Минск
+3 oC
USD: 2.52
EUR: 2.74

Как спасли знамя 84-го артиллерийского полка

И в пламени не изменили знамени

Боевое знамя — символ борьбы и побед, реликвия воинской части, олицетворение чести и храбрости ее бойцов. Оно служит ориентиром, объединяет солдат в боях, воодушевляет их на сражение. Утрата знамени допустима лишь в случае гибели подразделения, в ином случае это становилось несмываемым пятном позора, свидетельством малодушия; виновные подлежали военному трибуналу, а воинская часть расформировывалась. В экспозиции государственного музея истории Великой Отечественной войны хранится знамя, реявшее над красноармейцами при освобождении Западной Беларуси, прорыве линии Маннергейма в советско-финляндской войне, самоотверженных сражениях в первые дни Великой Отечественной. Вместе со своим артиллерийским полком знамя попало в окружение возле Шауляя, но было спасено бойцами. Три года оккупации сельчане Лепельского района, рискуя жизнью, прятали алое шелковое полотнище. Сегодня «Р» расскажет о реликвии и ее спасителе.

Валентина Лисневская: подобные знамена встречаются нечасто.

Героическая история

Знамена, подобные хранящемуся в музее, встречаются нечасто. 

— После окончания Гражданской войны у частей Красной армии не было единого образца боевого знамени, — объясняет Валентина Лисневская, старший научный сотрудник отдела учета государственного музея истории Великой Отечественной войны. — Только в 1926 году ЦИК и Совет народных комиссаров СССР приняли положение о революционных красных знаменах частей Красной армии. Перед нами типичный его образец: в центре красного шелкового полотнища, окантованного золотым витым шнуром, находится герб СССР, над ним лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», внизу наименование части — «84-й артиллерийский полк». Красноармейская звезда с серпом и молотом — в левом верхнем углу. 

84-я стрелковая дивизия 79-го стрелкового корпуса Московского военного округа, к которой принадлежал и 84-й легкий артиллерийский полк, начала формироваться в 1923 году на основе частей, которые передислоцировали в Тулу из Сибири и Дальнего Востока после боев с белогвардейцами. Позже из 84-го артполка выделили 74-й, при котором и осталось знамя. В 1937 году служить в это подразделение пришел наш земляк Роман Мисник, уроженец Лепельского района. Полк принимал участие в освобождении Западной Беларуси, дивизия, в состав которой он входил, была брошена на прорыв линии Маннергейма. После Советско-финляндской войны страны Балтии вошли в состав СССР, и дивизию перевели в Литву. 

Роман МИСНИК.

«20 июня 1941 года полк в составе 84-й стрелковой дивизии по тревоге оставил Северный военный городок и отправился в район Шауляя, где начал занимать оборону, — позже вспоминал Роман Петрович. — В шесть утра 22 июня 1941 года мы вступили в бой с полчищами фашистов. На наш полк обрушился огонь немецкой артиллерии, минометов, вражеские самолеты бомбили нас с воздуха. Это был ад». 

Ожесточенные бои с фашистами шли до 29 июня. Продлились бы и дольше, но все склады продовольствия и боеприпасов остались в Вильнюсе. Этот город немцы заняли 26 июня, поэтому все пути снабжения оказались отрезаны. 

Долгий путь домой

Голодные безоружные бойцы и командиры оказались в полном окружении. Они уничтожили орудия и минометы, чтобы те не достались врагу, и стали выбираться отдельными группами. Роман Мисник, будучи начальником секретной части полка, сжег личные дела бойцов и документацию, оставил только формуляр, содержавший историю полка. Боевое знамя и штабную печать он уложил в полевую сумку. 

Под обстрелом и бомбежкой группа бойцов добралась до Немана: 

«Я плавал плохо. Мы с бойцами сняли баллон с разбитой штабной машины и начали с ним переправляться на противоположный берег. Наступило какое-то минутное затмение. Все бросились вплавь. Кто снял с себя обмундирование, кто бросил оружие, в общем, была страшная паника».

