Где враки зимуют

22 июня по телевизору показывали, как украинский премьер господин Янукович в Москве принимал участие в возложении цветов к могиле Неизвестного солдата...
22 июня по телевизору показывали, как украинский премьер господин Янукович в Москве принимал участие в возложении цветов к могиле Неизвестного солдата. Потом В.Янукович выступил и сказал много хороших слов о жертвах нацизма, о том, сколь губителен для людей звериный национализм, и о том, что такое не должно повториться. Со всем этим безоговорочное согласие. Но почему в Украине левая руководящая рука мирится с тем, что делает правая? Стало известно, что 30 июня в Киеве и других городах собираются с большим шумом отметить юбилей одного из основателей «Украинской повстанческой армии» (УПА), а президентом Ющенко, как сообщает пресса, подписан указ «О праздновании столетия со дня рождения Романа Шухевича». Демократический президент, гарант Конституции, антифашист и прочая, прочая дал четкую команду своему правительству внести предложения о переименовании улиц в честь Шухевича, рекомендовал поставить памятник в Киеве, назвать его именем одну из образцовых воинских частей. Планируется присвоить Шухевичу звание Героя Украины.

В Беларуси фамилия Шухевич мало кому что говорит, кроме профессиональных историков, поэтому коснемся вкратце биографии «героя». Тем более что пан Шухевич оставил в Беларуси немало глубоких следов. Националистом Шухевич стал рано, уверив себя, что кровь русских, поляков и евреев ничего не стоит. Уже в 19 лет он участвовал в убийстве школьного работника Яна Собинского только за то, что тот был поляком. Набирающий в 30–х годах силу нацизм не оставил перспективного злодея без внимания. Есть сведения, что по личному указанию Муссолини Шухевича пригласили в фашистскую разведшколу, где обучался и «старший товарищ» — Степан Бандера. Одухотворенные новыми знаниями Бандера и Шухевич организовали убийство польского посла и министра внутренних дел. Бандеру определили на пожизненное заключение, а Шухевич вскоре вышел по амнистии. И началась его карьера. Вскоре возможный «герой Украины» перебрался в рейх, окончил спецкурсы, стал гаупштурмфюрером СС. Гитлер и Гиммлер благосклонно относились к тому, чтобы из таких, как Шухевич, создать будущее «национальное правительство Украины». Так, на гитлеровские рейхсмарки появилась «Организация украинских националистов» (ОУН), которую сегодня кое–кто склонен считать чуть ли не «демократической организацией». Командование создало при ОУН батальон «Нахтигаль» («Соловей»), которым под руководством немецких зондерфюреров командовал «патриот» Шухевич. «Нахтигаль», укомплектованный завербованным в среде украинской эмиграции самым грязным сбродом, отличился в июньские дни 1941 года во Львове. Даже кадровые эсэсовцы удивлялись степени их озверения. За одну ночь эти нацисты вырезали более 7 тысяч стариков, женщин и детей. Современный немецкий историк Брукдорф с брезгливостью писал: «Солдаты вермахта, ожидавшие приказа о наступлении, с ужасом освобождали дорогу украинцам. «Нахтигалевцы, зажав в зубах кинжалы, засучили рукава гимнастерок, взяли на изготовку автоматы... Словно бесноватые, неслись эти украинцы по улицам Львова... Каждый, кто попадался им в руки, был жестоко убит...»

Оберпалач Кальтенбруннер лично и прочувственно пожал руку Шухевичу и повесил медальку со свастикой. А «Нахтигаль» в обозе вермахта покатился по дорогам Украины и Беларуси, творя грязную и кровавую работу. Они привели в Брест. Глубокие старушки и сегодня со страхом повторяют слова «Галичина» (название карательной дивизии, сформированной Шухевичем и Бандерой), а также крестятся от ужаса, когда слышат об ОУН... Страшно выговорить, но местные жители даже о немцах вспоминают с меньшим страхом. Тысячи белорусов и поляков без излишних формальностей расстреляли тогда подонки с трезубцем на кокардах. На старом брестском кладбище есть целая аллея безымянных на сегодняшний день могил жертв Шухевича и Бандеры. Само собой, что для расстрелов стариков и старух из Брестского гетто добровольцев не искали — головорезы Шухевича сами рвались туда расстреливать. Чудовищная история произошла под Жабинкой в 1942 году. Местные полицейские под творческим руководством СД выявили и составили списки всех «восточников» — людей, приехавших в Брестскую область в 1940 — 1941–м годах. Их вывезли — много тысяч! — в овраги под Жабинкой, и палачи Шухевича без малейшего сожаления перебили всех «москалей» и белорусов...

Также «смело» вели себя оуновцы в Витебской области, в Минске, в Хатыни, сотнях других деревень и городов. Преследовали, расстреливали, закапывали, жгли живьем...

Сейчас разные недоумки повторяют, ч
то, мол, националисты, сотрудничая с гитлеровцами, боролись «против Сталина». Но даже недоумкам должно быть понятно, что когда в лесной белорусской деревне Дальва младенцев швыряли в огонь, то это была никакая не «борьба со Сталиным», а самые что ни на есть гнусные зверства, которые не подлежат ни юридическому, ни моральному прощению. Как раз с партизанами, людьми вооруженными, герои из ОУН воевали очень даже неохотно, дрожали за собственную шкуру — убивать детей проще. И никого не могут обмануть позднейшие вымыслы: что вроде бы УПА под руководством Бандеры начала войну... с Гитлером. Отнюдь не из советских учебников известно, что по команде Гиммлера для вооружения УПА на освобожденных Красной Армией территориях немцами было передано Шухевичу более 700 минометов, 10 тысяч тяжелых пулеметов, десятки тысяч автоматов и карабинов. Руководство УПА до 1945 года действовало по командам из Берлина, пытаясь разрушить тылы Красной Армии. Невозможно отыскать ни одной более или менее официальной ссылки на сражение между отрядами УПА — ОУН и вермахтом. Зато боев с Красной Армией было много. И гибель генерала Ватутина тому подтверждение... Факт интернирования Бандеры в концлагерь есть всего лишь следствие гестаповской комбинации — в Берлине решили, что Шухевич, с ног до головы покрытый кровью, будет более эффективен в качестве единого командира УПА. Костяк «освободительной армии» составили подонки, которым терять было нечего: охранники лагерей военнопленных, каратели, палившие белорусские города, и тому подобные типы. Логика обязывает: постреляв русских, поляков, евреев, белорусов, войско Шухевича принялось за украинцев, не разделявших звериную идеологию. Шухевич говорил так: «Нужно добиваться, чтобы ни одно село не признало советской власти, чтобы все, кто ее все же признает, были физически уничтожены. Не нужно бояться, что люди проклянут нас за жестокость...»

Люди прокляли Шухевича и иную бандеровскую нечисть. «СБ» писала об этом в материале из Брестской области «Бандеровцы в селе Ляликово», где выродки Шухевича расстреливали не каких–то «агентов МГБ», не «повстанцев Сталина», не «вооруженных партизан», а простых белорусских крестьян. Просто убивали и все...

Понятно, что чем дальше уходят в историю годы Великой Отечественной войны, тем сильнее становится беспамятство, тем больше безнравственных людей тщится перекроить историю. Еще и потому, что дело это не очень трудное. Достаточно объявить себя носителем «нового и объективного взгляда» и вот уже Власов из изменника присяги становится вполне респектабельным «борцом с коммунизмом». Но ведь Власов и власовцы убивали не членов ЦК ВКП(б), а русских мужиков, одетых в красноармейские шинели, и жгли русских баб, прятавшихся в своих избах... Можно объявить т.н. «казачий стан» жертвами коммунистов и даже поставить кавалеристам «казачьего генерала» (!) фон Паннвица памятник в центре Москвы. И стенать об этих донцах–молодцах! Жаль, что не удосужатся радетели за «казачью славу» приехать в Беларусь, в Слонимский район и расспросить у местных жителей о зверствах, которые учинил здесь в 1944 году этот самый «казачий стан». В заброшенных местных колодцах до сих пор белеют кости заживо порубанных местных крестьян. Взяли бы радетели да полистали находящуюся в открытом архиве газету «Казак», которую в 1943 — 44 годах издавали на территории Слонимского района подчиненные фон Паннвица. Кстати, в хор московских и американских радетелей «казачьего стана» прибился и какой–то француз, издавший недавно «академический труд», рассказывающий об истории «казачьего стана». Все там есть: и как доблестно казаки «обороняли» немецкие тылы под Сталинградом, и как наводили порядок в Хорватии, патрулировали Альпы. Одна только дыра — год дислокации «стана» под Слонимом. Ни фотографий бравых чубатых наездников, ни каких-то сведений, вообще ни гу–гу. Эта «геройская» страница выпала из повествования. Так создаются кровавые мифы... Так, под грузом пепла, погружаются во тьму истории настоящие герои и жертвы, а на свет вытаскиваются чудовища...

Как–то разговорился я с одним достаточно популярным политическим деятелем, профессором, между прочим. И вот рассуждает профессор: «Не знаю, почему это партизанам понадобилось убивать минского бургомистра Ивановского? Приличный был человек, мечтал создать в Минске мединститут». Что ж, это сегодня довольно распространенный взгляд. Многие попросту выбросили из головы то, что раньше знал каждый школьник. Что при руководстве Минском Ивановским каждый день проводились облавы, расстрелы, а в скверике напротив Дома офицеров гроздями свисали с деревьев трупы казненных. Местных, к слову сказать, белорусов, которых, судя по нынешним легендам, так обожал при немцах сентиментальный бургомистр. Можно перерыть все мыслимые архивы, но невозможно найти ни одного свидетельства гуманистического обращения «высокоморального интеллигента Ивановского» к своему личному другу Кубе (о дружбе двух гитлеровских деятелей написано много проникновенных слов). Облавы и расстрелы не стихали ни одного дня. Впрочем, можно обойтись без архивов. Еще живы люди, которые все это с содроганием помнят. Чтобы сделать из Ивановского чуть ли не антифашиста, «польский историк» Туронак распространил сплетню, будто Ивановский «сотрудничал» с эмиссарами Армии Крайовой. Польский патриотизм Туронака понять можно: всякий, кто упоминает в положительном контексте о роли АК в войне, становится любимцем читающей публики. Да, в отличие от Ивановского и его стаи, люди из АК не путались с Кубе, Франком и Кохом — это факт! Но делать из Ивановского антифашиста... За это пана Туронка на страшном суде точно поджарят... А насчет мединститута? Тут встает очень простой вопрос: а зачем Гитлеру, Кубе и Ивановскому нужно было разрушать минский медуниверситет, который до 1941 года исправно готовил хороших врачей? Кто их вообще звал в Минск? Смешно читать стенограмму совещания Кубе с новыми «хозяевами» Беларуси в 1943 году, где он глубокомысленно изрекает, что в Берлине, мол, ошибались, когда считали белорусов какими–то немытыми туземцами... Кубе даже заметил, что слухи о повальных вензаболеваниях белорусов, о которых ему в Берлине рассказывали «эмигранты» (то есть Ивановский, Акинчиц, Козловский и пр. культуртрегеры), сильно преувеличены. В Минск, честно признал гауляйтер, сифилис завезли солдаты вермахта... И эти добродушные признания рабовладельца, убедившегося, что данные ему в рабство люди не в шерсти и без рогов, сегодня кое–кем воспринимаются как выражение пламенной любви гитлеровского вельможи к белорусам. Его желание сделать из разрушенной своими же партайгеноссе «Беларутении» уютнейший и милый уголок. Помню, с каким восторгом восприняли некоторые ценители административного гения гауляйтера воспоминания престарелой вдовы Кубе, не так давно заявившей, что ее супруг, когда слышал стрельбу в районе гетто, чуть ли не рыдал... от жалости.

Пожалел волк кобылу, оставил хвост да гриву...

Я ответил тогда почтенному профессору, что убили Ивановского не потому, что он «был без охраны» и совсем не за красивую мечту отстроить на оставленных «юнкерсами» пепелищах медуниверситет. Его убили за то, что он воевал на стороне Гитлера. И никакая охрана его бы не спасла. Приговор Гитлеру, Гиммлеру, Кубе, Ивановскому был вынесен.

И не надо забывать, что подпись под этим приговором поставили не только в Москве, но также в Лондоне и Вашингтоне.

Но любое подобное утверждение сегодня обязательно столкнется с опровергающими криками вроде «под бел–чырвона–белым флагом людей было убито меньше, чем под красным». Можно поговорить и об этом, но без надрыва и спекуляций, без того, чтобы ставить на одну доску детоубийц из Хатыни и тех, кто штурмовал рейхстаг... Тем более что сейчас исполняется горестная годовщина начала репрессий, запущенных руководством ВКП(б) в 1937 году. Новые свидетельства злодеяний той поры всплыли недавно под Гомелем. О них нужно говорить честно и прямо. Ничего не утаивая, но и выражаясь при этом вполне определенно:

— Когда мы говорим, что берем из советской истории лучшее, гуманистическое, основанное на интернационализме и стремлении к прогрессу, то мы точно так же заявляем, что не хотим иметь ничего общего с преступлениями НКВД против советского народа.

Коротко и ясно. Точно так же, как и эти слова:

— Порядочные люди не должны отдавать Победу, не имеют права забыть подвига Кедышко и Гастелло, миллионов известных и безымянных жертв войны. Порядочные люди никогда не одобрят сооружение памятников эсэсовцам и глумление над монументами тем, кто спас мир от черной ночи гитлеризма.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...