Французская болезнь

Мультикультурная революция в Европе провалилась с кровавым треском...

На этой неделе урод на черном скутере убил троих французских солдат арабского происхождения и тяжело ранил четвертого. Затем он расстрелял законоучителя еврейской школы и троих детей — двоих мальчиков и девочку. В этом чудовищном триллере, как в капле воды, отразилась не только одна из самых страшных французских трагедий последнего времени, но она явила миру новую и чудовищную политическую гримасу.


Фамилия урода — Мухаммед Мера, он международный бандит и сын алжирских иммигрантов.


Пора говорить прямо: кровавый триллер показал новое обличье современного терроризма, когда людей убивают без цели, без так называемой «мотивации», вопреки всякой разумной логике — просто так, чтобы пощекотать себе нервы, но самое главное — произвести общественное впечатление и выполнить какую–то непостижимую, известную только их извращенным мозгам, «миссию». Но бесчувственный и погрязший в рационализме мир продолжает по старой инерции искать «мотивацию» и другие, обязательно разумные аргументы. Гнусный подонок Мера хладнокровно убил еврейских детей, и кое–кто, да даже бесчувственная, а скорее всего, не имеющая сердца английская аристократка Эштон равнодушно заметила, что это убийство укладывается в некие «рациональные и объяснимые рамки»... Публичная гнусность баронессы не прошла незамеченной, и премьер–министр Нетаньяху потребовал от Эштон либо уйти в отставку, либо извиниться за проявленное кощунство.


Обезумевший террорист продолжил черное дело.


На угнанном скутере он подъехал к старшему сержанту первого полка альпийских стрелков Франции Иману ибн–Зиатену, окликнул его и, убедившись, что сержант — человек явно арабского происхождения, выстрелил в голову. Потом на краденой «Ямахе» он подъехал к банкомату, где получали деньги трое рядовых 17–го воздушно–десантного полка, и спокойно расстрелял их в упор. Стрелял в еврейских детей и в своих арабо–французских соплеменников Мера наверняка: сначала — очередью из автомата, затем добивал из крупнокалиберного кольта.


Что мы видим? Мотивов — никаких. Логики — тоже никакой. Кроме разве что единственной: убить и вдоволь напиться крови жертв своего воспаленного мозга.


Французская полиция и спецслужбы показали свою полную беспомощность. Сейчас они жалко лепечут, будто что–то там «подозревали», «следили» и даже «имели сведения», что мерзавец был связан с «Аль–Каидой» и прошел школу резни в афганском «Талибане». Почтенный адвокат Мера (несмотря на молодость, негодяй уже был судим) с достоинством позирует перед камерой. Мэтр несет вздор на заданную тему, каким милым и послушным мальчиком был его подзащитный. Даже когда убийцу блокировали, то смирные спецназовцы вели себя, как овцы, то вступая с Мера в бессмысленные переговоры, пугая его то «светошумовыми» гранатами, то отключением канализации. Вполне естественно, что Мера при этом спокойно подстрелил троих отважных воинов, и только тогда, посчитав, что все элегантные «меры» исчерпаны (после канализации они для устрашения отключили бы и тепло, но в южной Тулузе и так нехолодно), Мера ликвидировали...


Вывод: мультикультурная революция, о которой так много и с восторгом говорили тысячи олухов в парламентах, на кафедрах университетов и в телестудиях, в Европе провалилась с кровавым треском. «Аль–Каида» — дело, конечно, не в названии — начала свою пляску смерти по тихим европейским городам, и благообразные и трусливые либералы усмирить ее уже не смогут. Упершись, как тупая лошадь, в торбу с сеном, либералы и правозащитники, эти осатаневшие борцы за права человека и прочие моральные ценности, бесстыдно просмотрели, как безжалостные убийцы и фанатики стали править бал на континенте.


В этой трагедии есть и еще одна аллюзия, о которой с непонятным пылом спорят в Минске. Некоторые дамы и господа, не очень утруждающие себя глубокими размышлениями, ломают руки и публично вопрошают: «А почему вообще осудили Коновалова и Ковалева? Ведь у этих мальчиков не было никакого мотива убивать...» Ну а какие мотивы убивать были у Брейвика, который уничтожил норвежских детей, клянясь при этом, что безумно любит норвежцев и Норвегию? И какие мотивы были у Мера расстреливать Мухаммеда Легуада, Абеля Шиннуфа и Имана ибн–Зиатена? Ни в одном учебнике политологии (психологии, богословия etc.) невозможно найти ответ на этот вопрос. И это самое страшное послание, которое шлют сегодня цивилизации террористы новой формации. Они убивают, взрывают и расстреливают безо всякого смысла и мотивации!

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...