Диагноз для «скорой»

Редкий случай: суд признал виновным в ДТП с участием машины скорой помощи водителя легковушки

Резонансная авария произошла в конце декабря 2017 года. Вечером водитель Витебской городской станции скорой и неотложной медицинской помощи Сергей Дулеба перевозил реанимационную бригаду, которая спешила доставить полуторагодовалую пациентку в больницу с подозрением на ожог пищевода. Проблесковые маячки, звуковая сирена – медлить было нельзя ни минуты. И когда несколько рядов автомобилей на дороге встали, пропуская медицинский «Фольксваген-Крафтер», одна из машин продолжила движение как ни в чем не бывало. Даже не тормозя, она врезалась прямо в бок «скорой» — сила удара была такая, что реанимация на колесах перевернулась на бок. К счастью, все тогда остались живы. Но последствия этого ДТП косвенно получили и смертельный исход. В ситуации разбирался журналист «Р».

С места аварии.

Прощание под звуки сирены

…Несколько экипажей скорой помощи, свободные от дежурства, выстроились у своих автомобилей около кладбища, включив сирену и проблесковые маячки. В память о коллеге, товарище и просто замечательном человеке. Рыдали все, кто принимал участие в похоронах, – водители, фельдшеры, врачи и просто незнакомые люди, решившие проводить в последний путь того, благодаря кому за два десятка лет были спасены сотни пациентов, вовремя доставленные в операционные и реанимационные блоки. Почетный эскорт из нескольких автомобилей «скорой», проехавший по улицам города, – вовсе не показательная акция для прохожих. Это дань памяти отличному водителю, акция корпоративной солидарности. Ведь завтра в такой же спорной ситуации, на тонкой грани между служебным долгом, состраданием и холодным рассудком, упакованным в параграфы ПДД, может оказаться каждый. 


Тело Сергея Дулебы тоже везли на «скорой» – той самой, что перевернулась вместе со своей бригадой, маленькой пациенткой и ее мамой на оживленном перекрестке Витебска. К тому времени автомобиль уже был восстановлен. 41-летний Сергей Дулеба умер через 10 месяцев после той резонансной аварии. Родные утверждают: он очень тяжело переживал случившееся. Изматывающие опросы, экспертизы, следственные эксперименты, жалобы, адвокаты. И бесконечно тревожные мысли о том, что придется выплачивать около 10 тысяч долларов за ремонт служебного авто. Значит, нужно менять работу, пересаживаться на фуру, чтобы погасить ущерб, – на «скорой» столько не заработаешь. Привыкший молчать о своем здоровье, он и в это сложное время предпочитал не жаловаться на головную боль и повышенное давление. И только после смерти в карманах куртки были обнаружены таблетки от гипертонии. Да водители-коллеги вспомнили – в последний свой рабочий день Сергей упоминал о плохом самочувствии, ссылался на то, что, видно, где-то подхватил простуду. Тем не менее смену доработал до конца. А утром просто не встал – скончался ночью от разрыва сосуда в голове. В доме – тяжелобольная жена-инвалид, две дочери, находящиеся на его иждивении, и престарелые бабушка с дедушкой – бывшие узники концлагерей. Ради них он старался быть сильным до конца…

Сергея Дулебу (справа) коллеги по работе всегда знали как надежного и очень доброго человека.
Фото автора

В каждом ДТП есть виновный

Листаю материалы административного дела – два тома посвящено расследованию аварии. Уже через неполных два месяца после случившегося ГАИ выносит постановление о признании Сергея Дулебы виновным. Основания – отступил от правил дорожного движения, но не убедился в том, что его пропускают. Председатель суда Первомайского района Витебска Андрей Андрушенко поясняет:

– Мы тогда отменили это постановление, так как увидели явную неполноту и необъективность проведенных следственных мероприятий. Отправили дело на повторное рассмотрение. Как оказалось, доводы водителя «скорой» о его невиновности в совершенном ДТП не были проверены и оценены. Даже пояснения свидетелей аварии, которые были положены в основу доказательств вины Сергея Дулебы, наоборот, свидетельствовали о том, что он невиновен. Все водители на всех полосах остановились, услышав звуковые сигналы, увидев маячки и пропуская «скорую», кроме одной машины. Почему? 

Таких «почему» в материалах дела суд нашел множество, на что и указал сотрудникам Госавтоинспекции, перечислив конкретные моменты, которые необходимо тщательно проверить. Дальше их действительно проверяли. Провели еще один следственный эксперимент, назначили автотехнические экспертизы… А в середине июня приняли решение о прекращении дела по причине истечения сроков привлечения к ответственности.

К этому времени владелица «Шкоды» уже получила страховку за повреждения своего автомобиля (виновным-то изначально был признан водитель «скорой»). А вот Витебская городская станция скорой и неотложной медицинской помощи оказалась в полном недоумении: с кого взыскивать теперь солидную сумму денег, затраченных на восстановление «Реанимации»? Председатель суда Андрей Андрушенко рассказывает:

– В декабре 2018 года к нам поступило исковое заявление прокурора города Витебска, выступающего в интересах медиков о взыскании почти 22 тысяч рублей, затраченных на ремонт авто. Кстати, ранее медучреждение обращалось в страховую компанию с просьбой компенсировать ущерб в рамках договора обязательного страхования, но ему было отказано.

Нелегко пришлось судье Светлане Абрамовой. Но именно здесь, в суде, после длительного и скрупулезного изучения материалов, сопоставления всех фактов, анализа экспертиз, опроса многочисленных свидетелей и специалистов была установлена вина водителя «Шкоды» в совершенной аварии. Правда, возмещать ущерб обязали страховщиков. Тем не менее хотя и поздно, но истина найдена.

Разночтения мешают истине

Почти полгода расследования. Экспертизы, перекрытое движение в центре города во время следственных экспериментов, сложные расчеты по скорости движения и возможности избежать столкновения… Больничный, оплаченный фельдшеру «скорой» – он во время аварии получил открытую черепно-мозговую травму. Стресс, кровоподтеки и ушибы у всех остальных участников ДТП. Масса затраченных нервов, времени, сил и денег. И по сути… отсутствие наказания для виновного лица. Сроки-то упущены! Можно ли было всего этого избежать? 

Да, утверждают специалисты. Если бы в правилах дорожного движения был конкретизирован один-единственный момент. О том, что машины спецназначения с включенными маячками и спецсиренами пользуются на дороге безоговорочным приоритетом. Ведь по нынешним формулировкам (п. 25—26 ПДД) априори получается так: в любой аварии с участием медиков виноват водитель «скорой». Если авария случилась – значит, он не убедился в безопасности. Так что нынешнее решение суда (пока еще не вступившее в силу) можно считать в своем роде уникальным.

КОМПЕТЕНТНО

Ольга Шкуратова, официальный представитель УВД Витебского облисполкома.


– В прошлом году за непропуск спецавтомобилей к административной ответственности привлечено 82 водителя. Нарушения обычно выявляются в ходе совместных рейдов. Убрать двусмысленность в трактовке причин аварий могут помочь записи видеорегистраторов. К сожалению, они установлены не на всех автомобилях оперативного назначения.

ПОЗИЦИЯ

Юрий Деркач, член Постоянной комиссии Совета Республики Национального собрания по образованию, науке, культуре и социальному развитию:


– Да, в настоящее время существуют некоторые разночтения в ПДД. Возможно, следует наделить реанимационные бригады, а также бригады интенсивной терапии правом использования красных маячков в особо экстренных случаях. Это избавит от двусмысленности аварийных ситуаций на дорогах. Будем инициировать соответствующие решения в Парламенте.

begunova@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
5
Загрузка...
Новости и статьи