Ничего удивительного: по ним били и сзади, и с того берега, куда бойцы стремились, и сверху — самолеты на бреющем полете буквально расстреливали бойцов. После переправы спаслось около 50 человек. 

И эта группа значительно уменьшилась после встречи с провокатором. 

«Мы шли оврагом параллельно какому-то населенному пункту, когда к нам подошел бородатый мужчина и сказал, что отведет нас в безопасное место. Мы прошли с ним около 5 км. Он вывел нас на лесную опушку, сказал, что теперь можно идти дальше, а сам повернулся уходить. И тут из леса на нас, безоружных, обрушился огонь выстрелов. Я выхватил из кобуры свой ТТ и пристрелил проводника. Все разбежались по лесу, спасаясь». 

После этой западни Роман Мисник остался в группе из четырех человек. Куда идут, бойцы и сами не знали: где советские части — неизвестно, места незнакомые, карты нет, литовским языком не владели. Питались в основном сырой картошкой, которую выкапывали на окраине полей, граничивших с лесом.

Из формуляра, спасенного Романом МИСНИКОМ, удалось узнать о героической истории полка.
«Так шли 5 или 7 дней, — писал в воспоминаниях Роман Мисник. — Сержант Князьков предложил сдаться в плен и отдать знамя и документы немцам. Но боец Матвеев тут же его ударил прикладом винтовки, и тот ушел. А на следующий день я проснулся один. Не знаю, куда девались остальные».

Ночью по болотам, по лесам, как загнанный зверь, офицер со спасенным знаменем пробирался на родную Витебщину. 27 июля 1941 года дошел он до деревни Забоенье Лепельского района, в которой жила родная тетка Евдокия. Пришлось ждать ночи: спрятавшись во ржи у рощицы, он видел, как по дороге едут немецкие машины и мотоциклы. Тетка дала ему одежду, чтобы прикрыть красноармейскую форму, и корзину с сеном — схоронить знамя. Следующей ночью он пошел к отцу Петру Михайловичу в деревню Костинки. 

Сын с отцом взяли большую стеклянную бутыль, отбили горлышко и сунули в нее завернутое в клеенку знамя, печати и документы обернули брезентом. В сарае под сеном вырыли яму, где и спрятали все это. Двое суток Роман просидел на сеновале, но кто-то донес «новой власти», что старый Мисник прячет сына-красноармейца. Оккупанты избили 74-летнего отца, протыкали вилами сено, но Романа не зацепили. Той же ночью он ушел: «Я попросил отца хранить знамя до моего возвращения, а если не вернусь, передать командованию наших пришедших частей».

Волнующая встреча

После освобождения Лепельского района в 1944 году Петр Михайлович Мисник и его сестра Евдокия Михайловна Михно принесли в райком компартии спасенное боевое знамя, исторический формуляр 84-го артиллерийского полка и штабные печати. В 1945 году военный отдел ЦК КПБ передал эти реликвии в музей. Отец Романа за спасение знамени награжден орденом Красного Знамени, а тетя — орденом Красной Звезды.

Петр Михайлович вскоре умер, ничего не зная о судьбе сына. А тот после долгих скитаний сумел перейти линию фронта и на станции Ханино Тульской области примкнул к советским войскам. Был серьезно ранен и контужен, а поправившись, с 373-й отдельной армейской инженерно-саперной дивизией 3-й ударной армии участвовал в освобождении Невеля, Риги, Берлинской операции. 

Будучи строителем по специальности, после войны Роман Мисник восстанавливал дома, участвовал в возведении ТЭЦ-3 в Минске, строил ГРЭС в Красноярском крае. На протяжении многих лет он пытался узнать о судьбе спасенного им боевого знамени, но нигде не мог найти информацию. Пока однажды они не встретились…

«Прошло 39 лет. Я приехал в Минск и вошел в Белорусский государственный музей истории Великой Отечественной войны. И во втором зале над проемом дверей увидел красное знамя 84-го артполка! Святое полотнище, которое вынес из окружения и передал на временное хранение своему отцу! Я не могу описать своей радости и волнения, когда увидел боевое знамя 84-го полка!» 

nevmer@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Татьяна СТОЛЯРОВА
Загрузка...