Минск
+10 oC
USD: 2.04
EUR: 2.26

Изабель дороже денег. Роман чекиста и шпионки

Так сложилось исторически, что приграничный Минск в 20-е и последующие годы был серьезным оперативным центром ОГПУ и НКВД.
Так сложилось исторически, что приграничный Минск в 20-е и последующие годы был серьезным оперативным центром ОГПУ и НКВД. Здесь готовились и проводились такие легендарные операции, как "Трест", здесь считалось большой честью проходить службу. Так оказался в Минске молодой чекист Георгий Агабеков... Его дальнейшая судьба стала бестселлером.

26 августа 1930 года в газете "Чикаго трибюн" появилось сенсационное для того времени интервью. Его дал перебежчик, бывший начальник восточного сектора Иностранного отдела ОГПУ, бывший глава резидентуры ОГПУ сначала в Персии, а потом, с осени 1929 года, в Турции Георгий Агабеков. Он подробно рассказал европейскому корреспонденту этой газеты о своем положении бездомного скитальца, бежавшего от большевизма. Он также говорил, что предлагал свои услуги британской и французской разведкам, которые, по его словам, их почему-то отвергли. Более того, Агабеков сообщил, что при своих контактах с британским военным атташе в Стамбуле в 1929 году он "готов был рассказать, каким образом ОГПУ перехватывает корреспонденцию, которой обмениваются МИД Великобритании и английские миссии на Ближнем Востоке".

Сенсационное интервью

Военный атташе, по словам Агабекова, обещал "передать это предложение тем, кого оно может заинтересовать". Но англичане не отреагировали. Как потом напишет в своей книге "Судьба советских перебежчиков" известный английский публицист Гордон Брук-Шеферд, "Лондон тогда действительно не знал, имеет ли он дело с разведчиком высокого уровня, который решил сменить хозяина, или это провокатор, которого Москва хочет внедрить в британскую разведку". Но Агабеков действовал изощренно. В интервью "Чикаго трибюн" он публично обвинил британскую разведку чуть ли не "в сотрудничестве с ОГПУ". Назревал серьезнейший скандал. Это интервью сразу было перепечатано почти всеми ведущими британскими газетами. Депутаты парламента стали требовать расследования. Официальный Лондон занервничал.

В середине сентября 1930 года в Брюсселе состоялась встреча Агабекова с сотрудником британской разведки.

- Сколько вы желаете денег за свои секреты? - начал диалог англичанин.

- Мне деньги не нужны, - ответил бывший советский чекист. - Я готов рассказать вам все, что знаю о тайной деятельности советской разведки, а также консультировать вас в будущем, но при одном-единственном условии - вы должны помочь мне соединиться с Изабель Стретер.

Англичанин был ошеломлен. Он быстро составил письменный договор, в котором бывший советский агент и британская разведка сформулировали условия сотрудничества. По мнению английских историков, этот договор до сих пор является "самым невероятным из всех документов, которые знает история шпионажа". Но интрига все же не в этом. О содержании договора вскоре стало известно и на Лубянке. Трагическая развязка, детали которой до настоящего времени держат в секрете и в Москве, и в Лондоне, стала быстро приближаться к своему логическому завершению.

В поисках "крыши"

Кто же такая Изабель Стретер, соединиться с которой так жаждал Георгий Агабеков? Упомянутый уже английский публицист Гордон Брук-Шеферд рассказал увлекательную романтическую историю. Оказывается, главной задачей резидента ОГПУ в Стамбуле Агабекова, работавшего под вымышленным именем Нерсеса Овсепяна, было ослабление влияния Англии и Франции в этом регионе. Однако английского языка Агабеков не знал. Однажды он якобы дал объявление в газету: "Ищу преподавателя английского языка". И это объявление круто изменило его жизнь. Учительницей Агабекова-Овсепяна стала некая Изабель Стретер, двадцатилетняя дочь английского чиновника, который работал в стамбульской конторе британской пароходной компании. Советский разведчик якобы безумно влюбился в нее, и мисс Стретер ответила ему взаимностью. Такова версия Гордона Брук-Шеферда.

Но возникают вопросы. С одной стороны, утверждается, что семейство Стретеров являлось респектабельным, обладавшим - как подтвердилось позже - огромными связями в правящих кругах Великобритании. Поэтому отправлять двадцатилетнюю дочь подрабатывать репетиторством вроде бы причин не было. С другой, как пишет Павел Судоплатов в своих воспоминаниях, Стретер-старший по картотеке ОГПУ "проходил как британский разведчик". Так, может быть, выход Агабекова на эту семью и начало его "занятий английским языком" с Изабель Стретер первоначально носили вполне оперативный характер? Причем как со стороны Москвы, так и со стороны Лондона. Другое дело, что события стали развиваться несколько по иному сценарию.

А была ли любовь?

В январе 1930 года Агабеков решил "открыться" Изабель Стретер, рассказав ей, кто он на самом деле и чем занимается. И сделал, как выясняется, это не случайно. К тому времени в Москве был арестован один из ведущих сотрудников восточного сектора Иностранного отдела ОГПУ небезызвестный Яков Блюмкин. Будучи в Стамбуле, он встречался с находившимся на Принцевых островах Львом Троцким, причем есть основания предполагать, что "прикрытие" ему обеспечивал Агабеков. Тогда ОГПУ приняло решение отозвать в Москву почти всю свою резидентуру на Ближнем Востоке. Нетрудно догадаться, что могло ждать Агабекова на родине. Он принимает решение остаться на Западе. И Изабель решила ему в этом помочь, предложив встретиться с английским военным атташе в Стамбуле. Но тот, как уже было сказано, не проявил к чекисту "особого внимания". Более того, он предостерег Стретера-старшего. Семья весьма озаботилась. Изабель даже запирали в квартире, чтобы она не встречалась с "ужасным армянином". Потом решили отправить ее к старшей сестре во Францию: с глаз армянина долой - из сердца вон. Но Агабеков был профессиональным разведчиком, да еще и с огромным опытом нелегальной работы. Как только Изабель сообщила ему о своем вынужденном отъезде во Францию, он уже через четыре дня оказался у дома сестры Изабель - Джойс, которая была замужем за Чарльзом Ли, в прошлом работавшим в представительстве Лиги Наций и бывшим в контакте с британской разведкой.

Узнав, что имеет дело с советским разведчиком, Ли сразу же поставил обо всем в известность британское посольство. Одновременно предпринял активные действия на семейном фронте: вызвал из Стамбула мать Изабель. Объединенными усилиями отобрали у Изабель паспорт, а старший Стретер, не теряя времени, предупредил Лондон о нежелательности предоставления политического убежища бывшему чекисту. Отвечая на просьбы Изабель помочь Агабекову, Ли решил "вывести" того уже на французскую разведку, которая в обмен на обещания "узнать секреты Лубянки" помогла выдать чекисту разрешение три месяца проживать в Бельгии. Но Агабеков не доверял и французским спецслужбам. Так же, как и британским.

Агабеков никому не верил и даже отказался от предложенного англичанами плана "высвобождения" Изабель. Он стал действовать на свой страх и риск. Ему удалось убедить свою брюссельскую квартирную хозяйку мадам Банкен и ее дочь Сильвию поехать в Стамбул, куда к тому времени вернулась Изабель. Там Сильвия, внешне похожая на Изабель, должна была встретиться с девушкой и отдать ей свой паспорт. И операция удалась. 2 ноября 1930 года Агабеков получил долгожданную телеграмму: "Все хорошо. Счастлива. Изабель". Они поженились через несколько дней в Брюсселе.

Развязка

Совместная жизнь семьи Агабековых-Стретер оказалась нелегкой. Отец, узнав о браке Изабель, отказал ей в финансовой помощи. Сам Агабеков пытался поначалу зарабатывать на жизнь литературным трудом. Ему удалось напечатать на Западе две книги. Но это не спасало положения. Тогда он затеял махинации с кавказскими эмигрантами, пытавшимися контрабандой переправить из СССР свои семейные сокровища. Но на этом-то его ОГПУ и поймало. В августе 1937 года его заманили на явочную квартиру ОГПУ в Париже, где, как пишет Павел Судоплатов, он должен был якобы договориться о тайном вывозе бриллиантов, принадлежащих богатой армянской семье. Там его ждали 28-летний советский нелегал Александр Коротков и боевик-турок, нанятый НКВД. Турок убил Агабекова ножом, после чего тело несчастного запихнули в чемодан и выкинули в море. Труп найден не был.

Остается добавить, что за год до этого Изабель оставила Агабекова и уехала в Англию. Когда началась вторая мировая война, она вступила в женский вспомогательный корпус ВВС. После войны работала в ООН секретаршей. В 1949 году перешла в британский МИД. Потом работала в парламенте Англии и в некоторых британских посольствах. То, что ее роман и брак с Агабековым не мешали ей работать в таких учреждениях, наводит на мысль, что Изабель была все же связана с британской разведкой. И еще один любопытный факт: Изабель, несмотря на свою привлекательную внешность, никогда больше не вышла замуж. Возлюбленная Георгия Агабекова пережила его на три с лишним десятилетия. Она умерла в ноябре 1971 года в возрасте 62 лет.

Агабеков и Изабель были разведчиками и вели друг против друга опасную игру. Любовь проиграла.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...