Город с сельским лицом

В двух предыдущих частях своего путешествия в Туров я рассказывал о проблемах в организации сервиса для туристов, а также о том, как люди здесь делают бизнес на личном подсобном хозяйстве. Сегодня речь пойдет о духовной жизни, о мифах и легендах древнего поселения.

Непредвзятые заметки неравнодушного путешественника.

В двух предыдущих частях своего путешествия в Туров я рассказывал о проблемах в организации сервиса для туристов, а также о том, как люди здесь делают бизнес на личном подсобном хозяйстве. Сегодня речь пойдет о духовной жизни, о мифах и легендах древнего поселения.

3. Святая земля

Тайны уходят в века

Это сейчас Туров — маленький полесский городок. А тысячу лет назад он был центром княжества, которому подчинялись Брест, Слуцк, Пинск и многие другие современные города. Именно с первыми столетиями прошлого тысячелетия связаны тайны и легенды этого поселения. Чтобы побольше о них узнать, я отправился на Замковую гору, где находится филиал местного краеведческого музея. Там меня любезно встретила сотрудница Мария Пилипенко. Сначала она рассказала об истории его создания.

В 1961 году здесь стояла школа. И во время земляных работ на ее территории случайно нашли древний фундамент и каменный саркофаг. Этим заинтересовались археологи и стали периодически проводить на горе раскопки. В результате они пришли к выводу, что здесь находился православный храм XII столетия. В 2005 году, когда отмечалось тысячелетие Туровской епархии, фундамент церкви раскопали полностью и для сохранения соорудили над ним павильон, который и стал филиалом музея.

В фундаменте четко видны трещины. Ученые сделали вывод, что храм могло разрушить землетрясение, которое, согласно летописям, произошло в Карпатах в 1230 году. С тех пор церковь не возрождалась. Во время раскопок фундамента нашли семь каменных саркофагов. В одном из них сохранились золотые нити от одежды. А вдруг это последнее пристанище великого святителя Кирилла Туровского? Но больше ни одной зацепки для подтверждения догадки не нашлось.

— И тогда мы вспомнили местную легенду, — говорит Мария Пилипенко.— Когда-то в Турове был священнослужитель Георгий. И ему во сне явился святой Кирилл, который сказал: «Не ищите мои останки, не разрывайте могил. Придет время, и я явлюсь вам в виде мощей». Так что надо ждать.

Туровская земля дала еще двоих святых — Лаврентия и Мартина. Первый, как и Кирилл, был епископом, второй — монахом. Интересна судьба Мартина. Он тяжело заболел, находясь один в монастыре, который в результате паводка оказался на временном острове. Монах просил у Бога смерти или исцеления. Тогда явились к нему святые князья Борис и Глеб, напоили святой водой, и он выздоровел. Они же сказали: «Как мы тебя излечили, так и ты будешь людям помогать в болезнях». И он стал лекарем.

— Когда Мартин умирал, — поведала мне смотритель музея Татьяна Русая, — то сказал на прощание: «Могилу мою потеряете, имя мое забудете, но пройдут века, я дам о себе знать и служить вам буду».

Крест растет из земли

Место, где много веков назад находился монастырь, и теперь является православным центром Турова. Там расположилось Борисо-Глебское кладбище. Необычная духовная атмосфера витает здесь. В этом я убедился лично, посетив святое место. А моим добровольным гидом согласился быть церковный староста Валерий Котлярчук.

Сначала мы зашли в маленький храм, расположенный на кладбище. Там есть икона с очень необычной судьбой.

— Восемь лет назад, — рассказал Валерий Владимирович, — бабушке в Речицком районе приснился сон, будто у нее под бочкой в качестве подставки находится икона Казанской Божией Матери. Утром она посмотрела туда и впрямь нашла ее. За пожилой женщиной ухаживала жительница Турова, которая и принесла икону в наш храм.

Сохранился святой образ плохо, очертания угадывались с трудом, красок почти не было. Четыре года икона провисела в церкви, и однажды краски на ней ожили, и Божия Матерь стала полноцветной, как будто вчера написана. После этого чуда к ней потянулись паломники.

— Почему икона обновилась? — задается вопросом Валерий Котлярчук. И сам на него отвечает: — Есть законы физики и химии. А есть духовные. 250 лет на этом месте молились монахи. Их духовный подвиг не пропал даром. Земля здесь стала святой. И дух Божий обновил икону.

Староста повел меня еще к одному чудесному месту. Недалеко от церкви находится растущий из земли каменный крест. Впервые его заметили более десяти лет назад. С тех пор крест каждый год поднимается на 1—2 сантиметра. Удивительно, но расширяются и его крылья. В 2004 году они были 28 сантиметров, в 2007-м — 34, сейчас — 35,6 сантиметра.

Крест стал местом паломничества и исцеления. Многие люди, страдающие различными заболеваниями, после того, как приложились к нему, обрели здоровье.

Женщине, которая 15 лет не ходила после инсульта, приснился сон, что в Турове есть необычный крест, который ей поможет. Она попросила сына отвезти ее туда. Первый раз мужчина принес мать к кресту на руках. Второй раз она пошла к кресту сама. После такого исцеления оба долго плакали от счастья и славили Бога.

