История с фотографией

На этом снимке, сделанном 29 июня 1945 года, три лейтенанта, три крылатых мушкетера, летавших крылом к крылу в 672-м штурмовом авиаполку, удостоенные в этот день звания Героя Советского Союза. Количество боевых вылетов, совершенных этой героической тройкой на штурмовиках Ил-2, просто потрясает - 620! На счету Владимира Серегина (крайний слева) 168 вылетов, у Николая Прибылова (крайний справа) - 212, рекордные 240 совершил Григорий Черкашин. Для сравнения, один из самых прославленных летчиков-штурмовиков Великой Отечественной легендарный Леонид Беда за 214 боевых вылетов стал дважды Героем Советского Союза.


Каждый год 27 марта я беру в руки пухлую папку с материалами, которые собираю уже много лет, о двух замечательных советских авиаторах Героях Советского Союза Владимире Серегине и Юрии Гагарине. В нынешнем минуло ровно 50 лет с того трагического дня 27 марта 1968 года, когда нелепая авиакатастрофа вписала их имена в эскадрилью бессмертия, в которой летают вечно, но, увы, никогда не возвращаются. И каждый год я долго не могу отвести взгляд от этой фотографии, на которой тот самый летчик-ас Владимир Сергеевич Серегин.

Мне посчастливилось общаться с двумя известными авиаторами, которые участвовали в расследовании трагедии, унесшей жизни Серегина и Гагарина: генералом Иваном Федоровичем Модяевым и маршалом Иваном Ивановичем Пстыго. Иван Иванович в 1968 году был заместителем главкома ВВС по боевой подготовке, генерал-полковником и входил в правительственную комиссию по расследованию причин авиакатастрофы и лично проверял организацию летной подготовки космонавтов. О Владимире Серегине как о летчике он говорил с восторгом. Пстыго сам воевал на штурмовике Ил-2 и прекрасно знал, что стоит за 168 боевыми вылетами на "летающем танке". Не потерялся Герой Советского Союза Серегин и после войны: окончил Военно-воздушную инженерную академию, заслужил престижный 1-й класс и как военный летчик, и как летчик-испытатель (кстати, был ведущим летчиком-испытателем учебного УТИ МиГ-15, на котором и погиб), ему была доверена высокая должность командира 70-го отдельного испытательно-тренировочного авиаполка, где велась летная подготовка космонавтов. И если к Серегину как командиру полка у строгого и дотошного генерала Пстыго были претензии, то в характеристике летчика присутствовали только положительные эпитеты. Такого же мнения придерживался и генерал Модяев. Более 4.000 часов безаварийного налета Серегина говорили о многом.
Герой Советского Союза Иван Ерашов. 1946 г.

Составляя полный летный портрет Серегина, Пстыго, верный своему любимому лозунгу "зри в корень", изучал не только документы, но и опрашивал сослуживцев Владимира Сергеевича. Нашел и его однополчан -- Прибылова с Черкашиным. Нашел и ответ на вопрос, как прибывший на фронт осенью 1943 года зеленый юнец, младший лейтенант буквально за несколько месяцев вырос в настоящего аса. С чем-чем, а с умением докопаться до самой сути сравниться с Иваном Ивановичем мало кто мог. Для начинающего летчика очень важно, кто будет у него первым наставником, кто научит его не только правильно летать и воевать, но и правильно мыслить, научит чувствовать небо, уметь опираться на него в бою. И таким мудрым поводырем для Серегина, Черкашина, Прибылова и других летчиков-героев 672-го штурмового полка стал их командир, наш земляк-белорус, уроженец Лепеля, бывший школьный учитель из Полоцка, Герой Советского Союза майор Иван Михайлович Ерашов. Говоря именно о нем, маршал Пстыго любил повторять крылатую фразу: "Учитель не тот, кто учит, а тот, у кого учатся!" 8 мая 1948 года, 70 лет назад, преждевременно, прожив всего 36 лет, летчик-педагог от бога, легенда штурмовой авиации Иван Ерашов ушел из жизни. Давайте вспомним и отдадим должное этому замечательному человеку.

Имевшему за плечами школу-семилетку и Лепельский педагогический техникум учителю Ивану Ерашову прочили на педагогическом поприще большое будущее. В 1932 году молодого, активного, талантливого молодого человека единогласно приняли в кандидаты в члены партии, что по тем временам открывало перед ним все двери для профессионального и служебного роста. Но ни завучем, ни директором Ивану стать было не суждено. По специальному партийному набору он был призван в армию и в 1933 году стал курсантом 7-й военной школы пилотов в Сталинграде. Грамотному, с крепким здоровьем парню летное дело давалось на удивление легко. Не случайно, что после успешного окончания обучения лейтенант Ерашов был оставлен в школе летчиком-инструктором. В зачет пошли и его педагогический талант, и умение делиться своими летными навыками с товарищами. Удивительное сочетание таланта летчика и педагога не осталось незамеченным начальством. Когда в мае 1938 года школу решили преобразовать в Сталинградское военное авиационное училище летчиков, то на высокую и ответственную должность начальника учебно-летного отдела, присвоив внеочередное звание капитана, назначили именно его. Со своими обязанностями, со своим хлопотным, беспокойным хозяйством, а одних учебных аэродромов в училище было 14, Ерашов успешно справлялся до весны 1941 года. А потом что-то случилось. Время было тревожное. Разного рода доносы, обвинения во вредительстве и прочих грехах были не редкостью. Видимо, дошли чьи-то руки и до капитана Ерашова. Его сослали во внутренний Приволжский (подальше от границы) военный округ, где мурыжили на должности заместителя командира полка до мая 1942 года. Все его рапорты об отправке на фронт безапелляционно отклонялись. Помог случай. Пришла разнарядка на учебу в Военно-воздушную академию, которую эвакуировали из Подмосковья в город Чкалов (Оренбург). Не секрет, что желающих сесть за академическую парту среди летчиков, ввиду не очень высокого уровня образования, что называется, и со свечкой было не сыскать. А разнарядку-то командованию надо было выполнять - послали Ерашова. 

По окончании в феврале 1943 года ускоренного курса академии капитана Ерашова направили в 672-й штурмовой авиаполк, который был сформирован на базе ночного легкобомбардировочного, летавшего на У-2. В то время академического образования не имели большинство командиров авиационных дивизий и корпусов, но Ивану Михайловичу, увы, не доверили даже полк. В 672-м шап, который вошел в состав 306-й штурмовой авиадивизии 9-го смешанного авиакорпуса 17-й воздушной армии, он возглавил 1-ю эскадрилью.

Атакуют штурмовики

В мае 1943 года 672-й шап прибыл на Юго-Западный фронт, в район южного фаса Курского выступа, и летал только на разведку. Совсем скоро здесь разгорятся ожесточенные бои одного из решающих сражений Великой Отечественной - Курской битвы. Летный состав в полку был в основном из пополнения: молодой, необстрелянный, не имевший боевого опыта. А их сразу в полымя. 5 июля отборные немецкие части перешли в наступление. Капитан Ерашов первым в полку поднял в небо восьмерку своих орлов и без прикрытия истребителями полетел бомбить переправу через реку Северский Донец у Соломино. Дебют получился очень громким. Прорвавшись через частокол зениток и тучи "мессеров", штурмовики нанесли удар по танкам, разгромили две батареи дальнобойной артиллерии и попали в склад горючего и боеприпасов, снабжавший всю танковую группировку на Белгородском направлении! Горело и рвалось так, что дрожала земля за десятки километров. Командующий 7-й гвардейской армией генерал С.Шумилов в связи с этим прислал в штаб воздушной армии специальное донесение с благодарностью штурмовикам. При отходе от цели группу Ерашова атаковали 24 истребителя асов эскадры "Удет". Четверо набросились на ведущего. Умело маневрируя, Ерашов сбил одного "мессера". Но силы были слишком неравны. На изрешеченном снарядами, с разбитым мотором самолете он все же дотянул до своих и сел на вынужденную. В этот день в 672-й полк не вернулось на свой аэродром 10 штурмовиков Ил-2. 6 и 7 июля полк продолжал штурмовать переправы немцев у Соломино, потеряв в ожесточенных боях еще 13 самолетов. Был сбит и получил серьезные ожоги командир полка майор Владимир Глебов. 672-й шап временно возглавил земляк Ерашова штурман полка майор Федор Красовский, но тоже не надолго -- вскоре его сменил замполит майор Александр Елисеев. Курская битва стала тяжелым испытанием для всей 306-й штурмовой дивизии полковника Исупова. Только за первых три дня сражения, совершив 177 боевых вылетов, она потеряла 56 самолетов Ил-2.


