Евгений ЛАШКОВСКИЙ:«В детстве жал серпом, а теперь развожу кур»

С Евгением ЛАШКОВСКИМ мы встретились в студии радио ОНТ. Телеведущий 12 лет работает на телеканале, а начиная с декабря 2013-го еще и здесь. В студии — никаких излишеств. Микрофон, наушники, компьютер — и Евгений уже в эфире. Мы общаемся с ним между выпусками новостей. «Так получилось, что на радио понадобилась помощь. Некогда было брать человека с улицы и учить его. Позвали меня. Я пришел, побыл одну смену, посмотрел, как другие трудятся. Учитывая, что у меня есть опыт работы на телевидении, быстро освоился… Подбираю и веду новости. Сейчас все сделаю здесь и побегу в соседний дом, в здание телеканала ОНТ. Там будем работать над утренним выпуском «Наших новостей».

С Евгением ЛАШКОВСКИМ мы встретились в студии радио ОНТ. Телеведущий 12 лет работает на телеканале, а начиная с декабря 2013-го еще и здесь.

С Евгением ЛАШКОВСКИМ мы встретились в студии радио ОНТ. Телеведущий 12 лет работает на телеканале, а начиная с декабря 2013-го еще и здесь. В студии — никаких излишеств. Микрофон, наушники, компьютер — и Евгений уже в эфире. Мы общаемся с ним между выпусками новостей. «Так получилось, что на радио понадобилась помощь. Некогда было брать человека с улицы и учить его. Позвали меня. Я пришел, побыл одну смену, посмотрел, как другие трудятся. Учитывая, что у меня есть опыт работы на телевидении, быстро освоился… Подбираю и веду новости. Сейчас все сделаю здесь и побегу в соседний дом, в здание телеканала ОНТ. Там будем работать над утренним выпуском «Наших новостей».

— Евгений, как прошли новогодние и рождественские праздники? Тоже в трудах?

— На Новый год я даже взял отпуск, чтобы быть свободнее, нормально его отметить. Но не получилось, потому что открывался хоккейный турнир, и в нем надо было принимать участие как диктору. Поэтому Новый год прошел для меня очень быстро. Уже 2 января был во Дворце спорта. Ну, прошли праздники и прошли.

А Новый год — основной праздник еще с детства. Его даже больше люблю, чем свой день рождения. Мне нравится, когда в доме елка стоит. И в этот раз купил лесную красавицу. Высокую — четыре с половиной метра. Понятно, что она в дом не входила. Пришлось лишние полтора метра отрезать снизу, полметра — сверху. И получилась такая красивая Кремлевская елка, под потолок!

— Ежегодно ставите живую елку?

— Да, у меня даже нет искусственной. Я же на даче живу. Одно время думал, что пойду в лес да срублю там ель. Походил, посмотрел, но не было подходящих. Потом подумал, что проще купить лесную красавицу и не бояться, что кто-нибудь тебя поймает (смеется).

— Православные праздники отмечаете?

— Для меня главный православный праздник — Пасха. К ней всегда в семье относились особо. В этот день мама угощает меня пирогами, яйцами. Причем признаю только яйца, которые крашены луковой шелухой. Всякие синие, зеленые и желтые меня ввергают просто в ужас.

Минувшее Крещение было для меня знаковым, потому что в этот день крестил ребенка. Мальчика зовут Мирон. Он внук моего крестного папы, с сыном которого мы с детства дружим.

— Как живется не в Минске?

— Если в городе работать, может, и люблю, но жить — нет. Для меня это очень сложно. Поэтому живу на даче. В деревне Королев Стан, недалеко от Минска. Езжу на работу на машине. Дорога занимает 23 минуты. Хотя прописан я с родителями в Уручье. Но не могу там жить. Меня начинает колотить, когда вижу дворы, постоянно забитые машинами. Даже когда еду к родителям, свое авто оставляю за пятьсот метров от их дома… Отвык я от городской жизни…

— Давно живете в деревне?

— Лет шесть-семь.

— Один живете?

— Там один бываю редко. То друзья, то подруги постоянно наведываются. Каждый из них считает своим долгом приехать в выходные на шашлык.

— Знаю, что вы обзавелись даже хозяйством в деревне. Держите кур.

— На зиму отдал кур. А весной возьму новых. Я не держу их больше чем два года, потому что потом их яйценоскость падает. Учитывая, что они у меня становятся ручными, а друзей уже не убьешь, поэтому отдаю их в деревню знакомым, и дальнейшая судьба пернатых мне неизвестна. В среднем у меня обычно около 12 кур.

— Как же вы будете на Пасху?

— К тому времени уже будут домашние яйца. Самое смешное, что сам особо их не ем. Друзья приехали — дал десяток.

Кстати, принято считать, что зимой куры несутся хуже, а то и вообще не несутся. Но и зимой, когда стоят морозы, даже при минус 37 градусов, двенадцать несушек каждый день давали двенадцать яиц. Опытным путем я понял очень простую истину: все дело в обогреве, в тепле. У меня дощатый, но утепленный курятник. Туда повесил две инфракрасные лампы по 250 ватт. И к тому же сделал стенку с обогревом. В курятнике около двадцати градусов. Птицы чувствуют себя как на курорте, несутся точно так же хорошо зимой, как и летом. И покупаю им хороший комбикорм. Не ограничиваю в еде.

— Почитывали литературу перед тем, как завести пернатых?

— Конечно. Даже сам построил курятник.

Мне вот интересно, чем все-таки кормят кур на птицефабрике? Я заметил: если пернатые едят червяков и траву, кукурузу, то у них оранжевый желток. А если комбикорм — светло-желтый. Так что цвет желтка напрямую зависит от корма, который едят куры. В сарае у меня две бочки с комбикормом, и одна — с кукурузой…

— А все-таки, почему завели кур?

— Как-то захотелось. Я же очень много времени в детстве проводил у деда в деревне. Правда, она находится в России, в Псковской области. Иногда себя спрашиваю: есть ли такая работа, которую мы не делали в деревне? Я умею все. И косить, и жать...

У меня даже шрам остался на руке. Это было где-то в 90-х годах. Комбайны присылали на частные подворья, когда уберут колхозные поля. Но получилось так, что наше зерно перестаивало, и мы не дождались комбайна. Я, дедушка и бабушка сами сжали полгектара, поставили снопы. Параллельно еще сено косили. И только недели через полторы приехал комбайн, обмолотил наши снопы.

У дедушки и бабушки было два огорода, каждый по пятьдесят соток. Плюс так называемые фазенды. И там еще по двадцать пять соток. И всю эту территорию нужно было как минимум два раза за лето скосить.

— Так вы с детства косили?

— Уже где-то в классе третьем спокойно косил с дедом. Была у него маленькая коса. Сейчас курам подкашиваю траву, особенно одуванчики по весне. Но это не те объемы. Тут два раза махнул косой — и у тебя уже ведро травы. Больше и не надо. А возле дома кошу газонокосилкой.

В детстве много чего приходилось делать. Допустим, если дедушка с бабушкой пойдут в баню или уедут по делам, и корову доил, и за хозяйством смотрел. Кстати, это достаточно тяжелый труд. Теперь понимаю, почему у бабушек потом кривятся пальцы на руках…

— А крышу приходилось крыть? Гвозди забивать?

— Дом в деревне, где живу, строил. И сарай — три на три метра. Курятник достраивал.

— Вы же еще и рыбак?

— В Беларуси почти не рыбачу. У меня есть психологический барьер, из-за того что здесь произошла чернобыльская катастрофа. Кроме того, и времени свободного особо не бывает. Нашел, правда, прудик недалеко от дома, так там карасиков ловил в позапрошлом году. А в прошлом году весной, между эфирами на телеканале, брал днем удочку и выходил на набережную реки Свислочь. Несколько ершиков поймал. А больше ловлю рыбу в Псковской области. Отсюда это где-то 450 километров. Там старый-старый дом, где-то тридцатых годов прошлого века постройки. Он уже даже покосился. Но с ним связано много воспоминаний, поэтому туда все равно езжу, чтобы протопить печь, за могилами поухаживать.

— А кто родом с Псковщины? Мама или отец?

— Там жили родители моей мамы. У нее самой отец был из России, а мать — из Беларуси. Родители моего отца из Беларуси, из Слонима. Мой папа родился в Зельве.

— А какую самую большую рыбину поймали?

— Полуметровую щуку. В деревне на Псковщине. Там очень много озер. И речка есть. Вода в них торфяная. Она чистая, но как темное пиво. И соответственно рыба такая же. Когда щуку, например, тянул, то несколько раз думал, что змею поймал. Потому что рыба очень темная. Там и окуни темные, не такие, как у нас.

— Евгений, путешествуете ли по Беларуси?

— Особо как-то не получается. Единственное, когда еду на концерты, на Дни письменности, Дни городов, другие мероприятия — это и есть мои путешествия.

— Интересно, ваши друзья — это кто?

— Я дружу с одноклассниками. Часто пересекаемся. Хоть разъехались по разным районам Минска, но, тем не менее, есть костяк, пять человек, с которыми дружим.

— А кем вы хотели стать? И каким образом судьба привела вас на телевидение?

— Хотел быть машинистом метро или водителем троллейбуса. Родители подталкивали, чтобы стал инженером, потому что у папы и мамы такая профессия. И я даже ходил в БНТУ на подготовительные курсы.

Но все вышло по-другому. В школе, где учился, был хореографический кружок. Я там даже в каких-то постановках участвовал. Играл эпизодические роли, несвязанные с хореографией. В частности, мы поставили спектакль «Маленький принц» Антуана де Сент-Экзюпери. И с этой постановкой неожиданно поехали в Германию. Я тогда был в 11 классе. В то время и произошел переломный момент. Преподавательница поговорила с моими родителями. Они сошлись на том, чтобы я поступал в университет культуры на кафедру информационных технологий. Это получилось неожиданно. Я же год изучал математику, русский язык и физику на подготовительных курсах, а когда поступал в университет культуры, сдавал белорусский язык и литературу, компьютерную технику, культурологию. Совершенно другие предметы. Но все сдал нормально. И даже тогда прославился в университете тем, что написал сочинение в стихах на белорусском языке. И ректор мне позже рассказывала, что тогда устроили «прилюдную читку вашего сочинения». Я помню, получил оценки «4» и «5». Четверку — за ошибки…

Когда учился в университете, вел различные концерты. Это было мое хобби. Потом, на четвертом курсе, был на практике, а тут позвонила одна из моих преподавательниц: «Женя, ты ведешь концерты, а тут появилось объявление, что создается новый телеканал. Туда набирают ведущих». Я подъехал в университет и прочитал, что для ОНТ требуются ведущие: мужчины от 30 лет, отслужившие в армии, с высшим образованием, хорошо умеющие говорить по-русски. А мне на тот момент было только 20 лет. И по всем пунктам я не подходил, кроме знания русского языка.

Думал: идти на кастинг или нет? Но как-то случайно, проезжая мимо Академии наук, где рядом размещалась телекомпания «ФИТ» и там проходил отбор на ОНТ, вспомнил, что сегодня последний день кастинга. Заехал, думал, что надо будет стихотворение рассказывать. Помнил со школы только «Мцыри». Но когда пришел, там уже особо не было конкурсантов. Я реально был последний. Сказал: «Здравствуйте!» — «О! Какой голос!» Думаю: «Не выгнали, уже хорошо». Посадили меня за стол, дали прочитать отрывок из газетной статьи на камеру. Сказали, что шансы у меня есть. Через неделю пришло сообщение на пейджер, чтобы перезвонил. Пригласили на второй тур. Потом на третий. В итоге меня позвали к руководителю канала. Он сказал: «Евгений, мы бы хотели с вами подписать контракт». И, по сути, я — первый из ведущих ОНТ, кто подписал контракт. Помню, что 10 июня подписал его я, 17 июня — Саша Аверков. А все остальные еще были на испытательном сроке.

— Евгений, вспомните самый яркий момент работы на ОНТ?

— Их происходит много. Например, первый год работы, зима. Все ждали, что США развяжет войну против Ирака. И, помню, приходит на пейджер сообщение: «Женя, срочно приезжай на эфир. Начались военные действия в Ираке». А я в университете, как раз шел то ли зачет, то ли экзамен. Все бросил, вскочил в метро, прибежал на ОНТ, уже и загримировали меня, прихожу в студию и слышу дружное ха-ха. Меня разыграли. А я же тогда так волновался, что выходит срочный выпуск…

— Хочется ли чего-то нового в работе?

— Основная моя работа — новости. Они мне очень нравятся. Потому что разные программы, проекты начинаются и заканчиваются, там меняются ведущие, концепции. Они краткосрочны. А новости выходят каждый день. И их люди смотрят тоже каждый день. И они всегда разные. От них не устаешь. Я много проектов вел, те же «Две звезды», «Песни моей страны», «Песню года»... Это дало какой-то дополнительный опыт. Это интересно, но все равно хочется вернуться к новостям. Потому что они были, есть и будут.

В телевизионной среде профессия ведущего — это высший ранг. Расти в данном случае больше некуда. В студии новостей чувствую себя хорошо, потому что я там на своем месте. Другое дело, что, может быть, дополнительно я хотел бы вести программу, где бы один на один интервьюировал интересных людей. Это, наверное, было бы увлекательно…

— Евгений, спасибо за интересное интервью! Успехов во всех делах!

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?