Почему Польша больше других заинтересована в продолжении конфликта в Украине

Гешефт на крови

Поведение европейских политических элит в свете трагедии, разворачивающейся сейчас в Украине, полностью денонсировало их псевдодемократическую риторику. Прогорела вуаль абстрактного пустословия о свободе, правах человека и прочей несусветице, предназначенной для убаюкивания критического мышления избирателей и укрепления «пула неолибералов» — «пятой колонны» в государствах, входящих в сферу «жизненных интересов» коллективного Запада.

В поисках доноров 

Многие украинцы по-прежнему верят, что сражаются с империей зла на Востоке, некоторые даже не жалеют жизней в противостоянии «русскому миру». Красной нитью в западной информационной повестке проходит тезис о том, что воевать необходимо до последнего украинца, лишь бы ослабить Российскую Федерацию, которая не вписывается в картину однополярного мира только одним стремлением отстаивать свои законные геополитические интересы. Интересанты продолжения конфликта видны невооруженным глазом. Польша — номер один среди европейских государств. Аргументы для такого вывода лежат на поверхности.
Во-первых, Польша претендует на усиление политической роли в Евросоюзе и использует события в Украине, чтобы отвлечь внимание от собственных нарушений принципов европейского права, что послужило причиной ограничения финансовой поддержки из централизованных фондов ЕС, исчисляемой миллиардами евро. 
Позиция по украинскому конфликту является игрой по отработанному сюжету: создать образ врага — представить себя авангардом защиты Европы — потребовать денежных средств и санкций в отношении восточных соседей. Аналогичные цели преследовала и «война с мигрантами» на польско-белорусской границе осенью прошлого года. 

Помимо этого, в европейское информационное поле все чаще вбрасываются мнения, что хорошо бы разработать дополнительные меры поддержки восточного фланга Евросоюза, у которого возникли объективные экономические проблемы. Государственный долг Польши в расчете на душу населения составляет около 10 тысяч долларов — в пять раз больше, чем, например, в Беларуси. Крупные европейские программы помощи государствам, ставшим членами ЕС в 2004 году, завершились. Поэтому идет поиск аргументов необходимости новых трансфертов. 
Противостояние «агрессии с Востока» — апробированный довод для идеологической обработки потенциальных финансовых доноров как внутри Евросоюза, так и за его пределами, прежде всего в США. 
Во-вторых, очевидно, что одна из выраженных электоральных целей польского государства — продвижение бизнес-интересов своих граждан, органично вплетенных в национальный менталитет. При этом отчетливо проявляются признаки лоббирования интересов капитала, преследующего весьма амбициозные цели, — в том числе потеснить западноевропейских грандов, которые играют ключевую роль в польской экономике.

«Уши» таких мотивов торчат во многих случаях. Вспомним, как побуждали к иммиграции наших квалифицированных врачей и специалистов IT-сферы, раскачивая белорусское общество в августе 2020 года. Рассчитывали, конечно, на большее — получить доступ к активам через прирученную и поставленную на довольствие «демократическую оппозицию». Но недооценили монолитность белорусского государства и народную поддержку Президента Беларуси.

В сухом остатке — очевидная раздраженность польских элит, связанная как с просчетами аналитиков, так и абсолютно неэффективным финансированием провальной белорусской революции. Данное обстоятельство не позволяет прекратить бесплодные попытки расшатывания белорусской государственности и давления на нашу экономику, нацеленные на снижение уровня жизни граждан до значений, когда работа на «польского пана» будет восприниматься как приемлемая жизненная стратегия. 

Владимир Зеленский и Анджей Дуда. Что у них на десерт?

Без запаса прочности 

В честном эволюционном соревновании перспективы польского капитала на европейском рынке весьма посредственные. Внутренних предпосылок для достижения технологического лидерства, которые могли бы стать толчком экспоненциального экономического роста, накопления инвестиционных ресурсов, не просматривается. Бесспорно, существует целый ряд секторов с хорошей организацией, перспективной технологичностью и устойчивой ресурсной базой, например, судостроение, производство строительных материалов, потребительских товаров, особенно продовольствия. 
Однако уверенные конкурентные преимущества у польской экономики внутри Евросоюза не просматриваются. 
Вместе с тем амбиции построения Великой Польши, включая реализацию современной модификации архивного проекта Юзефа Пилсудского «Междуморье» с рабочим названием «Инициатива Троеморья», следует рассматривать именно в этом контексте — как условие обогащения, а последнее — как средство укрепления польского геополитического влияния. И так по восходящей спирали, преследуя стратегическую цель — создание буферного образования между Россией и Европой с тем, чтобы не допустить инкорпорирования европейских технологий с российскими ресурсами и ослабить зависимость Евросоюза от энергоносителей России. 
Для решения указанных задач Польша под руководством США на протяжении многих лет применяет все доступные меры по дестабилизации политической обстановки в Беларуси и Украине с тем, чтобы вывести указанные государства из орбиты политического влияния России и вовлечь в реализацию своего масштабного проекта. 

Кто станет хабом 

Важно подчеркнуть, что Беларусь в данном контексте занимает стратегически важное геополитическое положение в Балто-Черноморском регионе — находясь практически в центре, она как бы «вклинивается» между его Северным (Прибалтийским) и Южным (Причерноморским) секторами. Поэтому следует исходить из того, что наша западная соседка продолжит деструктивные усилия по разбалансированию общественно-политической и социально-экономической обстановки в Беларуси. Тем более это в полной мере соответствует интересам ее главных идеологических побратимов — США и Великобритании. Тактическое целеполагание Польши в контексте современных украинских событий очевидно. Прежде всего это энергетика. 
Решается задача по превращению Польши в крупнейший европейский хаб для обслуживания поставок сжиженного газа из США под предлогом укрепления энергетической безопасности региона.
Польский истеблишмент активно продвигает антироссийские и антибелорусские санкции: ему необходимо заблокировать импорт энергоносителей и электроэнергии с Востока, а также девальвировать позицию влиятельной группы «зеленых» евродепутатов, выступающих против имплементации такой энергетической парадигмы.

Другой ключевой задачей выступает обеспечение польской экономики дешевой рабочей силой. Получив в результате конфликта в Украине в свое распоряжение миллионы трудоспособных украинских граждан, которые, по мнению поляков, могут работать за условную по польским меркам заработную плату, Польша рассчитывает максимально эффективно использовать их трудовой потенциал. Расчет делается на перспективную организацию новых крупных сборочных производств на территории Польши на фоне искусственно созданных посредством санкций логистических проблем на Востоке.
По мнению военных аналитиков, в польской столице существует несколько планов активного участия в украинском конфликте с последующей аннексией территорий Западной Украины. Не исключено, что при определенных обстоятельствах соблазн получить контроль над Всходними Кресами в состоянии подтолкнуть польское политическое руководство к решительным военным шагам, в том числе на основе «частных» инициатив.

Чем хуже Украине, тем лучше Польше 

Нет сомнений, что конфликт в Украине рассматривается беспринципным польским руководством исключительно через призму экономических выгод и перспектив расширения геополитического влияния. 
Ставки высоки, поэтому для успешной реализации исторической возможности активно накачивается вооружением и обмундированием как регулярная армия Украины, так и различные национальные, территориальные, добровольческие и иные батальоны полукриминальной направленности, на территории Польши организуется подготовка украинских военных специалистов. В полной мере реализуется подход «чем хуже Украине, тем лучше Польше»… 
Одновременно решаются задачи системного формирования из числа украинских беженцев пропольской «пятой колонны» агентов влияния, которых сегодня методично убеждают в безальтернативной необходимости создания (кон)федерации от моря до моря — крупного образования, управляемого из Варшавы. 
С позиции исторической справедливости Варшава должна быть союзницей Москвы по денацификации Украины. Преступники из числа существующих в настоящее время украинских нацио­налистических вооруженных формирований взращены на той же идеологической почве, что и палачи польского народа, устроившие Волынскую резню. 


Однако предвкушение бенефитов гешефта перевешивает национальную гордость и уважение к памяти предков. Как известно, забытые уроки прошлого нередко повторяются. Есть над чем задуматься.
Следует исходить из того, что польское политическое руководство в отношении Украины будет действовать под девизом «если не мне, то не доставайся ты никому», максимально усиливая противоречия и подливая масла в огонь конфликта.

Во многом это объясняется тем, что Украина для Польши — главный геополитический и экономический конкурент. Польша заинтересована в ослаблении и даже расчленении Украины именно как своего конкурента. Крупной космической, промышленно и аграрно развитой державы, способной возродить потенциал генерирования прорывных инноваций, потеснить Польшу с сельскохозяйственного рынка Евросоюза, снизить значимость польского портово-логистического хозяйства и многое другое. Обладая примерно равными с Польшей человеческими потенциалами и одинаково развитыми связями с национальными диаспорами за рубежом, Украина располагает существенно большей площадью территории и несравнимо лучшим биоклиматическим потенциалом земель.
Польские ставки растут, а гешефт не реализуется. Санкции против России и Беларуси не дали ожидаемого эффекта и бумерангом ударили по бизнесу и потребителям в Евросоюзе. 
Цены на топливо в марте увеличились на треть. Инфляция в целом в годовом исчислении достигла беспрецедентных 11 процентов. Поставки польского продовольствия и промышленных товаров на Восток практически полностью заморожены. 

Отношение к беженцам в польском обществе стремительно ухудшается. Особенности поведения отдельных украинцев дают почву для укрепления авторитета польских националистов, проповедующих идею, что людям с Востока не место на польской земле. И ничего хорошего для сохранения устойчивости польского социума это не сулит. 

Что дальше делать будете, соседи? Продолжите дразнить русского медведя? Не рекомендуем, поскольку беспокоимся за ваше благополучие.

Дмитрий ­ПРИМШИЦ, заместитель председателя Национальной государственной телерадиокомпании. 

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter