Где обитает дух здравого смысла?

Нынешнее состояние политической философии на постсоветском пространстве проникнуто духом здравого смысла...

Нынешнее состояние политической философии на постсоветском пространстве проникнуто духом здравого смысла. Никаких тебе идеалистических конструкций вроде приснопамятной "дружбы народов" или "пролетарского интернационализма". Все должно быть оценено, рассмотрено и подано в категориях ясных и недвусмысленных, на основе прагматического подхода. Этот самый прагматический подход превратился в новые теоретические святцы, куда заглядывают всякий раз, когда надо определиться с тем или иным вопросом. Такое чувство, что тень великого европейского прагматика князя Бисмарка встала во весь свой гигантский рост и над Восточной Европой.


Сам по себе прагматизм, если упрощенно, это единственная оригинальная американская философская конструкция, призванная дать предпринимательским США собственное теоретическое обоснование. Дух здравого смысла, практицизма, отказ от ненужных умствований вроде экзистенциальных поисков самого себя и своей сущности, утилитаризм, то есть выдвижение на первый план соображений практической пользы, ясно видимого, ощущаемого результата, - вот особенности этого подхода в сфере сознания.


Не надо, конечно, думать, что прагматизм сам по себе - изобретение и принадлежность исключительно американцев. Как политическая философия он был широко распространен и в Европе. Упомянутый Отто фон Бисмарк, немецкий канцлер, его деятельность - тому блестящее подтверждение. Именно он, прусский юнкер, замечал, что интересы Пруссии - превыше всего и ему глубоко наплевать на иные точки зрения, иные позиции и аргументы иных сторон. Когда его спрашивали во время того или иного конфликта, на чьей он стороне, он всегда говорил: "Я на стороне Пруссии, а эти ребята пусть убивают друг друга как можно больше и дольше".


Российская и белорусская политическая философия традиционно основывалась на иных, не прагматических ценностях. Перелистайте еще раз Достоевского, Толстого, Чехова, Тургенева, Розанова, Соловьева - прагматизма и близко нет. В основе умствований все те же прекраснодушные, отвлеченные категории вроде истины, красоты (которая, как известно, спасет мир), добра, правды.


Советская политическая практика при всей ее скованности марксистско-ленинскими теоретическими скрепами была идеальной по духу и сути. Одна идея коммунизма чего стоит, да еще мир во всем мире. А вспомните, как вытирал слезы генсек Леонид Брежнев, принимая вызволенного из тюрьмы чилийца Луиса Корвалана. А как советская детвора жалела бедных, загибающихся от эксплуатации негров? Скажут: вот она, "совковость", вот оно, следствие оболванивания широких народных масс. Не все так просто. Да, была манипуляция общественным сознанием (а где и когда ее не было?), да, идеализм был специфическим, встроенным в систему идеологических предпочтений (а где было и есть по-другому?), но была искренность, была та правда чувств и поступков, о которых мечтали и Достоевский, и Толстой. И советский народ, кстати, был вовсе не абстракцией, а высоким продуктом этой самой идеальной системы взглядов.


Нынче, когда наш мир в очередной раз перевернулся и этот процесс назвали искусственным словом "перестройка", идеальные конструкции советского времени (и не только его) преданы забвению, признано, что спасти мир и нас всех может все тот же прагматизм. Политика выстраивается соответствующая, лозунги формулируются на основе все того же здравого смысла. В карьерную гору пошли воспитанники Кембриджа, Оксфорда, и не потому, что там образование качественнее, а в связи с философией прагматизма, господствующей в этих стенах. И на отечественном телевидении задают тон передачи, интервью, нацеленные на то, чтобы научить непрагматичных белорусов "считать время", "делать деньги" и т.д. Господствует желание строить отношения по западным лекалам, на основе достижений западноевропейской, американской политической философии, и, учитывая кризис национальной мысли все с той же правдой и красотой во главе иерархии ценностей, это на первый взгляд правильно.


Помните, как известного футбольного тренера Э.Малофеева упрекали за непонятное словосочетание "искренний футбол"? А наш известнейший политик, который упорно выстраивает свое понимание ценностей на основе все той же искренности, приоритета моральных критериев, разве не противоречит этому общему прагматическому подходу? Скажут: а что общего между футболом и политикой? Одно можно назвать с ходу: ментальность, которую не выкорчуешь никакими заокеанскими теоретическими стандартами. Вспоминается американский профессор, читавший лекции нашим студентам по праву. Его пригласили в Брестскую крепость, и он стал там традиционно фотографироваться. Возле памятника "Жажда" - улыбка во весь рот и поднятая рука в приветствии. Возле Холмских ворот - улыбка еще шире и радостные восклицания в видеокамеру. Но ведь это - мемориал, по сути, кладбище. Чего ж улыбаться, глядя на ту же каску, с которой боец ползет за водой? Осталось спросить, сколько стоит и мемориал, и эта каска. Спасибо, что не спросил. Специфика нашей исторической памяти, нашей ментальности, наших традиций формирует определенное (национальное) понимание не только прошлого, но и настоящего. Оно не лучше и не хуже иного восприятия, но оно - иное. Но дело не только в ментальности.


Недавно Президент после просмотра фильма "Брестская крепость" рекомендовал авторам подарить копию картины политическому руководству России. Жест понятен: общая борьба против врага - это не только историческое полотно в музее или в кинозале, не скучные манускрипты, не академические словопрения. Это - живая ткань современности, в которую вплетены и те, кто ушел, и те, кто живет ныне. Да и будущим поколениям не избежать того же отношения к этому трагическому предмету. В контексте событий прошлого, как отдаленного, так и вчерашнего дня, нынешние призывы из Москвы к выстраиванию отношений исключительно на прагматической основе вряд ли осуществимы.