И все же лучшие танковые части Гитлера удалось сначала остановить, а затем и погнать вспять. В августе слава об эскадрилье капитана Ерашова вновь загремела по всему фронту. 15 и 16 числа 12 Ил-2 под его командой трижды громили тщательно охраняемый стратегически важный аэродром "Краматорская", повредив и уничтожив около 30 немецких самолетов. Более того, 16 августа они сумели совершить и вовсе невероятное: сбили над аэродромом 6 самолетов! Один из "мессеров" вогнал в землю Ерашов. 17 августа за 18 боевых вылетов, проявленные мужество и отвагу он был представлен к ордену Красного Знамени. К 10 сентября у капитана Ерашова на счету будет уже 39 боевых вылетов и на его груди засияет второй орден - Александра Невского. В боях за освобождение Донбасса, форсировании Днепра Ерашов вырос в настоящего лидера, лучшего аса 672-го полка, летавшего на самые ответственные задания. В сентябре он на предельной для Ил-2 дальности наносит снайперские удары по железнодорожной станции Лозовая, переправам и мосту у Днепропетровска. Но по служебной лестнице его упорно не продвигают вплоть до 15 ноября 1943 года, когда в воздушном бою погибнет очередной командир полка полковник Максим Матюшин. Возглавив 672-й шап, майор Ерашов очень быстро сделал его передовым, лучшим полком 306-й дивизии. Будучи по призванию педагогом, он очень много сил и времени уделял подбору и обучению летного состава. Еще будучи комэском, он лично летал в запасные полки за пополнением, не изменил он этому правилу и став командиром полка. Своим наметанным взглядом он безошибочно отбирал среди вчерашних курсантов-"желторотиков" самых лучших, перспективных воздушных бойцов. Так в полк попали и будущие асы младшие лейтенанты Владимир Серегин, Григорий Черкашин, Николай Прибылов.

Иван Михайлович, обладая большим организаторским талантом, умело руководил не только летной работой, но и инженерно-техническим составом, что позволяло экипажам за один день выполнять по 3 - 4, а то и по 5 - 6 боевых вылетов! А это требовало больших физических усилий и крепкого морального духа. Много летая сам, он заражал своим личным примером буквально всех. В небо рвались и те, кто мог спокойно, особо не рискуя, отсиживаться на земле. Замполит полка майор Александр Елисеев летал воздушным стрелком, адъютант эскадрильи, то есть начштаба, Леонид Новожилов пилотировал Ил-2 и даже сбил "мессера"... И главное - при значительном росте количества боевых вылетов полк нес минимальные потери. 

Ил-2 летят на задание

К 14 декабря 1943 года майор Ерашов совершил уже 94 (и это всего за полгода!) боевых вылета и был представлен командиром 306-й шад полковником Александром Исуповым к званию Героя Советского Союза. Через месяц у Ерашова будет 106 боевых вылетов, но вместо ордена Ленина, которым его хотело наградить командование дивизии, он получит второй орден Красного Знамени. Продолжит Иван Михайлович и свою успешную летно-педагогическую практику. В нелегких условиях зимы без единого летного происшествия он подготовит для действий в сложных метеоусловиях 30 экипажей полка, сделав его первым в штурмовой авиации фактически всепогодным. 

Благодаря отличной технике пилотирования и штурманской подготовке майор Ерашов был непревзойденным мастером самолетовождения и поиска цели, умелым штурмовиком-охотником, ни разу не ударившим по своим войскам даже в самых тяжелых погодных условиях. В полет, ведомыми, он смело брал молодых летчиков, щедро передавая им свой опыт. Не забывал, понимая как это важно для них, и своевременно награждать. За 10 боевых вылетов получили свою первую боевую награду - орден Красной Звезды и младшие лейтенанты Черкашин, Прибылов и Серегин.

Количество боевых вылетов у летчиков полка росло очень быстро. К примеру, 23 февраля 1944 года в честь очередной годовщины Красной Армии многие из них по 6 (!) раз вылетали на штурмовку врага. По воспоминаниям ветеранов 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии, с которыми мне посчастливилось общаться, от напряжения и усталости ноги подкашивались и после трех полетов. Кстати, в 1-й гвардейской шад Золотой Звездой Героя удостоили 71 летчика, еще 7 стали дважды Героями Советского Союза. В дивизии неукоснительно соблюдалось золотое правило: как только количество боевых вылетов приближалось к заветной цифре 100, командиры тут же оформляли наградные документы на звездочку. Рекордсменом по количеству Героев Советского Союза считается 74-й гвардейский полк этой дивизии, у него их - 29! Но кто сегодня знает, что с ним мог запросто потягаться и 672-й шап. В этом полку Золотой Звезды были удостоены 11 летчиков - лучший показатель в 306-й дивизии. Но только по моим подсчетам, еще не менее десяти летчиков полка имели на своем счету более 100 вылетов, а четверо более 200! И заслуженных высоких наград так и не получили! Удивительно, но, нарушая действующее положение о присвоении летчикам-штурмовикам звания Героя Советского Союза, кто-то постоянно вычеркивал летчиков 672-го шап из списков представленных к награждению. 14 декабря 1943 года комполка Ерашов аргументированно и обоснованно оформил наградные документы на одного из самых лучших своих летчиков - лейтенанта Петра Бурьянова, который умудрялся летать на боевые задания при совершенно нелетных для Ил-2 условиях погоды, когда нижняя кромка облаков висела на высоте 50 - 80 метров, а полетная видимость не превышала 300 - 500 метров! Необходимые бумаги прошли все инстанции, их завизировали и комдив, и комкор, и командующие армией и фронтом, но Золотой Звезды Петр так и не получил. По совершенно непонятным причинам не стал Героем Советского Союза и легендарный штурман 672-го шап майор Дмитрий Тулакин. 20 марта 1944 года за 105 (!) боевых вылетов он был представлен только к ордену Красного Знамени, а в декабре того же года за 129 (!) вылетов и вовсе только к ордену Александра Невского... Причем из этих 129 - 116 раз он был ведущим групп штурмовиков, делая, как правило, по 5 - 7 заходов на цель, 57 раз летал в сложных метеоусловиях и потерял при этом всего ОДИН самолет!

Снайперский удар штурмовиков

Конец зимы 1944 года был ознаменован успехами войск 3-го Украинского фронта. 17 февраля был освобожден от фашистов город Кривой Рог. В начале марта наши войска вышли к Южному Бугу на подступы к городам Вознесенску и Николаеву.

По сохранившимся архивным документам сегодня можно рассказать об, увы, последних боевых делах 672-го шап, которыми в марте 1944 года было суждено руководить майору Ерашову. Полк наносил удары по врагу с аэродрома "Козыдубы", что в Криничанском районе Днепропетровской области. 12 марта летали только на разведку - в район Вознесенска. Задание выполняли 2 пары штурмовиков: Николай Прибылов - Владимир Серегин и Григорий Черкашин - Израил Сатановский. 13 марта в небо на разведку поднималась только пара майора Тулакина. На следующий день на штурмовку войск противника вылетали 18 штурмовиков, были среди них и Прибылов с Серегиным. 15 марта 672-й шап перебазировался на аэродром "Радушное", что юго-восточнее Кривого Рога. И уже 18 марта начали громить немцев в районе Зеленый Гай и Катериненталь. Летали на задание и три наших крылатых мушкетера - Серегин, Черкашин, Прибылов.

19 марта в сложнейших метеоусловиях, снижаясь до предельно малой высоты в 5 метров, на разведку в район Зеленого Гая и Новой Одессы слетала тройка асов -майоры Ерашов, Тулакин и старший лейтенант Филонов. У Зеленого Гая обнаружили скопление войск противника, по которому на следующий день был нанесен массированный удар. Рано утром на доразведку еще раз в одиночку, чтобы не спугнуть врага, слетал Ерашов. А затем закрутилась штурмовая карусель: одна за другой в небо начали подниматься группы самолетов, которые повели к цели заместители командиров эскадрилий Иван Филонов, Евгений Середкин, Александр Амосов и бесстрашный штурман полка Дмитрий Тулакин. В 12 часов 15 минут на задание ушла пятерка майора Ерашова, в состав которой вошли младшие лейтенанты Прибылов, Серегин, Черкашин и Мариненко. Их атаковала пара истребителей Ме-109, но Серегин удачно сманеврировал и подбил из пушек одного "мессера", который, волоча за собой хвост дыма, скрылся за горизонтом. Завершала удар шестерка лейтенанта Амосова, замыкающим в которой летал на штурмовку командир дивизии полковник Исупов. Вечером 20 марта майор Ерашов подписал последние в своей жизни боевые наградные листы. К ордену Красного Знамени он представил младших лейтенантов Прибылова, Панфилова, Тарановича, воздушного стрелка Мурыгина, совершившего 162 боевых вылета!

22 марта развернулись ожесточенные бои за город и железнодорожную станцию Вознесенск. Первой на разведку ушла пара Ерашов - Филонов. По обнаруженным целям ударили группы Амосова, Середкина и Филонова. А разгромную точку в этот день поставила шестерка слетавшего еще раз Амосова. Один боевой вылет совершил и Владимир Серегин. Не имеющий потерь 672-й шап летал все эти дни без прикрытия истребителями. Летчики сами привыкли и начальство к этому приучили. И за свою самонадеянность будут жестоко наказаны. Как известно, у немцев была очень хорошо развита служба радиоперехвата. Очень скоро командование люфтваффе узнало о полетах штурмовиков без истребителей, в которых к тому же участвует руководящий состав полка и дивизии. В этот район на "охоту" срочно перебросили группу асов-истребителей.

23 марта 672-й шап без прикрытия истребителями наносил удары по переправам через Южный Буг, железнодорожной станции Вознесенск и по целям юго-западнее этого города - в районах Ястребиново, Богдановка, Новоселки. Первой ушла на боевое задание пара Амосов - Зайцев. За ними в небо поднялась группа Филонова, в которую входили и Серегин с Черкашиным. Они были атакованы шестеркой Ме-109. Ведущий старший лейтенант Филонов умело ушел из-под удара и огнем из пушек поджег "мессера", который упал в двух километрах западнее Ястребиново. Четверка майора Тулакина, отбив атаки 8 истребителей, уничтожила на железнодорожной станции Вознесенск паровоз и 8 вагонов. Успешно штурмовала врага и группа командира эскадрильи Героя Советского Союза Никиты Дьяконова (к марту 1945 года он совершит 234 (!) боевых вылета). Для контроля боевых действий 672-го шап в одиночку, без ведомого (!), вылетал командир дивизии Исупов. Во второй половине дня майор Ерашов решил повторить удар по врагу. На задание ушла четверка Дьяконова и пара Бурьянов - Черкашин. В 17 часов 15 минут взлетел и сам Ерашов с ведомым старшим лейтенантом Иваном Филоновым. Через час пятнадцать на аэродром "Радушное" вернулся один Филонов. Самолет командира полка был подбит истребителем. Ерашову пришлось садиться на вынужденную на территории, занятой врагом. Его поиск и спасение ввиду наступившей темноты организовать не удалось. В группе Дьяконова в воздушном бою был подбит Ил-2 Евгения Середкина, ранен воздушный стрелок, но отважный летчик все же дотянул до своего аэродрома. Но даже эти тревожные события не насторожили вышестоящее командование. На следующий день штурмовики вновь полетят без прикрытия истребителями и понесут тяжелые потери.

Пишу эти строки и удивляюсь: как тесен мир! Здесь, западнее Вознесенска, в Ястребиново, маялся в плену у немцев наш легендарный земляк будущий Герой Советского Союза генерал-полковник авиации Григорий Дольников (о нем я писал в "СБ" в мае 2013 года в очерке "Судьба человека"). Бежал, воевал в местном партизанском отряде и радовался, наблюдая с земли, как громили немцев в марте 44-го асы майора Ерашова.

24 марта все летчики рвались в небо - отомстить гитлеровцам за своего командира. Погода была неблагоприятной. Все небо заволокло облаками. Первой на разведку ушла пара Бурьянов - Черкашин. В 10 часов 15 минут взлетела группа лейтенанта Амосова. Седьмым, замыкающим, в ней полетел комдив полковник Александр Исупов. Их целью был эшелон на железнодорожном разъезде северо-восточнее поселка Зеленый Гай. Уже при отходе от цели их неожиданно из-за облаков атаковала четверка "мессеров". Ил-2 Исупова был подбит и пошел на вынужденную посадку в районе Зеленого Гая. В 12 часов 15 минут в район Александровки на штурмовку колонны танков и автомашин пошла шестерка Филонова. Сверху, из-за облаков, на них тоже набросились 6 Ме-109. Два из них атаковали самолет ведущего. На это мгновенно среагировал ведомый Владимир Серегин. От меткого залпа его пушек один "мессер" рухнул на землю, а второй отвалил в сторону. Еще одного истребителя уничтожил Григорий Черкашин. На меткую очередь воздушного стрелка Сазонова нарвался третий немецкий ас. Но понесли потери и штурмовики. Был сбит и упал в Южный Буг командир звена лейтенант Петр Бурьянов с воздушным стрелком сержантом Вячеславом Лапиным. Младший лейтенант Владимир Семеренко на горящем самолете дотянул до своего аэродрома, но его стрелка рядового Льва Борисовича Горелика, нашего земляка, уроженца Осиповичей спасти не удалось.

Еще более трагично в этот день развивались события в соседней 305-й штурмовой авиадивизии. Началось с того, что немецкие истребители выследили и сбили начальника политотдела дивизии подполковника Голенко, беспечно летевшего на У-2. А затем нанесли тяжелейший урон 955-му штурмовому полку. На свой аэродром не вернулась шестерка командира полка подполковника Буланова. Вместе с ним погибли майор Звездин, проходивший стажировку на должности командира полка, заместитель командира полка капитан Салкин, летчики младшие лейтенанты Гореев, Дикарев, Карташев.

Было от чего схватиться за голову командиру 9-го авиакорпуса генерал-майору Олегу Толстикову. По его личному приказу в район вынужденной посадки командира 306-й дивизии Исупова под прикрытием 4 истребителей Ла-5 вылетела пара Амосов - Зайцев с задачей: при обнаружении самолета Исупова сесть рядом, забрать экипаж на борт штурмовика и вывезти на свою территорию. Но результата поиск не дал. Тогда в дело вмешался верхний штаб-дивизионный. Лететь решил инспектор-летчик по технике пилотирования 306-й шад подполковник Михаил Егоров, взявший ведомым Амосова. До этого случая на все задания Амосов летал со своим постоянным ведомым младшим лейтенантом Иваном Зайцевым. Это была самая сильная и самая слетанная пара 672-го полка. А вот с Егоровым Амосов никогда не летал. Немцы по радиоперехватам о поиске комдива знали и хорошо подготовились к встрече "гостей". Несмотря на сопровождение пятерки Ла-5, в скоротечном ожесточенном бою Амосов был сбит, а Егорову только чудом удалось спастись. Для Александра Амосова это был последний, 150-й боевой вылет. Отважного воздушного бойца посмертно удостоили звания Героя Советского Союза.
Памятник авиаторам 672-го штурмового авиаполка в Москве

О судьбе героически погибшего в немецком плену Александра Исупова я рассказывал в опубликованном в "СБ" в марте 2013 года очерке "Без вести не пропавший". А вот его воздушный стрелок гвардии старшина Иван Кривко, несмотря на тяжелое ранение, выжил. Он попал во 2-ю Одесскую клиническую больницу, где 10 апреля 44-го года дождался счастливого момента освобождения из плена. Долгое время ничего не было известно о майоре Ерашове. Он значился невернувшимся из боевого вылета и 8 мая 1944-го приказом главного управления кадров был исключен из списков личного состава Красной Армии как пропавший без вести, о чем и было сообщено его жене Марии Федосеевне Багрецовой, проживавшей в городе Чкалове.

Но, как оказалось, во время вынужденной посадки майор Ерашов получил серьезные ранения и попал в плен. Родину Иван Михайлович не предал, с немцами и власовцами сотрудничать отказался. Совершил дерзкий побег из лагеря, но к своим прорваться ему не удалось. Снова застенки, издевательства, побои. 25 января 1945 года в Польше из лагерного лазарета его освободили наступающие красноармейцы. Потом были советский фильтрационный лагерь, допросы, проверки. Никакого компромата на Ерашова не нашли. Вернули звание, награды. Наконец-то вручили и заслуженные им орден Ленина и Золотую Звезду Героя Советского Союза, которые он не успел получить до плена. Восстановили и в армии, но долго служить ему не довелось. Как рассказывал побывавший в плену Герой Советского Союза Григорий Дольников, таких, как он, долго не оставляли в покое - таскали на допросы и очные ставки. Невзирая на заслуги, их или придираясь к разным мелочам, постепенно выдавливали из армии или направляли служить в Сибирь, на Дальний Восток, в самые глухие места, да еще и на нижестоящие должности. Выдержать необоснованные гонения и испытание недоверием было очень тяжело. В ноябре 1947 года ушел из армии и майор Ерашов, а 8 мая 1948-го, накануне Дня Победы, и из жизни.

После того как в 1946 году в Румынии был расформирован 672-й штурмовой авиаполк, из тройки крылатых мушкетеров, воспитанников Ерашова, продолжил службу в ВВС только Владимир Серегин. Уволились, но с небом не распрощались, став пилотами гражданского воздушного флота, Николай Прибылов и Григорий Черкашин. Черкашин освоил 7 типов пассажирских самолетов, среди которых и реактивные - Ту-104, Ту-124, Ту-154, налетал космические 23.000 часов и удостоен почетного звания "Заслуженный пилот СССР". На пенсию ушел, как и Прибылов, только в 1982 году. Кстати, Николаю Прибылову покорились 10 типов пассажирских и транспортных самолетов.

Усилиями Черкашина, Прибылова и других заслуженных ветеранов в Москве был открыт памятник авиаторам 672-го Галацкого ордена Суворова и Кутузова штурмового авиаполка. Это дань памяти не только 137 летчикам и воздушным стрелкам, не вернувшимся на свои аэродромы, но и Владимиру Серегину, Ивану Ерашову, всем, кто служил под боевым знаменем одного из самых заслуженных в советской штурмовой авиации полка. Не забыт Герой Советского Союза Иван Ерашов и в его родной Беларуси. Его имя носит гимназия в городе Лепеле.

Николай КАЧУК, специально для "СБ".
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...