Рассказав об этом случае, Валерий Котлярчук стал у креста на колени, помолился и поцеловал его. Я сделал вслед за ним то же самое, попросив у Бога здоровья себе и близким.

— Помогает, конечно, не камень, из которого сделан крест, — говорит Валерий Владимирович, — а вера. И чем более глубокой и искренней она будет, тем лучше станет человеку.

Покидая кладбище, Валерий Котлярчук показал мне еще один каменный крест, который недавно начал пробиваться из земли. Возможно, заметил мой спутник, какой-то святой таким образом также дает о себе знать.

После этого мы отправились к туровской Всесвятской церкви. В ней также находятся древние каменные кресты. По легенде, они приплыли против течения более тысячи лет назад из Киева. Много веков кресты стояли в городе на берегу Припяти. В 30-е годы прошлого века власть планировала уничтожить эти христианские символы, однако местные жители спрятали их за церковью, где они пролежали 60 лет.

Рядом с храмом есть еще один необычный крест. Он железный, но покрашен так, что напоминает березовый. Это памятник немецким солдатам, погибшим в этих краях во время Великой Отечественной войны, поставленный их родственниками.

— Некоторые туровцы и теперь недовольны его появлением, говорят, что нельзя устанавливать памятник убийцам наших людей, — говорит Валерий Котлярчук. — Однако мы считаем, что христиане должны прощать грехи умершим. Эти люди не по своей воле пришли с войной на нашу землю. Наши предки ведь тоже не всегда были праведниками в международных конфликтах. Пусть другие их тоже простят.

Цыганский барон

Возле церкви есть небольшое кладбище. Раньше на нем хоронили в основном известных в городе людей, а вот уже несколько лет — всех подряд. Нередко там находят последнее пристанище местные цыгане. Им ставят «крутые» памятники: с изображениями усопших во весь рост и даже с их автомобилями, на которых видны госномера. Валерий Котлярчук пожаловался, что цыгане, которых в Турове 40 семей, собираются на Радуницу и устраивают шумные поминовения.

На следующий день, проходя мимо кладбища, я увидел там двух цыганок. Галина с дочерью Оксаной убирали могилу недавно умершего мужа. На мой вопрос о шумных поминовениях усопших женщина улыбнулась:

— Так ведь у нас горячая кровь, не умеем тихо разговаривать. Посторонние думают, что цыгане драться собираются, а это такая манера общения.

Разговор плавно перешел к особенностям жизни цыган. Раньше у них не всегда была хорошая слава: попрошайки, гадалки, спекулянтки... Теперь, утверждает Галина, это в прошлом. Цыгане все больше похожи на белорусов, так же работают на предприятиях и в организациях, ведут личное хозяйство.

В завершение разговора я спросил у Галины, есть ли старший у туровской цыганской общины.

— А как же, — ответила она. — Мой брат Владимир Стаянович — здешний цыганский барон.

И она показала, где находится его дом.

Бароном оказался недавно вышедший на пенсию мужчина. Он радушно меня принял и продолжил начатый сестрой рассказ о жизни цыган. Они все больше ассимилируются, смешанные браки с белорусами уже не редкость. Однако некоторые особенности старого уклада сохраняются. Особенно это касается цыганского суда. К барону нередко приезжают для разрешения конфликтов цыгане не только из Турова, но и из соседних Житковичей, Петрикова и Давид-Городка.

— В основном это споры из-за денег и имущества, — говорит барон. — Кто-то кому-то не заплатил, кто-то долг задерживает. Иногда не просто установить правого и виноватого. Тогда я требую присягнуть перед иконой. Тот, кто прав, это делает, а виновный боится. Ведь потом, если вскроется, что ты нечестно присягал, этот позор не смоешь.

— Раз у вас суд, то и наказание есть? — поинтересовался я.

— У нас они только моральные. Самое страшное, когда виновному запрещается садиться за стол со всеми цыганами. Такое очень тяжело переносится. Наказание накладывается на полгода или год.

На прощание Владимир Стаянович сказал, что раньше цыгане, когда вели кочевой образ жизни, были ближе к природе, у них не было болезней, связанных с цивилизацией. А теперь болячки стали такими же, как и у остальных местных жителей. Приходится мириться с астмой, гастритом, гипертонией и другими напастями.

 

Когда пришла пора прощаться с этим полесским городком, признаюсь честно, мне было жаль отсюда уезжать. За время путешествия я успел привыкнуть к его красивой природе и душевным людям. Полюбил и необычный говор туровцев, в котором вместо привычного для белорусов «аканья» присутствует «оканье». И дал себе слово при случае побывать здесь еще раз, чтобы увидеть перемены, которые обязательно произойдут.

Василий ГЕДРОЙЦ, «БН»

НА СНИМКАХ: Памятник Кириллу ТУРОВСКОМУ; Церковный староста Валерий КОТЛЯРЧУК у растущего из земли креста; Цыганский барон Владимир СТАЯНОВИЧ; Памятник немецким солдатам.

Фото автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?