«Если думаешь, что все всегда делаешь правильно, застываешь на месте…»

Новый главреж Горьковского не будет ломать его традиций

Новый главреж Горьковского театра не собирается ломать его традиций и разбрасываться алмазами

Сергей Ковальчик (на снимке) занимает пост главного режиссера Национального академического драматического театра имени М. Горького полтора года. Все это время он избегал встреч с журналистами, мотивируя это отсутствием тем для общения. Дескать, пока что-нибудь не поставлю, разговаривать не о чем. Но сегодня, когда открылся 77-й театральный сезон, главный режиссер согласился на интервью. Ведь в его багаже уже есть «Бег», поставленный по одноименной пьесе Булгакова.

— Сергей Михайлович, как вы относитесь к критике?

— Если она обоснована, то спокойно.

— Это я к тому, что ваш спектакль не все восприняли однозначно…

— Критики-специалисты, занимающиеся театральной аналитикой, в целом положительно восприняли мой спектакль. Конечно, и у зрителей тоже могут быть разные точки зрения. Если спектакль вызывает споры, значит, работа творческого коллектива проделана не зря…

— Вы-то сами остались довольны дебютом на горьковской сцене?

— Не могу сказать доволен или нет. Спектакль — сложный организм. Если режиссер снял фильм, то он уже ничего не может в нем переделать. Спектакль же, как дерево, постоянно растет и изменяется. То, как развивается «Бег», в целом меня удовлетворяет. Но мы продолжаем над ним работать. Как бы долго спектакль не готовили, актер «врастает» в свою роль только где-то после десятого. В прошлом сезоне прошло как раз десять спектаклей. Ошибки — это не так уж и плохо. Делая их, человек получает опыт и почву для совершенствования. Хуже если думаешь, что ты все делаешь правильно. Тогда застываешь на месте, становишься камнем и вода начинает тебя стачивать.

— «Бег» станет вашей визитной карточкой или готовите что-нибудь особенное?

— Режиссер должен постоянно находиться в творческом поиске. Сейчас вместе с белорусским драматургом Андреем Курейчиком мы работаем над проектом, посвященным несвижскому князю Каролю Станиславу Радзивиллу, который получил прозвище Пане Коханку.

Чем он интересен? В Беларуси очень мало широко известных исторических фигур — кумиров нации: Франциск Скорина, Анастасия Слуцкая, Евфросиния Полоцкая… А ведь популяризация таких личностей и есть одна из задач искусства. Мы хотим возбудить интерес к нашей истории. Несвиж конца XVIII века. Это как раз эпоха Кароля Станислава Радзивилла. Он остался в легендах как неординарная личность — фантазер, балагур и гуляка, который для развлечения мог выстелить летом дорогу солью и кататься по ней на санях. Он оказал большое влияние на развитие Несвижа. При нем была написана первая белорусская опера «Агатка». В 1770 году в России появилась машина Якобсона — первая вычислительная машина. Но мало кто знает, что ее изобретатель Евно Якобсон, часовой мастер из Несвижа. Вся жизнь Пане Коханку окутана флером небылиц и невероятных похождений. Но за всем этим спрятана глубокая человеческая трагедия патриота своей страны, который желал независимости своему краю и четырнадцать лет за это провел в изгнании. А если имя человека продолжает жить в народных преданиях и легендах, значит, он любим и интересен. И мы с Андреем Курейчиком постараемся сделать Пане Коханку героем нашего времени.

Кроме того, в ближайших планах театра — обращение к русскому водевилю. Существует мнение, что сегодня кассовый успех может принести только современная западная комедия. А мы решили попробовать старую форму русского театра — водевиль и проверить, может ли сегодня он быть коммерческим.

Еще в планах на будущий сезон пьеса Нила Саймона «Калифорнийская сюита». И надеемся, что юные зрители к Новому году увидят сказку Геннадия Давыдько «Звезды седьмого неба» в постановке автора.

— Действительно, работы у вас много. А чем занимаются мэтры театра?

— Борис Иванович Луценко работает над пьесой Оноре де Бальзака «Мачеха» в жанре мелодрамы. Люди приходят в театр, чтобы согреться душой. Думаю, постановка Луценко как раз такой случай. Это легендарный режиссер. Он 35 лет отдал театру. И прекрасно, что у нас работают люди старшего поколения — мэтры белорусской сцены: Ростислав Янковский, Олимпиада Шах-Парон, Зоя Осмоловская… Такими алмазами нельзя разбрасываться. Молодежь должна у них учиться.

— Сергей Михайлович, а вы сами не собираетесь подняться на сцену? У вас ведь есть актерское образование…

— А зачем? Я давно распрощался с этой профессией. Только гению Станиславскому удавалось совмещать актерское искусство и режиссуру. Режиссер — это взгляд из зала. Находясь на сцене, ставить спектакль очень сложно.

— Но вы еще получили и третье образование. Закончили Академию управления при Президенте по специальности «государственное управление и экономика». Зачем вам это?

— Я всегда хотел быть режиссером. Но поступил на актерский курс только потому, что считал, что в 16 лет режиссером быть еще рано. Повзрослев, получил и режиссерское образование. Но мне интересно было знать о театре все: от гвоздя, вбитого в планшет сцены, до бухгалтерского счета, подписанного директором. Это была моя цель, и я ее достиг, закончив Академию управления. Современный руководитель должен быть компетентным во всех вопросах, касающихся театра. Иначе можно что-нибудь упустить. И потом, наука управления — это, по сути, режиссура.

На снимке: сцена из спектакля «Бег».

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...