойти глобальные перемены. Были подготовлены проекты законов о президенте, о выборах главы государства. Предлагалось избирать первого президента или на сессии парламента, или всенародным голосованием. Однако депутатские фракции (партийные группы) не пришли к единому мнению, голоса разделились, и проекты отложили.

— Но тогда еще и опасались: кто победит на президентских выборах? Кандидатов хватало. Поэтому выгодно было не торопить события, не рисковать…

— Существовало и такое опасение. Предлагалось три формы власти: парламентская республика, как в начале 1990-х, парламентская республика со «слабым» президентом и сильная президентская власть. Ни один из вариантов не получал необходимых голосов депутатов. Казалось, настал тупик. Однако выход нашли. Статьи Конституции принимались отдельно. А за разделы о государственной власти, местном управлении и самоуправлении голосовали пакетным способом. И не электронным голосованием, а именными бюллетенями. Победил вариант республики с сильной президентской властью.

— Александр Владимирович, но тогда многие депутаты, особенно из оппозиции, были недовольны принятым Основным Законом. Высказывались мнения, что нужно вносить поправки. Какие же, на ваш взгляд, были недоработки в Конституции?

— Конечно, чтобы запустить механизм организации новой государственной власти, требуется время. Поэтому на первых порах новая Конституция давала сбои. Так, по-разному трактовались некоторые ее положения. Возникали ненужные конфликты. Требовались изменения, дополнения, уточнения.

— Разные политические силы по-разному трактуют необходимость референдума 1996 года. Вы непосредственно участвовали в подготовке проекта вносимых изменений. В чем их суть, чем они были вызваны?

— Я бы поделил их на несколько блоков. Первый — экономические отношения. В Конституции 1994 года не говорилось, какую экономику мы строим. Теперь же указывалось, что социально ориентированную рыночную экономику. В Основном Законе фактически закреплено, что в Беларуси есть рынок, который формируется в социальных целях. И это важно.

Второй блок — права и свободы граждан. В этом отношении наша Конституция соответствует всем международным стандартам. В ее основу легли основополагающие международные документы. Эксперты признают, что она не уступает основным законам любых демократических стран.

Третий — механизм государственной власти. Конституция в редакции 1996 года исходит из единства государственной власти и разделения ее в функциональном плане на законодательную, исполнительную и судебную. А в 1994 году было записано три вида власти — законодательная, исполнительная и судебная.

Четвертый — правовой статус госорганов. Изменился статус Президента страны. Если раньше он был главой государства и исполнительной власти, то стал главой государства, получив ряд дополнительных полномочий по обеспечению взаимодействия государственных органов. Появился двухпалатный парламент. Раньше отсутствовало самостоятельное правительство, оно являлось Кабинетом Министров при Президенте для обеспечения его полномочий в сфере исполнительной власти. Теперь же оно стало высшим органом исполнительной власти — Советом Министров. Изменился и статус Конституционного Суда. Контрольная палата была преобразована в Комитет государственного контроля.

Эти изменения в то сложное время позволили обеспечить экономическую и политическую стабильность.

— Мы знаем, что в советское время были утверждены многие демократические нормы, но существовали они только на бумаге. Как выполняются положения нашего Основного Закона?

— В целом конституционные нормы соблюдаются. Хотя нельзя говорить, что реализованы все положения Основного Закона. Так, в Конституции закреплено право альтернативной воинской службы. Но закона о ней нет и по сей день. Хотя и Конституционный Суд дважды принимал решения по этому поводу. Радует, что недавно глава государства дал поручение Государственному секретарю Совета Безопасности разработать проект такого закона.

В стране существует довольно хорошая законодательная и нормативная база. Однако бывают случаи, когда некоторые акты не соответствуют положениям Основного Закона. И Конституционный Суд на это указывает.

— Конституционный Суд также был создан в 1994 году, его создание закрепила первая Конституция суверенной Беларуси. И сегодня ваш орган стоит на страже Основного Закона…

— Гарантом Конституции является Президент страны. Так записано в Основном Законе. Наш орган имеет полномочия по контролю конституционности законодательных и иных нормативных актов. Суд может вывести акт из правовой системы, влиять на совершенствование законодательства, устранять в нем пробелы. Мы осуществляем предварительный контроль всех принимаемых парламентом законов. Журналисты иногда говорят, что КС — пассивный орган. Это не так. Пассивен он только в одном — в том, что не может возбуждать дела по своей инициативе. Однако мы активно вносим свои предложения по устранению коллизий и пробелов в законодательстве, высказываем правовые позиции, которые учитываются при совершенствовании правовой системы, осуществляем обязательный предварительный контроль всех законов, принятых парламентом.

— Как известно, Конституция будет действенна, если ее воспримет народ. КС — тот орган, куда обращаются граждане по поводу нарушения ее норм. Насколько актуальны такие обращения? Как выросла наша правовая культура?

— К нам ежегодно поступает 2—4 тысячи обращений. Бывает, под письмом стоят подписи тысячи, а то и десятков тысяч людей. Как, к примеру, под обращениями о введении личного номера в паспорте, о проекте закона о свободе совести и религиозных организациях. Однако лишь 3–6 процентов обращений касаются конституционности нормативных правовых актов, остальные же связаны с работой общих и хозяйственных судов, исполнительных органов, должностных лиц.

Конечно, общая правовая культура в стране выросла. Однако не сказал бы, что все замечательно. Даже из обращений видно, что люди не знают, чем занимается Конституционный Суд, какие полномочия имеют различные госструктуры, в какие государственные органы следует обращаться за защитой своих прав, свобод и законных интересов.

И мы все еще считаем, что государство нам должно сделать все. Это отголосок старой системы.

Государство должно помогать тем, кто сам не в состоянии что-либо сделать. Но если ты можешь работать и зарабатывать — зарабатывай сам. Для этого создаются условия… Роль государства в этом отношении должна уменьшаться. Люди должны больше рассчитывать сами на себя. А законодательство будет стимулировать их деятельность.

— Если заговорили о правовой культуре, то нельзя не отметить, что законодательство выросло качественно. Сырых, недоработанных законов стало меньше.

— Совершенного законодательства нет ни в одной стране мира. Если бы все соответствовало Конституции, отпала бы необходимость создавать специальные органы для контроля за конституционностью нормативных правовых актов. И в нашем законодательстве есть недостатки.

В первой половине 1990-х годов Беларусь еще не определилась с моделью своего развития. Поэтому и не было системности в принятии законов.

— Однако тогда появлялось немало законов, которые заполняли правовой вакуум: о собственности, аренде, о предприятиях, Земельный кодекс и другие.

— Но это были лишь попытки найти путь развития. Не было взаимосвязи между принимаемыми законами, не прослеживалась системность, что приводило к нестыковкам и коллизиям. Теперь же, когда мы определились с выбором, законодательные акты стали больше увязываться друг с другом.

Сыграло свою роль и создание двухпалатного парламента — законы проходят двойную экспертизу. Палата представителей принимает их, а Совет Республики их оценивает, одобряет или отклоняет.

— Парламент стал профессиональным, депутаты работают постоянно. А раньше многие приезжали на сессии со своих рабочих мест и, толком не зная ситуации, вносили непродуманные предложения, ломая все, что уже было подготовлено.

— Нередко ставили на голосование предложение и с голоса. Помните, как принимали закон об образовании? Предложили установить зарплату работникам этой сферы не ниже уровня в промышленности. Это в целом хорошее предложение. Однако тогдашний глава правительства и депутат Верховного Совета Вячеслав Кебич доказывал, что оно не выполнимо. Но депутаты слушать его не стали...

— А потом на каждой сессии поднимали вопрос: почему не выполняется закон об образовании?

— Теперь же такое — нонсенс. Без строгих экономических обоснований, без детальных обсуждений, экспертиз предложение на голосование не ставится. Сейчас создан ряд учреждений, которые помогают качественно готовить законопроекты. В частности, Национальный центр законодательства и правовых исследований.

— Какие коренные изменения, на ваш взгляд, следует ожидать в нашем законодательстве? 

— Все должно изменяться плавно. Однако, думается, вскоре будут приниматься законы нового поколения. Жизнь не стоит на месте, появляются новые направления и в политической, и в экономической, и в социальной сфере. Если раньше ряд законов носили общий характер, то теперь нужно их детализировать.

К сожалению, у нас законодательство еще не стало стабильным. Особенно кодексы (Уголовный и Уголовно-процессуальный, Гражданский, Кодекс об административных правонарушениях, Процессуально-исполнительный кодекс об административных правонарушениях и другие). В них часто вносятся поправки. В идеале такого быть не должно. И если мы что-то принимаем, то должны знать: надолго.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.13
Загрузка...
Новости