Голос «Формулы»

Алексей Попов - российский голос «Формулы-1»

Мы познакомились с Алексеем Поповым еще в 1997 году, когда я приехал на свою первую гонку «Формулы–1» на французский автодром Маньи–Кур. С тех пор мы регулярно встречаемся с ним в пресс–центре и паддоке на Гран–при, обсуждаем гонки, говорим за жизнь, иногда спорим и даже ругаемся. Но всякий раз все заканчивается примирением, и, наверное, в немалой степени это происходит потому, что нас связывает общая страсть к автогонкам, и именно к «Формуле–1».


— Смена власти в «Формуле–1» в связи с приходом «Либерти Медиа», насколько это изменило или изменит, на твой взгляд, чемпионат?

— Изменения минимальны. Я не знаю, какие у них были цели, но я даже рад, что они сильно ничего не изменяли. По правде сказать, я очень боялся, что «новая метла» начнет все сметать налево и направо. Но новые руководители не стали ломать то, что работает, и, надо сказать, работает исправно уже многие десятилетия. И это радует. Модернизировать надо, но понемножку. Нужна эволюция, но только не революция.

— Сейчас стало модным обсуждать тему, как за деньги, пусть даже за большие, можно попасть в «Формулу–1».

— Я думаю, это было всегда.

— Но не так давно FIA ввела систему баллов для получения гоночной суперлицензии. И если даже самый богатый гонщик хотел бы попасть сюда, то без результатов в других гоночных дисциплинах, это невозможно.

— Да, согласен, такого раньше не было. И когда я слышу, что люди идеализируют то, что было раньше, забывая про хорошее, что Ф1 приобрела совсем недавно, я с этим не согласен. Давайте будем откровенны, в 50–е годы вообще в основном гонялись богатые и рисковые пузатые дедушки. Ну, если не брать уж настоящих легенд автоспорта. Люди тех времен имели одно преимущество — они были дико смелыми и отважными. Потому что это был смертельный вид спорта. Посмотрите на 18–летних парней из сегодняшнего пелотона. Они с четырехлетнего возраста в картинге, они из спортзала не вылазят. И сегодня возьмите любого пацана из гонок поддержки GP3, посадите в хорошую машину, и они будут показывать результаты на уровне тех же братьев Родригес или других легенд прошлого. Тогда гонялись аристократы, кто мог себе купить машину и кто мог хотя бы приезжать «в очки». Теперь другой мир. Сегодняшние мальчишки должны быть не только богатыми, но они еще и должны пахать годами, настолько серьезная конкуренция в этом виде спорта. Они ведь могли за папины деньги ничего не делать, бить баклуши и приезжать только кататься на Гран–при, как это было зачастую в те далекие времена. Но сегодня это уже невозможно. Им приходится пахать, несмотря на деньги богатых родителей. Потому что без побед в младших сериях ты не наберешь очков для получения гоночной суперлицензии, а значит, не сможешь стать пилотом «Формулы–1».



— Алексей, мне как–то пришла в голову мысль сравнить тебя со Страдивари. У великого мастера были подмастерья, они выполняли многие виды работ, но он никому так и не передал своего уникального таланта. И мы уже вряд ли узнаем, почему именно. Как ты в этом плане готовишь себе замену? Или ты об этом еще не задумывался?

— Я не думал об этом. Но что касается нашего нынешнего формата, то я считаю, что вместе с Наташей мы работаем лучше, чем когда я вел гонки в одиночку. Учитывая, что она моложе меня, я некоторым образом передаю ей свой опыт. Но, честно говоря, я живу сегодняшним днем. И амбициозных мыслей готовить себе смену у меня не возникает. Я и так всегда был фаталистом, а вот когда у меня в прошлом году в 69 лет папа умер, ничем не болея, то я понимаю, что все может произойти в одночасье. Жил человек, работал, радовался жизни, и вдруг в один день его просто не стало. Что мне загадывать. Я работаю, я рад, что работаю именно комментатором, и надеюсь, что буду продолжать.

— А тебе предлагали проводить где–нибудь на журфаке мастер–классы, может, какие–то семинары по комментированию гонок?

— Предлагали, но что значит мастер–класс в данной профессии?

— Ну, например, рассказать какие–то профессиональные секреты, дать советы, как ты это делаешь, показать...



— Что показать? Как монитор и микрофон в комментаторской кабине выглядят? Это очень точечная работа. Я понимаю, если надо провести мастер–класс, как следует вести себя перед камерой. Чего надо делать, чего не надо. Но как комментировать «Формулу–1», даже не представляю. Кому это надо? Может быть, только конкретному человеку, который собирается именно этим заниматься. Это же не поток желающих, чтобы из них организовывать группу, семинар и прочее. Скажи мне, у кого может возникнуть вдруг мысль посвятить всю свою жизнь комментированию гонок «Формулы–1»? К тому же в нашем комментаторском деле обычно действует принцип «у нас каждый и сам с усами».

— Если бы лично у тебя появилась возможность внести изменения в регламент нынешней «Формулы–1», что бы ты сделал для повышения зрелищности гонок?

— Давай будем с тобой реалистами. Гибриды не уберут из политических соображений. Так же как и не вернут дозаправки, об этом зрители могут даже не мечтать. Этого уже не будет. Атмосферные двигатели не вернут обратно, хотя, будь моя воля, я бы все сделал по–другому.

— Так давай хотя бы пофантазируем.

— Я бы убрал пятничные свободные заезды и уик–энд сделал бы в два дня. В субботу тренировки в течение одного часа и квалификация. Причем вместо нынешнего формата квалификации — квалификационная гонка. Короткая, получасовая. Стартовая решетка в обратном порядке от личного зачета на данный момент. Лидер стартует последним. Очков мало, 3 победителю, 2 за второе место, и 1 за 3–е. Основная гонка в воскресенье, но не на 300 нудных километров, а я бы сделал ее часовой. С обязательным пит–стопом, но шины выбирают какие угодно по желанию команд и пилотов. Четверг сегодня мало кого из зрителей интересует, это пресс–день. Его можно перенести на освободившуюся пятницу. И тогда уик–энд будет короче на один день, а за счет этого сделать не менее 25 гонок в сезоне. И пусть команды не ноют, что они слишком устают. Это вполне нормальный будет график.



— А что насчет открытости паддока для зрителей?

— Это предложение на уровне идиотизма. Люди просто затопчут гонщиков. У пилотов должна быть своя зона личной безопасности.

— Насколько занятия картингом или увлечения симуляторами могут помочь при ведении комментариев гонок?

— Симуляторами давно уже не занимаюсь. Но когда я активно занимался картингом, конечно, это помогало. Например, чтобы понять состояние усталости. Когда она наступает, начинаешь ошибаться в прохождении поворотов. И тогда лучше понимаешь состояние гонщика во время гонок. Люди ведь не железные с психологической точки зрения. В пилотаже сравнивать себя и пилотов — это абсурд. Ну кто я и кто пилоты Ф1. А вот с психологической точки рения — это важно. Когда эмоции переполняют внутри.

— И можно, наверное, понять, почему, скажем, Феттель специально протаранил Льюиса Хэмильтона в Баку?

— Да, я понимаю его. Понимаю, в каком состоянии стресса он был в тот момент. Говорят, он — четырехкратный чемпион, ему нельзя это себе позволять. А я считаю, что можно и нужно. Пусть позволяет. В спорте не роботы. В спорте люди. Пусть трясут за грудки, выясняя отношения. Это — адреналин. Я видел, как на картодромах 40–килограммовые девочки бросались с кулаками на 100–килограммовых мужчин без страха, чтобы выяснять отношения после инцидентов на трассе. Потом посидели, выпили чая, успокоились. Все в порядке. А так был выплеск адреналина. Если люди не ради этого занимаются спортом, то ради чего?



ИЗ ВИКИПЕДИИ

Алексей Попов — российский журналист и телекомментатор. Наиболее известен как комментатор гонок «Формулы–1». 44 года.

Свою первую гонку «Формулы–1» Попов впервые увидел в 1988 году в Бельгии — его дед работал в торгпредстве СССР. Карьеру журналиста начал в 1991 году в газете «Спорт–Экспресс». Первая статья вышла про Гран–при Бельгии. В дальнейшем писал для многих изданий. Комментировать гонки начал в 1992 году на телеканале РТР. В том же году стал сотрудником фирмы Samipa (Монако), которой принадлежали телевизионные права на трансляцию гонок «Формулы–1» на территории СССР. Затем переехал в Монако, где делал передачу «Хроно». В это время он комментировал на французском телеканале AB Moteurs гонки CART и NASCAR. С 1996 года вновь стал работать на российском телевидении. С 1 ноября 2015 года работает на телеканале «Матч ТВ», где комментирует гонки «Формулы–1» совместно с Натальей Фабричновой.

Попова называют «российским голосом» «Формулы–1».

Фото автора.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...