Скажут: жизнь жестока, и те, кто в основу угла ставит не идеальные, а вполне реальные, конструктивные идеологемы, всегда выигрывают. Полагаю, что все же прагматизму принадлежит  пусть и важное, но не исключительное место в системе отношений между людьми и государствами. Вспомните Махатму Ганди, его "соляной поход", его борьбу за независимость Индии, ее объединение. Он осуществил то же, что и Бисмарк, объединил, освободил страну. Но принципиально иными средствами, вовсе не "железом и кровью", а все той же "правдой и истиной", лишь в иной национальной транскрипции. А Конфуций? Разве его и нынешнего "главного идеолога" великой страны можно назвать прагматиками? Да и Эдуард Малофеев добился своим "искренним футболом" выдающихся успехов, несмотря на весь скепсис прагматиков. Это и к тому, что пусть будет прагматизм - как без него. Но одним прагматизмом исчерпать все богатство и нашего общего прошлого, и нашего настоящего нельзя. Нет таких весов, которыми можно было бы взвесить пролитую нашими предками кровь, нет таких весов, где можно было бы уместить такие наши общие достижения, как культура, язык. Вообще говоря, быть прагматичным - это вовсе не значит ходить с калькулятором и все время справляться с таблицей умножения. Тот прагматик, который в программу своих действий внесет факторы и иного, пусть идеального порядка, только выиграет. В противном случае проиграем все мы.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Игорь Мельников (часть 1)
Воспитание киносеансом (о фильме Брестская крепость)<br /> <br />
Дискуссия о том, каким должно быть современное военное кино началась давно и длится уже достаточно долго. Вспоминаю, что еще в 2002 году в одной из белорусских газет я публиковал материал, посвященной именно этой проблеме. Сетуя на то, что современные российские да и белорусские «кинопродукты», посвященные военной тематике по всем параметрам далеки от произведений советской военной классики, я отмечал и то, что эту нишу уверенно занимает зарубежное военное кино, которое, хоть и качественно снято но с воспитательной точки зрения не несет необходимого идеологического заряда, способного заставить, прежде всего, молодое поколение уважать и ценить историю своей страны, помнить и чтить подвиг своих дедов и прадедов, победивших в той страшной войне. <br /> <br />
Время шло, но ситуация кардинально не менялась. Появлялись многочисленные российские, белорусские, украинские военные сериалы. Снимались и «полнометражки». Но все они были крайне далеки от того, настоящего, советского военного кино, на котором мы, поколение, родившееся в 1980-х, росли и воспитывались. <br /> <br />
В то время, когда в США появлялись высоко бюджетные картины о войне на Тихом океане, об участии американцев в освобождении Западной Европы, у нас (я имею ввиду постсоветское пространство) снимали истории про советских рэмбо-пограничников, в одиночку «мочивших» немецкие полки и дивизии, выдуманное Wunderwaffe, спрятанное нацистами в Западной Украине и прочие истории про «фартовых» зэков и штрафников, выигравших войну. Конечно, были у нас и хорошие фильмы, но они носили, к сожалению, случайных характер. <br /> <br />
Ветераны обоснованно задавали вопрос «сонной» общественности, мол, ребята, мы уйдем, а что дальше будет? Кто тогда расскажет правду о Великой Отечественной? Современная молодежь учит историю по компьютерным игрушкам, она не смотрит «Освобождение» Ю.Озерова, потому что там нет компьютерной графики, и вообще фильм «не козырный.
Игорь Мельников (часть 2)
В каком-то смысле попыткой изменить сложившийся порядок вещей стали фильмы, в которых нынешняя молодежь путешествует в прошлое. Ход, в общем, не новый, но при этом такая закрутка сюжета заставляла задуматься некоторую часть молодых людей над тем, что же такое война априори, через что прошел советский солдат, чтобы победить такого грозного и коварного врага как немецкий фашизм. С другой стороны, фантастичность сюжета таких картин не позволяет их в полной мере отнести к военному кино. Это вольная интерпретация, с элементами исторического контекста. <br /> <br />
Весь этот серый фон вокруг отечественного военного кинематографа создавал некий стереотип мышления, что мол, раз не получилось у талантливых, возрастных, маститых, режиссеров, снять качественное военное кино, то, что смогут сотворить «зеленые юнцы». Но прошедшая недавно в Минске, Бресте и Москве премьера патриотической драмы «Брестская крепость» доказала ошибочность такой постановки вопроса. Молодой российский режиссер Александр Котт доказал всем и вся, что отечественный кинематограф не растерял свой потенциал и может снимать великолепные военно-исторические фильмы. Главной оценкой качества картины является зрительский интерес. Знаете, я давно не видел такого, чтобы полторы тысячи зрителей прильнув к экрану, молча, внимательно следили за событиями, происходящими там. А потом, спустя, более чем, два часа, которые длиться фильм, стоя аплодировали его авторам. Пожалуй, со времен «Титаника» не выходили наши люди из кинозала со слезами на глазах. Я ничуть не преувеличиваю. На проходившей в рамках 32 Московского Международного кинофестиваля гала-премьере «Брестской крепости» зрители вместе с главными героями картины, переживали ужас от первых взрывов, возвестивших о начале Великой Отечественной войны, бежали вместе с пограничниками и красноармейцами в атаку на «обнаглевших фрицев», плакали вместе с защитниками крепости, наблюдая, как немецкие истребители, словно свирепые коршуны, набросившиеся на добычу, расстреливают на бреющем полете советский «ишачок», истребитель И-16. Людская трагедия, которую мастерски сыграли актеры, была сопережита каждым из нас. Равнодушным не остался никто. Рядом со мной сидели совсем молодые парень и девушка. По говору, москвичи. Хорошо одеты, дорогой парфюм, в общем, представители «золотой» молодежи. Так вот корзина попкорна и бутылки пива, припасенные этими ребятами для того, чтобы просмотр «нудной» военной драмы был не столь скучным, остались не тронутыми. Отвлечься от просмотра этого серьезного и, конечно же, тяжелого в эмоциональном плане фильма, было не возможно. Да и как можно хрустеть чипсами или попкорном когда ты наблюдаешь за тем, как смертельно раненый офицер пограничник накрывает собой немецкую гранату, чтобы уберечь от неминуемой гибели своего сына, когда видишь, как наши солдаты поднимаются в свою последнюю атаку на немецкие пулеметы.
Игорь Мельников (часть 3)
В фильме нет наигранности, нет пошлости и грубости, нет излишней натуралистичности. Там, как говорят современные тинэйджеры, «все по делу». Особо, как историку, мне бросилась в глаза повышенное внимание авторов картины к деталям и мелочам. Холмские ворота крепости (хоть это и декорация) венчает польский «ожел бялы». Ну да, ведь еще в 1939 году Брест был польским городом, а в крепости находились польские войска. Герб Польши виден на старых фотографиях. И эта мелочь служит подтверждением того, что съемочная группа скрупулезно изучала архивные материалы и документы, с точностью выверяя каждый нюанс. <br /> <br />
Картина по духу интернациональна. А как же иначе, когда Брестскую крепость в июне 41-го защищали представители многих народов, населявших Советский Союз. И режиссер делает на этом акцент, демонстрируя белорусский говор радиста, вызывавшего подкрепление, или показывая религиозный мусульманский танец чеченцев-пограничников перед боем. Авторы картины сумели показать то, что, несмотря на свои национальные различия, люди объединились перед лицом внешнего врага. <br /> <br />
Александр Котт является учеником таких метров кинематографа как Владимир Хотиненко и Анджей Вайда. И не плохим учеником, скажу я вам. В «Брестской крепости» удивительным образом слились глубина, философский анализ и уважение к историческому материалу и фактам, присущие как польскому режиссеру, так и его российскому коллеге. <br /> <br />
Выходя из московского кинотеатра «Октябрь» меня посетила мысль, что фильм «Брестская крепость», финансировавшийся из бюджета Союзного государства Беларуси и России, создан в лучших традициях советской школы военного кино и при этом с учетом всех новых разработок, которые имеются у современного кинематографа. Не могу не сказать слова благодарности в адрес Председателя Телерадиовещательной организации Союзного государства Игоря Угольникова, который сделал все, чтобы этот кинопроект был реализован. <br /> <br />
Люди уходят, кино остается. Фильм «Брестская крепость» останется, и, посмотрев его, молодежь уже никогда не усомниться в подвиге и героизме своих предков, победивших в той войне. <br /> <br />
Материал опубликован в моем блоге (http://melnikau1980.livejournal.com/2377.html)
Andy
Надо просто достигать своих целей средствами, не противоречащими принипам гуманизма и добра в широком смысле, без сентенций. И не нужны никакие прагматические концепции. Руководствуясь этими концепциями, политики и рациональные мыслители уже позволили банкам ввергнуть мир в эпоху хаоса и безумного потребительства.
alexandr
С интересом прочитал статью судя по всему молодого автора(СБ-арена молодых как известно и это очень хорошо) и вновь поймал себя на мысли , что "вера умирает последней". Не способность мыслить за партнера дискуссии приводит многих авторов к ложным умозаключениям. А это уже недоработки методологии. Поэтому хотелось бы пожелать автору , занимающегося изучением наиболее острых экономических проблем и философий стоящих в их основе " чуточку" отвлеченности, способности видеть происходящее с высоты множества(максимального количества) посылок. Думаю в этом случае выводы смогут быть приближенно достоверными , но никак не эмоциональными. С уважением Александр
Мария
Ну очень дешевой нефти хочеццо.....
АЮВ
Мария и alexandr правы - не кино эта статья. А профессор лукавый. Ой, лукавый. Борис! Эти, считающие каждую денежку, прагматики берут наших детей на оздоровление зимой и летом. Много наших беларусов, от широты души, взяло беларуских ребятишек на лето к себе в семью и за свой кошт? Это прагматики не дали нам сдохнуть с голоду во времена тотального Горбачевского дефицита. Сам "трескал" ихнюю тушенку этого "поганого" ФРГ. Это они БЕСПЛАТНО подбрасывают нашим инвалидам коляски и помогают медикаментами. Это у этих "шкуродеров" снижаются цены на бензин, когда падает цена на сырую нефть. Профессор! Приведи хоть один пример снижения цен на горючее в нашей "благословенной" стране. Это мистеры Твистеры помогали нам в Великой Войне ленд-лизом. Хотя вполне могли и отсидеться за океаном. Сталин бы так и сделал. А потом пришел на готовое. Он, кстати, наверное, от широты души, а не из меркантильных интересов "забыл" за эту помощь рассчитаться. Ну, конечно, когда прагматики заняты делом и работают - наши идеалисты почитывают Достоевского, Толстого, Чехова. Работать некогда. Надо осмыслить мир. Свое место в этом мире.Покопаться в душе. Обычно, копаются в душе с бутылкой. Потом дерутся, от широты души. Потом мирятся, с пьяными слезами на глазах. С пьяных глаз храм взорвут. Устроят бассейн. Потом восстановят - ну, как же, душа требует. Примут закон "о колосках". С какого возраста наступала по этому закону уголовная ответственность, профессор? Если не знаешь - скажу. С 12 лет! Могли расстрелять. Это не выдумки, профессор. Включать калькулятор? Потом, от широты души, любят наши идеалисты порассуждать "про слезу ребенка". А ещё любят завидовать. Особенно тем, у кого нефть есть. И даже японцам, у которых нефти нет. У них, сволочей-прагматиков, даже земли нет. Что жрут? Ума не приложу. А вот работать идеалистов может заставить только палка. Желательно суковатая. Им же некогда - смысл жизни искать надо. Даже народное выражение такое есть - работать из под палки. Так было до Петра-I, во время Петра и после Петра. И будет присно и во веки веков.  
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости