Евгений Перлин: «Страшно подумать, что будет на «Евровидении» в 2017 году»

Комментатор Евгений Перлин высказался о «Евровидении-2016»

Комментатор «Беларусь 1» о «Евровидении-2016»
Еще свежи воспоминания о прошедшем в Стокгольме «Евровидении-2016», итоги которого стали одними из самых обсуждаемых чуть ли не за всю историю музыкального фестиваля. Есть ли здесь политическая подоплека, почему с таким визуально впечатляющим номером и хорошей композицией не прошел в финал наш IVAN, сможет ли Украина провести на высоком уровне столь дорогостоящий фестиваль? «Телерадионеделя» встретилась с уже настоящим экспертом «Евровидения» — комментатором, телеведущим телеканала Беларусь 1 Евгением ПЕРЛИНЫМ и узнала о закулисье конкурса, что называется, из первых уст.


— Евгений, вы, как мне кажется, умеете выискивать интересные факты, а не просто перечисляете основные вехи биографии артистов – участников «Евровидения». Как узнаете такие любопытные детали о музыкантах?

— Долго готовлюсь к написанию сценария. Он, конечно, есть, ведь все факты о каждом исполнителе запомнить нереально. Важность сценария еще и в том, что видишь, какую информацию успеешь уместить в 40 секунд визитки. Если же вспоминать, рассказывать, можно невольно зацепиться еще за что-то, а нужные детали попросту упустить. Поэтому исполнителя нужно представить максимально лаконично, без лишних слов. Такие сценарии готовлю около трех недель: читаю биографии артистов, слушаю композиции в машине. Уже на месте мы общаемся, видимся на репетициях. Если в биографии меня что-то цепляет, а журналисты так и не задали мой вопрос, не стесняясь, интересуюсь. Бывают такие исполнители, которые приезжают на конкурс без идеи, со стандартной композицией – о любви и о мире, например. И вроде бы нечего рассказать, но все равно нужно представить артиста. Тогда приходится его немного вытягивать. В таком случае стараюсь найти какие-то интересные факты, обращаю внимание на визитку, рассказываю, где она снималась, какие приколы случались там.

У некоторых зарубежных коллег немного иные подходы. Шведское и датское телевидение, например, комментирует конкурс сухо — лишь перечисляет список людей: авторов песни, текста, всех продюсеров — такую информацию, которая телезрителям совсем неинтересна. Комментаторы там не заморачиваются – у них медленный темп, минимум информации... Помню, когда шведские коллеги объявляли нашего исполнителя, сказали следующее: IVAN, Дробыш и дальше вся команда по списку, а затем одна реплика – «И, кстати, он выйдет голым и с волком». Вот примерно все, что смогли рассказать о нашем артисте.

— Вы свободны в своих предпочтениях либо должен быть полный нейтралитет в комментировании?

— Этот вопрос мы обсуждали с Дмитрием Губерниевым. У него как раз разгорелся спор с Владимиром Познером, который сказал, что комментатор не может болеть даже за свою страну, он должен нейтрально преподносить информацию. Я работаю немного иначе — в любом случае какие-то свои предпочтения высказываю, характеризую номер, но при этом не говорю, какой из них мне понравился больше. Пытаюсь давать окраску, но не намекаю зрителю, за кого нужно голосовать. А за исполнителя от нашей страны, естественно, болею. 

— А как лично вам итоги голосования? Что-то, когда объявляли победителя, в вашем голосе я не услышала большой радости…

— Они для меня были неожиданны, мягко говоря. После объявления результатов в гримерках был примерно такой же эффект, как и в Дании в 2014 году, когда выиграла Кончита Вурст, — тишина и легкое недопонимание. Так случилось и в этот раз. В комнате, где сидели артисты, было как-то совсем тихо, повисла странная пауза. Криков восторга и веселья как таковых не было. Понятно, что украинская делегация ликовала. 

— Каждый год возникает вопрос, влияет ли на итоги голосования «Евровидения» политика?

— Не хочу никого обвинять, к тому же и оснований таких нет. Каждый год Европейский вещательный союз пытается избавиться от соседского голосования и старается максимально разъединить блоки — балтийский, славянский, балканский, чтобы эти страны не были в одном полуфинале и не голосовали друг за друга. Ведь есть соседско-партнерские отношения. Например, традиционно поддерживают друг друга Италия и Сан-Марино, хотя номер оценивается не в первую очередь. Здесь не всегда удается избежать геополитических вопросов.

— Многие эксперты и музыкальные критики отмечали, что уровень исполнения в этом году у артистов гораздо выше, причем ставку многие музыканты делали больше на вокал. Вам приходилось комментировать конкурс и в предыдущие годы. Как считаете, меняется ли формат мегапопулярного шоу? 

— Когда в 2012 году приехал на свое первое «Евровидение» в шведский Мальме, на всех брифингах и совещаниях нам трубили, что акцент должен быть на песне, а не на шоу. Тогда хотели подчеркнуть музыкальность конкурса. На следующий год организаторы продвигали уже новую идею. При этом есть такое негласное правило «Евровидения» — каждый следующий конкурс повторяет предыдущий. Мне страшно подумать, что будет в 2017 году. Наверное, должен быть какой-то супертрагический, печальный номер, или все будет в духе минимализма, если уж серьезно говорить. А в этот раз и критики, и артисты понимали, что такой же супертехнологичный номер, как в прошлом году, вряд ли победит. Крайне редко, когда на «Евровидении» два года подряд выигрывают две схожие по идее и формату песни. В этом году наблюдал за шведским национальным отбором, так как был в составе жюри от нашей страны, — у них из десятка номеров около восьми были технологичными – одна исполнительница, например, парила в воздухе. И при этом шведы и их профессиональное жюри проголосовали за совершенно простую песню. 

— В этот раз у IVANа были и шоу, и интересная песня. В чем тогда причина невыхода в финал?

— Мне сложно объяснить причину, об этом говорил и на трансляции. Наверное, нужно просто угадать с номером. Хотя мне, честно говоря, сложно поверить, что белорусский номер не понравился. 

— Быть может, помешал избыточный пиар?

— Пиара на «Евровидении» слишком много не бывает. Главное, попасть в позитивную волну. К нашему пиару все относились с юмором. Когда IVANа встречали на красной дорожке, к нему сразу хотели подойти журналисты. Если у некоторых исполнителей были, что скрывать, неинтересные номера и композиции, им задавали стандартные вопросы – в чем идея вашей песни и подобные. У нашего же конкурсанта репортеры хотели узнать подробности номера: что за волк, что за ребенок? Естественно, этот пиар сработал. Немногим, кстати, удается сделать креативную идею для артиста. Многие истории, которые привозят на «Евровидение», малореалистичны — их продумывают пиар-группы, чтобы артист громко заявил о себе. Например, рассказывают, что исполнитель вырос в немузыкальной семье и вдруг выиграл какое-то гениальное шоу, о котором никто не знает. Скорее всего, они победили в конкурсе наподобие «Голоса» в своей стране. Но ведь это не идея, не история. Тут сложно выбиться. И на таком фоне наш IVAN смотрелся очень выигрышно.

— Некоторые музыкальные критики рецептом победы называют простую формулу — запоминающаяся композиция, интересный номер и харизма…

— Это традиционные рецепты успеха, они очевидны. Все должно быть хорошо: и шоу, и картинка, и звук. Но главное все же — просто угадать с песней. 

— Какой образ исполнителя в таком случае нужно отправлять в следующий раз на конкурс?

— Сложно сказать, ведь в этом году, как мне кажется, был один из лучших номеров от нашей страны за последние годы. Здесь вопрос не в том, чтобы делать заказ исполнителям, они сами должны придумывать что-то интересное. Это не значит, что организаторы национального отбора должны все пускать на самотек. Нет, но ведь музыканты сами следят за конкурсом и видят, что можно предложить. Мне кажется, есть какой-то смысл телекомпании-вещателю самой объявлять, кто поедет на конкурс. Так происходило, например, в России, Франции, Великобритании до этого года. В этом случае компания сама готовит артиста, понимает, кого нужно привлечь из педагогов по вокалу, сценической речи. Тогда есть некая ответственность телеканала. Наверное, стоит попробовать и такой вариант. 

— Как вы думаете, готова ли сейчас Украина провести у себя такой масштабный и недешевый конкурс?

— Да, деньги, конечно, большие, но «Евровидение» проводится за счет поддержки Европейского вещательного союза, взносов всех стран-участниц и пятерки стран, которые сразу оказываются в финале. Что-то, конечно, выделяет и страна-хозяйка, при этом готовит инфраструктурное обеспечение. Помню, что «Евровидение» в Дании совсем не окупилось. Там был какой-то долг, который стране выплатили позже. Да, бывает и такая схема, когда все складывается не так удачно. Но, думаю, Украина готова к такому масштабному конкурсу. К тому же там не так давно проходило детское «Евровидение». Все на уровне.

— Евгений, сейчас на канале Беларусь 1 вы ведете и развлекательную программу «Добрай раніцы, Беларусь!», и «Новости». Какой жанр вам ближе?

— Мне сложно сделать выбор между жанрами. У нас информационное пространство достаточно узкое. Новости менее динамичные, чем, скажем, в Украине или России. Хотя ситуация исправляется, приобретается техника: у Агентства теленовостей вот-вот появятся специальные рюкзаки для журналистов, с помощью которых можно будет выходить в прямой эфир из любой точки. Но у нас нет таких событий, о которых стоит рассказывать подобным образом — все должно быть оправданно. Спокойная мирная страна. В Украине, например, из политических споров журналисты делают настоящее шоу. Акцентируя внимание не на политике, а на журналистике, они готовят прямые трансляции, тут же опрашивают экспертов. И зритель понимает, что видит реальные события в реальном времени. Тут корреспонденты опережают интернет. Поэтому, если смотреть на вопрос под этим углом, могу сказать, что пока развлекательный формат мне ближе. Хотя когда происходят важные события, быстро включаюсь в драйв-режим и мне становятся ближе новости. К тому же у нас главный канал страны, поэтому многие из новостей сообщаешь первым.

bizyk@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Виталий ПИВОВАРЧИК
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?