Испытание должностью

КОГДА ветеран вспоминает трудовые будни, то перебирает свои ордена, медали, памятные знаки, пересматривает пожелтевшие от времени фотографии. Все это напоминает о работе в Столбцовской сельхозтехнике, потом заместителем председателя областной сельхозтехники по ремонту и транспорту, первым заместителем руководителя этого ведомства и, наконец, генеральным директором производственно-хозяйственной ассоциации «Минскоблагропромтехника».

Иван Хмель проходил его и возглавляя Столбцовскую сельхозтехнику, и на более высоких руководящих постах.

КОГДА ветеран вспоминает трудовые будни, то перебирает свои ордена, медали, памятные знаки, пересматривает пожелтевшие от времени фотографии. Все это напоминает о работе в Столбцовской сельхозтехнике, потом заместителем председателя областной сельхозтехники по ремонту и транспорту, первым заместителем руководителя этого ведомства и, наконец, генеральным директором производственно-хозяйственной ассоциации «Минскоблагропромтехника».

Иван Хмель один из тех, кто пережил многие реорганизации сельского хозяйства и своей системы, которой отдал 45 лет. Несмотря на почтенный возраст, до мелочей помнит, как на Столбцовщине приходилось заниматься химизацией, переходить на использование пылевидных материалов для известкования почв, строить производственные помещения, заниматься ремонтом техники. Ему неоднократно предлагали повышение, а он без веских на то оснований отказывался. Кое-кто даже стал подшучивать, мол, не уверен в своих силах, на большее не способен. Или, может, нашел себе здесь золотое дно? В верхах ему намекали, на одном Иване Дмитриевиче свет клином не сошелся. Смотри, бесконечно предлагать повышение не будут.

Его же позиция была довольно проста: работа управляющего сельхозтехникой устраивала, с возложенными обязанностями справлялся успешно, дело свое знает, нареканий со стороны местного руководства не было. Что еще больше надо?

Серьезным испытанием для него стала реализация союзных планов по химизации сельского хозяйства, когда в шестидесятые годы прошлого столетия в республике были определены для этого три базовых района — Пинский, Горецкий и Столбцовский. И пошли в район вагоны с известью, минеральными удобрениями, другими материалами. Принимать огромное их количество предприятию было непросто — не хватало складских площадей. Пришлось строить собственную производственную базу, включая склады для хранения туков. Что это дало? Иван Дмитриевич приводит такой пример:

— До начала химизации урожайность зерновых составляла в районе 15—17 центнеров с гектара, а выросла до 30—35. Это результат использования целого комплекса различного рода мероприятий — улучшения ухода за землей, посевами, культуры обработки. Растения получали удобрения под полную потребность. Благо химизация проводилась за счет государства. Но при этом обязательным условием была отдача от NPK, которая должна составлять не менее шести килограммов на килограмм внесенных туков.

За год, по его словам, в район поступало тогда около 105 тысяч тонн известковых материалов и более 50 тысяч тонн минеральных удобрений. Дефицита их никто не испытывал, иногда приходилось делиться и с соседями.

— Особенно доставала разгрузка зимой, бывало, приходил в вагонах не известковый материал, а сплошной камень. Бессильны были даже лом и кирка.

Потом, когда вместо крошки пошли отечественные известковые пылевидные материалы, стало проще их разгружать, хранить, транспортировать, вносить. Для перевозки, например, начали использовать АРУПы. Но сразу же появилась другая проблема — к их приемке и хранению предприятия сельхозтехники поначалу оказались не готовы. Промышленность на это сразу же отреагировала производством новых видов складов, так называемых силосных башен. В районе построили два мощных современных на то время склада на 10 тысяч тонн удобрений. Подвели к ним железнодорожную ветку, после чего база снабжения стала соответствовать всем предъявляемым требованиям складирования. И когда в одной из союзных республик при хранении селитры произошло ЧП, то ревизии были подвергнуты все аналогичные базы туков. Как оказалось, в Минской области только одна из них, в Столбцах, соответствовала всем требованиям, с чувством гордости за проделанную тогда работу вспоминает Иван Дмитриевич.

В районе он был одним из самых молодых руководителей. А с таких и спрос, как говорится, по полной программе. Здесь он отмечен орденом Трудового Красного Знамени, а второй — орден «Знак Почета» — «догнал» его уже в Минске на новом месте работы — в должности первого заместителя председателя областной сельхозтехники по ремонту и транспорту, на которую все-таки согласился. Хмель является отличником «Союзсельхозтехники», неоднократно выходил победителем республиканского соревнования, отмечен медалями различной пробы главной выставки достижений народного хозяйства СССР, имеет нагрудный знак «Ветеран «Белагросервиса».

Как-то, будучи уже в новой должности, он ехал в одной машине с бывшим председателем «Белсельхозтехники» Борисом Пожарским и первым заместителем «Союзсельхозтехники» Василием Швыдько. Говоря о делах на новом месте, один из них вдруг поинтересовался: где лучше работать — здесь или в Столбцах? По своей прямолинейности Иван Дмитриевич выпалил то, что думал: в районе хоть знал, за что иногда ругали, да и результаты работы там были видны. А здесь могут отчитать, и не знаешь, за что.

— Привыкай, иногда для пользы дела нужно подстегивать и таким образом, — услышал он в ответ.

Был у Хмеля потом еще один портфель — генерального директора ассоциации «Минскоблагропромтехника». Руководил всеми сельхозтехниками области. Восстанавливали машины и оборудование, оказывали различные услуги. Даже будучи при такой высокой должности, он мог утереть нос механизатору или инженеру. То, что накопил во время учебы в институте механизации (теперь БГАТУ), за годы практики и работы на различных должностях, не раз пригодилось в жизни. Так, однажды в Солигорском районе механизатор начал жаловаться на полученный новый комбайн «Нива». Мол, жатка не поднимается. Посмотрел он на небрежно прикрученные замасленные шланги, позвал того самого комбайнера и говорит:

— И не поднимешь, потому как они должны быть по-другому подсоединены. Отворачивай!

Поменяли их местами, продули — и никаких проблем с жаткой.

— Когда я ушел на пенсию, а это было в 2002 году, то еще несколько лет во сне то отчитывался перед начальством, то составлял планы, — вспоминает Хмель. — И только потом постепенно стал отвыкать от такого напряженного ритма жизни.

Анатолий ЦЫБУЛЬКО, «БН»

Фото автора

 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости