Грустная мелодия для смычка

В Советском Союзе считалось, что умение ребенка музицировать — это не просто символ благополучия, но и знак того, что семья развивается в правильном направлении...

«Продается пианино в отличном состоянии, немного б/у», «В малообеспеченную семью отдам фортепиано. Самовывоз. Район Сухарево», «Безвозмездно отдам в хорошие руки пианино «Октава»... Подобными объявлениями соответствующий раздел популярной минской интернет–барахолки наполнен до отказа. Уже трудно поверить в то, что когда–то пианино было предметом воздыханий многих советских граждан, а каждый родитель считал своим отеческим долгом отдать дитя «учить ноты». Музыкальные школы в СССР множились, как кролики весной, но спрос все равно превышал предложение. Сегодня тенденция такова: наборы в «музыкалки» сокращаются с каждым годом, многие популярные ранее специальности остаются невостребованными. Получается, учить детей нотной грамоте больше не модно?


В Советском Союзе считалось, что умение ребенка музицировать — это не просто символ благополучия, но и знак того, что семья развивается в правильном направлении. Признак интеллигентности, духовности и высокой нравственности, если хотите. Флагманом этой самой неуклонно повышающейся культуры и быта было насильно втиснутое в новостройки хрущевок и коммуналки сталинских домов пианино «Красный Октябрь», «Лирика» или, на худой конец, «Беларусь». И лишь относительно недавно дорогой инструмент стали отправлять в комиссионки, продавать на интернет–форумах или перевозить в деревни к родственникам под тем предлогом, что на нем все равно никто не играет. Директор минской Детской музыкальной школы искусств № 1 им. Л.Александровской Сергей Перепеча не устает удивляться:


— Нам часто звонят и предлагают забрать инструменты. Отдают бесплатно, с тем лишь условием, что транспортировкой и погрузкой мы будем заниматься сами. Интерес к обучению игре упал, компьютеры и всевозможные электронные гаджеты заменяют сегодняшним школьникам музыкальные школы.


Государство, однако, идет на все, чтобы этот интерес возродить. Стоимость обучения невелика — всего 60 процентов от базовой величины. На деле выходит 50 — 70 тысяч белорусских рублей в месяц в зависимости от выбранной специальности. Согласитесь, цена красивой осанки, тонких пальцев, музыкального слуха и развитой самодисциплины невелика и уж точно пригодится в жизни даже тем, кто в дальнейшем связывать свою судьбу с музыкой не планирует. Жаловаться на дороговизну инструмента тоже не стоит. Если нет возможности купить новенькую «Ямаху» или немецкий «Хоффман», школа предложит инструмент в аренду. Да, неновый. Да, местами поцарапанный. Но профессионально настроенный и за арендную плату 100 — 150 тысяч рублей. В год. Сергей Васильевич с гордостью демонстрирует мне список:


— Материально–техническая база нашей школы — одна из самых внушительных среди аналогичных музыкальных учебных заведений города — 552 инструмента! Поэтому покупать свой баян за 2 — 3 тысячи долларов, а именно такова его цена на сегодня, необязательно. Все условия для учебы мы обеспечим. Только приходите и занимайтесь.


Самыми востребованными инструментами в «музыкалках» традиционно были и остаются фортепиано и гитара. На них же — и самый высокий конкурс при поступлении.


— Отголоски советского прошлого? — спрашиваю я.


— В какой–то степени. Раньше на «фоно» нехитрую мелодию мог сыграть практически любой, а гитарный пик пришелся на 70–е и начало 80–х, когда было модно на кухоньках бренчать запрещенные в то время песни. Но дать ребенку музыкальное образование в любые времена все равно было не столько модой, сколько первостепенной задачей каждого родителя.


Бывает, мама с папой настаивают: «Нет, что вы, какой баян–аккордеон? Хотим, чтобы он играл на фортепиано». С такой ситуацией наши педагоги тоже научились справляться. В учебном расписании есть, казалось бы, малозаметный, но важный спецкурс — «Предмет по выбору». То есть при обучении, например, на фортепианном отделении можно овладеть и электрогитарой. Или домрой. Или, при желании, контрабасом. Поэтому еще на прослушивании педагоги, видя склонность самого ребенка к одному инструменту, а нацеленность родителей на другой, предлагают: поучитесь игре на баяне, а не понравится — выбирайте фортепиано. Если склонности ко второму инструменту проявятся ярче, можно перевестись — это не проблема. Лишь бы ребенку было на пользу.


* * *


...На третьем этаже музыкальной школы № 1 через одну из неплотно закрытых дверей слышны звуки пианино. Ученица шестого класса фортепианного отделения Алиса Мазурина старательно выводит что–то лирическое. Полюбопытствовала. Оказалось — «Колыбельная под Рождество» белорусского композитора Галины Гореловой. Учитель Галина Костина — сама выпускница этой же школы — рассказывает, что, помимо обязательной программы, разучивает с ребятами произведения, которые нравятся им самим:


— Они часто распечатывают из интернета популярные песни и просят разрешить сыграть. Например, мелодию из кинофильма «Титаник» я благодаря ученикам сейчас могу воспроизвести и без нот, столько раз уже ее слышала.


Со стороны кажется, Детской музыкальной школе искусств № 1 грех жаловаться: статус ведущего учебного заведения Минска, расположение — самый центр, недалеко от ЦУМа и библиотеки им. Пушкина. На деле оказалось, что местоположение «храму искусств» как раз таки не на пользу. Галина Михайловна еще помнит своих прежних учеников:


— Когда–то район был очень престижным, здесь жили сплошь военная да культурная элита. Контингент учеников соответствующий. Знаете, в «переломные» 90–е годы, когда плата за обучение резко скакнула вверх, а зарплаты, наоборот, упали, мы думали, классы опустеют. Ошиблись: детей тогда забрали единицы. Но ребята выросли, переехали в новостройки, в старых домах остались жить их уже немолодые родители... У заселившейся же «новой волны» родителей к музыкальному образованию уже совсем другое отношение. В школу отдают по принципу «куда угодно, лишь бы по подворотням ребенок не болтался».


* * *


У музыкальной школы № 8 на улице Ангарской свои трудности. Директор школы Валерий Орешкин сетует, что приобщаться к искусству жители особо не спешат:


— Район наш старый, молодежь сюда переселяться не спешит. Поэтому с каждым годом набирать детей становится все труднее. Приходится ходить по общеобразовательным школам Заводского района, расклеивать объявления, объявлять дополнительные наборы в конце августа...


Руководитель Республиканской гимназии–колледжа при Белорусской государственной академии музыки Андрей Колядич уверен, что проблема набора детей в музыкальные школы и колледжи носит в первую очередь демографический характер. Статистика говорит сама за себя: по данным Минобразования, в 2010 году общеобразовательные школы окончили 87 тысяч человек, в 2011–м — 75 тысяч, а нынче выпускников всего 64 тысячи.


— Уменьшение спроса на музыкальное образование — процесс, безусловно, не положительный, но вполне естественный. Однако идти на выполнение плана и принимать всех подряд мы себе не позволяем. Музыка — это ведь не просто профессия, а призвание и судьба, — рассуждает Колядич.


И все же дать шанс попробовать себя в музыке ребенку обязательно нужно. А вдруг где–то глубоко в нем живет «второй Моцарт», которому только нужен толчок, чтобы раскрыться?

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости