Народная газета

Где ломка, там и рвется

Лечение наркомании: что выбрать?

За последнее десятилетие количество жителей нашей страны, которым поставлен диагноз наркозависимость, увеличилось почти в полтора раза. Большинство зарегистрированных пациентов — в возрасте от 20 до 40 лет. Несмотря на то что современная медицина шагнула далеко вперед, наркомания до сих пор относится к трудноизлечимым болезням. Около сотни клиник, наркоцентров и общественных объединений предлагают различные пути лечения этого недуга. Как не ошибиться в выборе спасательного круга для наркомана?


В  четырехэтажном здании на улице Петруся Бровки располагается Минский областной клинический центр “Психиатрия-наркология”. Стационар (реабилитационный центр “Исток”) “расквартирован” на втором и третьем этажах. Напросившись на “обзорную экскурсию”, изучаем окрестности. Как оказалось, охраны в обычном понимании этого слова тут нет, как и решеток на окнах — все построено исключительно на доверии.

— Есть четкая система запретов, нарушение которой грозит немедленным “вылетом”, — говорит наркоман со стажем — симпатичный парень, представившийся Николаем. — Например, нельзя пользоваться мобильными телефонами, прочими средствами связи, встречи с родственниками — только в отведенные для этого дни. Такая изоляция к лучшему — меньше соблазнов. Но на самом деле люди, которые сюда попадают, проходят такой долгий и мучительный путь, что очень ценят помощь. Реально срываются и уходят единицы.

Распорядок дня впечатляет. Ранний подъем, и до самого вечера нет “форточек” для безделья. Строго регламентированы занятия с психологами и медицинские процедуры. Попасть в центр можно двумя способами — либо бесплатно, по направлениям милиции, наркологических и социальных служб (например, частые гости здесь — “фигуранты” Декрета № 18), либо добровольно, анонимно и за деньги. Интересуемся ценами. 25—30 рублей — обследование, 50 рублей — месячное пребывание в дневном стационаре (из этого срока амбулаторное лечение занимает от 7 до 10 дней). В год только через этот небольшой центр, рассчитанный на 30 пациентов, проходят более 500 человек, не считая посещающих консультации и различные мотивационные занятия. Популярность услуг в последнее время выросла — в некоторых палатах поставлены даже дополнительные кровати.

Убеждение, что наркоманами становятся исключительно люди “группы риска”, не подтверждается жизненными реалиями, уверен наш собеседник. На самом деле попасть в эту ловушку рискуют даже те, кто до последнего был уверен: я же умный, успешный, со мной такого никогда не случится:

— Всегда считал, что я и наркотики — вещи несовместимые. У меня высшее образование, интеллигентная семья. Была хорошая зарплата и престижная должность директора по качеству в успешной фирме. Как попал в этот переплет — сейчас и не припомню в подробностях. Возможно, это такой “эффект безбедной жизни” — хотелось новых ощущений. Начинал с “экстази”, потом перешел на ЛСД, затем на амфетаминовые стимуляторы (так называемые эйфоретики, например, эфедрин). Сначала просто нюхал, дальше захотелось пустить “по вене”. Зарекался бросить много раз, но срабатывал “тоннельный синдром” — как будто ты ослик и бежишь вперед, туда, где в конце тоннеля висит морковка. Приходишь в себя только тогда, когда в руке уже “заряженный” шприц. И одна мысль — быстрее вколоть.


После двух “передозов”, когда еле выкарабкался с того света, Николай и пришел в “Исток”. Сейчас парень уже ничем не напоминает живой скелет (бывший спортсмен за год жизни на игле потерял более 20 кг) и всерьез подумывает о том, чтобы помогать таким же, как он, — например, вести здесь занятия.

— Вы не представляете, как важно общаться с людьми, которые сами прошли через этот “огонь и медные трубы”, — соглашается с собратом по несчастью одна из пациенток (назовем ее Ириной). Она пронзительно красива — с такой внешностью только покорять подиумы или сниматься в кино. Тем большей дикостью выглядит реальность:  к 35 годам — уже четыре “отсидки”, диагнозы ВИЧ и вирусный гепатит. В апреле ее дочери исполнится 12 лет, причем маму она практически не видела (заботу о внучке взяли на себя бабушка и дедушка, лишив родную дочь родительских прав).

Оказание медицинской помощи наркозависимым осуществляется по специальной трехступенчатой программе. Сначала проводится детоксикация организма. Так называют лечение абстинентного синдрома, который возникает при отмене наркотика (на привычном языке — лечение “ломки”). Затем наступает этап стационарной реабилитации, который специалисты называют крайне важным для перевода болезни в режим ремиссии. Третий этап — социальная адаптация. Порой человека приходится заново обучать науке жизни в обществе, среди родных и близких людей.

Снимать абстинентный синдром имеют право только государственные клиники (такие кабинеты при наркологических диспансерах или центрах есть в Минске и в каждом областном центре). Это важный момент для понимания того, куда следует обращаться при остром приступе “ломки”. Процедура проводится как бесплатно (в этом случае придется предъявлять паспорт, заводить медицинскую карточку и становиться на официальный учет), так и анонимно за деньги. В среднем стоимость лечения варьируется от 25 до 30 рублей в сутки в зависимости от набора лекарств (для иностранцев — минимум 50 долларов в сутки).

Дозваниваемся в РНПЦ психического здоровья и выясняем: для госпитализации обязательно письменное согласие будущего пациента. Время вывода из “ломки” — от недели до двух. Попасть в стационар можно по предварительной записи, при этом ожидание койко-места может занять до недели.

Что касается второго этапа — здесь уже гораздо больший простор для выбора варианта. Только в списке, вывешенном на сайтах Минздрава и МВД, мы насчитали более 60 заведений, причем география охватывает все области страны. Есть здесь и государственные учреждения, и общественные объединения, и религиозные организации. Их общая цель — перевести болезнь наркомана в режим ремиссии.


В “Истоке”, к примеру, работают по 29-дневной комплексной программе. Она основана на одновременном сочетании групповой и индивидуальной психотерапии. Как это выглядит в действии?

— Прежде всего нужно убедить человека в том, что он действительно болен, — говорит заместитель главного врача Минского областного клинического центра “Психиатрия-наркология” Татьяна Сорокина. — У большинства же очень силен фактор отрицания — они не осознают серьезность ситуации. Дальнейшая работа проходит по отработанной схеме. Это формирование мотивации, психологическое образование — мы рассматриваем симптомы зависимости, учим, как избегать срывов. Очень важный момент — занятия по социализации. Психотерапевты помогают корректировать эмоциональное состояние, обучают конструктивному решению конфликтов. Ну и, конечно, для всех наших пациентов разрабатываются индивидуальные программы выздоровления. При выписке каждый получает рекомендации по дальнейшему лечению с учетом особенностей личности, социализации и тяжести заболевания. Эффективность такого комплексного подхода подтверждается результатом — обратно к нам возвращаются менее 40% пациентов.

Республиканская молодежная общественная организация помощи сообществу “Анонимные Наркоманы” в Беларуси с 1999 года. Единственное условие для членства здесь — желание прекратить употребление наркотиков. “Анонимные Наркоманы” — это духовная, но не религиозная программа, а значит, сюда приходят зависимые, имеющие самые различные вероисповедания и представляющие широкий круг конфессий, а также атеисты и агностики. Принципы, на которых здесь строят выздоровление, объединены названием “12 шагов АН”, участие в сообществе — бесплатное. Группы АН есть в 14 городах страны.

РОО “Матери  против наркотиков” оказывает помощь не только зависимым подросткам, но и их родителям. Именно здесь зародилось движение “Право на жизнь”, в рамках которого организовано 9 стационарных реабилитационных центров для наркоманов и алкоголиков в Пинском, Мозырском, Новополоцком и других районах. Чаще всего это усадьба за городом, рассчитанная на 10—12 мест, где ребята постоянно проживают и добровольно проходят определенную программу восстановления. Полный курс реабилитации — год, стоимость в месяц — около 200 рублей. Для тех, кто желает “закрепить” полученный результат, существует еще и шестимесячный курс адаптации (социализации), во время которого бывших наркоманов трудоустраивают.

В реабилитационном фонде “Феникс” расценок не устанавливают — живут на пожертвования, кто сколько даст. Почти все сотрудники организации — бывшие наркоманы, сумевшие победить свою болезнь. Здесь тоже много работают с семьями зависимых, поскольку большинство срывов у жертв происходит после возвращения домой.

Кризисный центр миссии “Возвращение”, расположенный в Смолевичском районе, предлагает не только реабилитационную программу выздоровления, но и программу духовного восстановления, которая включает в себя трудотерапию, учебные занятия на основе библейских доктрин и христианской этики, посещение церковных богослужений, организацию отдыха и общения. Полный курс — 1,2—1,5 года. Стоимость — 150 рублей в месяц (причем эта сумма тратится только на питание).


Всего различными христианскими конфессиями в Минске и Минской области открыто более пяти подобных центров, многие из которых имеют филиалы в других областях. А при Гродненской епархии Белорусской православной церкви действует информационно-консультативный пункт, организованный отцом Павлом — в прошлом наркоманом со стажем, которому религия помогла избавиться от зависимости.

По словам главного нарколога Минздрава Ивана Коноразова, то, что наркозависимые люди имеют широкий выбор центров и организаций, куда они могут обратиться после прохождения медикаментозного лечения, — это большой плюс:

— Психологическая работа с бывшими наркопотребителями крайне важна. Необходимо заполнить ту пустоту, которая возникает в жизни человека после отказа от наркотических веществ, возродить пациента к жизни и помочь ему социализироваться. Судя по отзывам людей, прошедших программу реабилитации, наши специалисты хорошо справляются со своими задачами.

Заместитель начальника главного управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми МВД Андрей Саладовников отмечает: не зафиксировано ни одного случая, чтобы действия реабилитационных центров и иных субъектов, представленных на сайтах Минздрава и МВД, послужили поводом для серьезной проверки.

Однако этот список — далеко не все предложения на рынке услуг по нарколечению. Один из наиболее известных частных центров, к примеру, предлагает воспользоваться методом эмоционально-стрессовой терапии. По откликам, которые оставляют клиенты подобных центров в сети на специализированных форумах, сложно делать однозначные выводы насчет этой методики. Кто-то от нее в восторге, а кто-то считает, что одной процедуры слишком мало для того, чтобы воздерживаться от употребления наркотиков и психотропов хотя бы в течение года. Мы решили выяснить, какого мнения придерживается классическая медицина.

— Я считаю, что вылечить наркоманию за один сеанс сегодня не представляется возможным, — категоричен Иван Коноразов. — Зависимый человек должен пройти всю трехступенчатую программу для того, чтобы побороть свой недуг. Многие наркоманы — подростки, которые еще толком даже не начали жить. В их случае речь идет даже не о реабилитации (восстановлении утраченного), а о длительной адаптации к жизни практически с нуля. Как можно утверждать, что им достаточно одного сеанса стрессовой терапии? Зависимость не лечится точечным ударом.

Вариантов выбора условного пункта А, с которого наркозависимый человек решит начать дорогу в новую жизнь, у нас более чем достаточно. Да и цены, скажем прямо, не заоблачные (кое-где и вовсе не нужно раскрывать кошелек). Хотя, конечно, можно предпочесть и реабилитационную программу в швейцарской клинике, неделя пребывания в которой обойдется примерно в 100 евро.

В любом случае главное условие — искреннее желание человека раз и навсегда покончить с бедой под названием “наркомания”. Во всем остальном ему обязательно помогут.

Метадон: за и против


С 2009 года в Беларуси практикуется заместительная метадоновая терапия, реализуемая при участии ПРООН. Этот вид помощи наркозависимым пациентам распространен в США, Евросоюзе и в большинстве стран СНГ (кроме России и Туркменистана). Правда, есть один нюанс — подходит этот метод лечения только тем, кто “сидит” на опиоидах (например, на героине). Суть в том, что вместо привычного инъекционного наркотика клиенты получают тщательно отмеренные дозы медицинского — метадона в виде сиропа.

— Заместительная метадоновая терапия — составляющая так называемой программы снижения вреда, — объясняет заместитель главного врача Минского областного клинического центра “Психиатрия-наркология” Татьяна Сорокина. — Предназначена для тех, кому в силу разных причин не помогло амбулаторное или стационарное лечение. Количество препарата определяется индивидуально и с точностью до миллилитра. Доза должна быть такой, чтобы полностью избавить от ломки, но при этом не позволить достигнуть наркотического “кайфа”. Результат — голова остается ясной, человек может работать, управлять техникой, жить в семье. В связи с тем, что он  перестает принимать обычные наркотики, улучшается состояние здоровья, он не совершает преступлений, чтобы добыть деньги на дозу, не подвергает ни себя, ни окружающих риску заразиться СПИДом.

Впрочем, отношение к такому лечению далеко не такое однозначное, как может показаться. Медики однозначно за, хотя бы потому, что люди из категории тяжелых наркоманов переходят в разряд, так сказать, “вменяемых”. Но у МВД свое видение проблемы. Как не раз заявлял руководитель ведомства Игорь Шуневич, суть в том, что на самом деле наркоманов меньше не становится. Мы просто заменяем один наркотик на другой. Накладно это и для бюджета, из которого на данный момент покрывается большая часть программы. Кстати, на реализацию одного из этапов этого проекта за три года было направлено порядка 14  млн долларов. В последнее время наметилась еще одна проблема: в связи с распространением синтетических наркотиков (психостимуляторов) программа теряет популярность. В 2012 году ЗМТ в Беларуси получали более тысячи пациентов, а на начало 2017 года в стране работают 19 пунктов, где “обслуживаются” 860 человек. В масштабах страны это совсем немного. Тем не менее для многих именно заместительная терапия — единственный шанс соскочить с иглы. Один из первых участников ЗМТ в Минске Сергей Крыжевич счастлив, что благодаря этой программе сумел стать нормальным человеком — прекратил употреблять наркотики, нашел работу, наладил отношения с родителями. Любимая девушка согласилась выйти за него замуж, сейчас они вместе растят дочь.

МНЕНИЕ

Дмитрий Шевцов, депутат Палаты представителей Национального собрания:


— У каждой организации, занимающейся лечением наркозависимости, есть свое право на существование. Будь то медицинское учреждение, общественное объединение, патриотический клуб или религиозная община. Никого со счетов сбрасывать нельзя. К примеру, молодежь, подростков, если они еще не наркопотребители со стажем, лучше реабилитировать в каких-нибудь патриотических клубах при воинских частях, возможно, в религиозных организациях. Для того чтобы у пациента не осталось штампа, что он наркоман. В этом возрасте психика наиболее уязвима, поэтому подходы требуются другие, нежели при классическом лечении. Очень важно, каких целей придерживаются все эти альтернативные объединения и кто за ними стоит. В обязательном порядке они должны тесно сотрудничать и с Министерством здравоохранения, и с Министерством внутренних дел.

ОПРОС

Как победить болезнь?


Сергей Балыкин, руководитель Ассоциации малого и среднего предпринимательства:


— “Завязавших” алкоголиков я встречал, а бывших наркоманов — нет. Мне кажется, что это такая болезнь, жертвой которой может стать любой человек, если он слаб и не сильно задумывается о последствиях своих поступков. Не случайно среди них так много молодежи. Взрослые люди более ответственны. То же самое касается и выздоровления — если у человека есть сила воли, он справится. Конечно же, только с помощью медиков.


Валентина Леоненко, кандидат исторических наук, доцент:


— Медикаментозное лечение наркомании — это лишь верхушка айсберга. Мы должны признать факт — такие болезни (и алкоголизм, в частности) есть следствие духовной нищеты. Человек (молодой либо старый — неважно), жизнь которого наполнена смыслом, таких ошибок никогда не совершит. Поэтому, я считаю, нам нужно вернуться к истокам, вспомнить о том, что мы всегда были нацией с очень большим нравственным началом. Ведь лечить нужно не только тело, но и душу.

Евгений Крыжановский, художественный руководитель театра “Христофор”:


— Так получилось, что моя родная сестра, живущая в Таллине, как раз занимается помощью людям, страдающим от наркотической зависимости. Мы не раз дискутировали с ней по этому поводу, тема для меня близка. Медицина считает, что эта напасть неизлечима. Тем не менее есть масса примеров тех, кто “завязал” и стал нормальным человеком. Но есть один важный момент — людям, попавшим в беду, крайне нужна поддержка семьи, друзей. Да что я говорю — никто из нас не должен оставаться равнодушным. Тогда “всем миром” можно победить болезнь.

ПОЛЕЗНО ЗНАТЬ

— Если человек, употребляющий наркотики, еще не дошел до своего “дна”, все попытки убедить его пройти реабилитацию не принесут никакого результата, — говорит  психолог Данила Бодров. — В особенности это касается молодых людей в возрасте 20—22 лет, которые искренне полагают, что сумеют самостоятельно вырваться из замкнутого круга. Нередко близкие родственники наркомана предпочитают обращаться к “народным целителям” или к бабкам-шептухам, чтобы хоть как-то повлиять на его сознание. Но эти действия не приносят никакого результата. Лучший способ — перестать “спонсировать”,

 при любых попытках противозаконных действий — вызывать милицию. Наркоман начнет понимать, что его старые схемы поведения, основанные на манипуляциях, вызывании жалости к себе и мольбах о помощи, перестали работать. Главное — не отступать от принятого решения и в ультимативной форме сообщить, что помочь в создавшейся ситуации может только лечение в центре.

infong@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Светлана Короленко, Минск
Замечательно, что на сайтах Минздрава и МВД есть список организаций, помогающих в лечении наркоманов. Но почему на этот список нет ссылок в интернете? Ввожу в поисковой строке Гугла “Вылечить наркоманию Минск”, и только девятая позиция отсылает меня на сайт Минздрава. Если это действительно официальный список организаций, к которым нет претензий ни у докторов, ни у милиции, его нужно продвигать в сети и делать стартовой закладкой!
Professor_1967
Прочитал и недоумеваю: сколько бюджетных денег у нас уходит на то, чтобы спасать наркоманов. Та же заместительная метадоновая терапия — это же колоссальные суммы, которые идут на организацию этого процесса, логистику, зарплату врачам. А на операции детям за границей собираем с миру по нитке. Что-то не так с понятием “социальная справедливость”. Я не против того, чтобы мои налоги уходили на помощь больным людям. Но не на тех, кто сам загнал себя в эту яму да еще подсадил на иглу других!
Галина Пилипец, Светлогорский район
Давайте проведем аналогию с осужденными людьми. Возмущаетесь, почему вы должны платить за их содержание в колонии? Так давайте не будем платить — ни вы, ни ваш сосед, ни ваша родня. Вообще никто не будет платить — из экономии средств оставим преступников в социуме. Пусть продолжают грабить, насиловать, убивать. Вас, соседа, родню. Стоит овчинка выделки? Так и с наркоманами. Мы забываем о том, что один наркопотребитель подсаживает на наркотики минимум пятерых человек из своего окружения. И одним из этих пятерых может оказаться ваш сын или брат. Вам это нужно? Есть такое понятие — “не представляющий социальной опасности”. Это как раз про потребителя психотропов, который проходит курс реабилитации. Я только за то, чтобы этот контингент лечили. И то, что цены, озвученные в статье, на самом деле божеские, меня только радует.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости