Экспорт, который не радует

Четыре года назад моя подруга со слезами улетала в Штаты.
Четыре года назад моя подруга со слезами улетала в Штаты. Можно подумать, у тебя не шестимесячная американская виза, а по меньшей мере green card! - пошутил кто-то из провожающих... В Америке Аню с сынишкой ждал муж. Они не виделись с тех пор, как Славик получил отпуск за свой счет и уехал работать по контракту в небольшую провинциальную американскую компьютерную фирму. Думали, поработает годик и вернется. Компьютерщиком Славик оказался толковым, и фирма предложила контракт продлить. В его родном НИИ ни работы, ни соответственно денег за это время не прибавилось, вот только по семье Славик соскучился... Чтобы он не особо рвался домой, работодатели взяли на себя все хлопоты по воссоединению их семьи на американской земле. Ане прислали видеокассету с рассказом о городке, где расположена фирма и куда ее приглашали погостить, оплатили Ане визу, билет в оба конца и меблированную квартирку - на первое время.

Первая ее поездка не удалась. Славик с утра до ночи на работе, даже на выходные работу берет, она все время одна. 3.000 долларов в месяц по тамошним меркам оказались не бог весть какими деньгами. В общем, через 4 месяца Аня, забрав сына, сбежала домой, оставив мужу безумный счет за телефонные разговоры с Минском. Славик собрался было следом, но тут ему прибавили зарплату, а Аню снова стали настойчиво приглашать погостить. Очередная попытка воссоединения оказалась более успешной. Сняли приличную квартиру, 10 дней мужниного отпуска провели, путешествуя по Америке.

В Минске Аня теперь появляется редко. Деловито вопрос - ответ расспрашивает меня о ценах на недвижимость, условиях легализации заработанной валюты. И недовольная и тем и другим улетает за океан.

Что имеем - не храним...

В той или иной степени эта история типична для сотен тысяч ученых и специалистов из республик бывшего Союза, устремившихся, едва рухнул железный занавес, на Запад в поисках лучшей жизни. Миграционный бум конца 80-х постепенно обрел классические черты утечки мозгов, в результате которой в последующее десятилетие постсоветские государства лишились значительной части своего научного потенциала. К примеру, российские потери, по разным оценкам, составляют от одной до двух его третей - каждый год из страны уезжает около 200.000 специалистов.

Несмотря на то, что ситуацию с утечкой мозгов в Беларуси называют типичной для развивающихся стран, в последнее время ни один более или менее представительный разговор о судьбах отечественной науки не обходится без упоминания о потерянных для нее умах. Ежегодно республику покидают около 100 ученых (по сути - это научный потенциал всей Витебской области). В процентном отношении это, возможно, даже более существенные потери, чем в той же России. Каждый десятый из белорусских ученых, уехавших в 1999 году на постоянное место жительства за рубеж, - доктор или кандидат наук. Сколько уезжает высококвалифицированных специалистов различного профиля, никто толком сказать не может. Доподлинно известно, однако, что из 8 - 9 тысяч белорусов, ежегодно покидающих родину навсегда, треть - люди с высшим образованием. По мнению экспертов, представители интеллектуальной элиты составляют около 5 процентов общего потока дипломированных эмигрантов. Практически не отражаясь на статистике, их отъезд самым непосредственным образом сказывается на ситуации в науке. А ее нынче характеризуют как кризисную.

...потерявши - ищем?

Утечкой мозгов в Беларуси серьезно озаботились года три назад. Поводом стала подготовленная Госкомитетом по науке и технологиям республики докладная записка на имя Президента страны, дающая представление о масштабах проблемы. Масштабы впечатлили, и в 1999-м Совмин по предложению ГКНТ принял решение о создании Центра мониторинга миграции научных и научно-педагогических кадров (кстати, похоже, пока единственного на территории СНГ). Первые же представленные им прогнозно-аналитические материалы поубавили благодушия, подтвердив, что мировая машина перекачки мозгов затронула и Беларусь.

Почти 40 процентов эмигрировавших научных работников и вузовских преподавателей уехали в США. Число их в ближайшие годы может возрасти. Америка испытывает серьезную потребность в высококвалифицированных кадрах, прежде всего в программистах, инженерах-электронщиках, математиках, физиках-теоретиках. Чтобы заполучить их, США идут на изменение иммиграционных законов, увеличивают квоты на въезд иностранных специалистов. До недавнего времени им выдавалось 115 тысяч виз в год, теперь планируется выдавать 195 тысяч. Если учесть, что, скажем, в крупной американской компании годовая зарплата первоклассного программиста-иностранца может составить 100 - 120 тысяч долларов, а у нас найдутся спецы, способные разработать все - от программного обеспечения до искусственного интеллекта, - вряд ли эти визы останутся невостребованными.

Следующими в списке стран, куда активно отбывают белорусские ученые, значатся Германия и Канада. Наши соотечественники, говорят, работают в ядерном центре в Западной Германии. Утечка ядерных мозгов вызывает особую тревогу на Западе. Много информации, в том числе стратегического характера, уже ушло, причем за так. По оценке международной экспертной группы, примерно 30.000 специалистов из бывшего Союза, которые в свое время имели отношение к ракетной промышленности, ядерной физике, производству химического и биологического оружия, сегодня представляют интерес для ряда стран третьего мира, озабоченных наращиванием своего военного потенциала...

Недавно ряды отбывающих туда стали активно пополняться учеными-биологами. Неспроста, надо полагать. В ком можно быть совершенно уверенными, так это в обществоведах и иных гуманитариях. Заграничный спрос на них однозначно отсутствует.

Новые невозвращенцы

Научные центры и университеты Западной Европы, США и Канады охотно приглашают белорусских ученых и вузовских преподавателей на стажировку и работу по контракту. С одной стороны, разумеется, приятно - ценят.

- А с другой стороны, уже можно говорить о новой тенденции - невозвращении ученых после временного выезда за рубеж, - считает руководитель Центра мониторинга миграции научных и научно-педагогических кадров Михаил Артюхин. - По данным Национального научного фонда США, в 70-х иммигрантами становились в среднем около 40 процентов работавших по контракту или учившихся в американских университетах, в 80-х - уже более половины их. После временного пребывания за границей только в 1999 году в республику не вернулись 18 ученых, преподавателей вузов и аспирантов. Наверняка цифра кому-то покажется не заслуживающей внимания. А между тем социологические опросы говорят: 54 процента научных сотрудников желают поработать там по контракту, 40 процентов их такую возможность имеют. Причем на выезд по контракту или гранту ориентированы 75 процентов респондентов до 35 лет - самого ходового возраста на западном рынке интеллектуального труда. Уже студенческая молодежь закладывает отъезд за границу в свои жизненные планы, рассматривая учебу, стажировку за границей, работу по гранту как необходимую ступеньку карьерного роста, что в будущем тоже чревато невозвращением.

В этой связи примечателен и такой факт. При том, что прием в аспирантуру в последние годы постоянно растет, защищаются по ее окончании далеко не все. Почему? Не секрет, для многих молодых людей аспирантура - просто одна из возможностей поднатореть в иностранном для прорыва на Запад.

Есть и еще один канал, по которому незаметно уплывают мозги. У меня с каждым годом все больше сотрудников на полставки, - говорит мне директор малого научно-инженерного предприятия. - Приходят в офис, чтобы, так сказать, поддерживать научную форму, быть в курсе передовых технологий. А работают долларов за 300 в месяц на какую-нибудь зарубежную фирму...

Высокий профессионализм и дешевизна трудовых ресурсов привлекают на белорусский рынок зарубежных заказчиков. И, надо сказать, работа на иностранные компании у себя дома - не худший вариант. Правда, при условии, что все делается официально. В этом случае она приносит реальный доход в республиканский бюджет и является одним из источников поступления внебюджетных средств для развития самих организаций-исполнителей. Ну а идеи и разработки? Само собой, уходят за пределы страны. Но довольно часто специалисты выезжают для выполнения зарубежного контракта в третьи страны, там же на своих счетах оставляют гонорар и... возвращаются со стажировки.

Уволен по собственному желанию

Как говорит Михаил Артюхин, внешняя интеллектуальная миграция пока носит стихийный характер, но имеет все шансы в перспективе превратиться в односторонний, ориентированный на Запад, процесс. Но есть у проблемы и, так сказать, внутриреспубликанский аспект, позволяющий отыскать в процессе утечки мозгов положительные моменты.

10 лет назад было модно оплакивать судьбу интеллектуалов, вынужденных покинуть стены родного НИИ, КБ или академического института и, чтобы заработать на хлеб, подавшихся в челноки. Между тем бывшие конструкторы, химики, физики, программисты, другие специалисты высшей квалификации переквалифицировались - успешно! - не только в мелких торговцев. Многие из них стали первопроходцами на рынке консалтинговых, маркетинговых, рекламных, новых образовательных и медицинских услуг, операций с недвижимостью и даже преуспели в производстве косметики и парфюмерии. Их интеллект не пропал даром: сегодня сфера услуг по численности занятых уверенно конкурирует с традиционными лидерами по занятости - связью и промышленностью, а ее доля в ВВП составляет без малого 40 процентов, тогда как доля собственно науки - чуть более 1 процента.

В известной степени утечка мозгов способствовала росту конкурса в технические вузы. Востребованность технарей на международном рынке труда повысила престижность технического образования в глазах абитуриентов.

Впрочем, в научной сфере ситуация от этого пока не лучше. Продолжается вымывание ее интеллектуального ядра. Чему, по мнению специалистов, отчасти способствует несовершенство нашего миграционного законодательства.

- Существующая нормативная база делает весьма проблематичным возвращение научного сотрудника на прежнее место работы после временного пребывания за рубежом, - убежден Михаил Артюхин. - Судите сами: если человек уезжает, рабочее место сохраняется за ним в течение полугода. А дальше - администрация вправе потребовать от него заявление по собственному. И требует чаще всего. Вот и получается, что возвращаться-то особо некуда... А ведь если разобраться, то работа ученых за пределами своей страны, лекции в чужих университетах, контракты и т.п. - общепринятая мировая практика. У нас же в отношении к ученым, возвращающимся после длительной работы там, осталось недоверие. Помните наделавшую много шума историю с отъездом президента Академии наук Беларуси Владимира Платонова? Так вот, он был не против вернуться обратно, просил дать ему институт или хотя бы лабораторию. Увы, отъезд ему, математику с мировым именем, лауреату Ленинской премии и до сих пор гражданину Беларуси, так и не простили... Сейчас он снова работает за границей. Не думаю, что наша наука от этого выиграла.

Я тоже так не думаю. И при всей полярности суждений о степени катастрофичности утечки мозгов бесспорно, по-моему, одно: необходимо создавать условия для того, чтобы, как выразился директор Эрмитажа Борис Пиотровский, эти мозги текли обратно.

- Наука по сути своей международна, и запретительными мерами интеллектуальную миграцию остановить просто невозможно, - говорит главный специалист управления научно-технической политики ГКНТ Игорь Хартоник. - Нужны адекватные механизмы государственного регулирования этого процесса. Нужен закон, который предусматривал бы упрощение порядка возвращения ученых и специалистов в отечественные научные организации, сохранение за ними социальных гарантий, возможно, даже введение на взаимной основе двойного гражданства с отдельными странами, а также дальнейшую демократизацию в сфере интеллектуального труда. Необходимы репатриационные программы, а также механизм вовлечения в белорусскую науку ученых-иммигрантов. Ничего этого у нас нет. И не будет, пока эта проблема считается второстепенной.

Не сомневаюсь, пройдет время, и мы перестанем с тихой завистью смотреть вслед тем, кто уезжает, будем лояльнее к тем, кто возвращается. Почему я так уверена? Недавно встретила одноклассника. Светлая голова, потомственный интеллигент, классный программист и - еще здесь! И услышала в ответ: Я, видишь ли, в некоторой степени патриот. Немного странно, но это то, на чем строят свои отношения с уехавшими за рубеж учеными Тайвань и Южная Корея - нынешние лидеры по числу вернувшихся на родину мозгов.

На снимке: в лаборатории Института тепло- и массообмена Национальной академии наук.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости