Джихад меняет правила

Стратегии и тактики джихадистов: что изменится в обозримом будущем?

Взрыв на «Манчестер-Арене», наезд грузовика на стокгольмской пешеходной улице Дроттнинггатан, теракт в cанкт-петербургской подземке — вот далеко не полный перечень атак исламистов за последние два месяца. Сейчас эксперты все чаще говорят об изменениях в стратегии и тактике радикальных религиозных группировок.

Фото securitylab.ru

Первое, что подмечают наблюдатели, — изменяются действия боевиков. На смену террористам-смертникам приходят мобильные, хорошо подготовленные и натренированные группы, состоящие из 3—5 человек. Этим людям больше не нужно глупо умирать на пути джихада, а, напротив, необходимо выжить любой ценой, дабы довести операцию до конца. Им даже разрешается отступить с места акции. А когда отступать смысла нет, они поступают как смертники: убивают и себя, и других. 

Второй момент, который отмечают эксперты, — приближающийся конец «Исламского государства». По сводкам из Сирии за последние дни, правительственные силы (Сирийская арабская армия) и курдские отряды (Сирийские демократические силы) мало-помалу захватывают населенные пункты на принадлежащей джихадистам территории. Так со временем слова главы Миссии помощи ООН Ираку словацкого дипломата Яна Кубиша, сказанные 22 мая в докладе перед Советом Безопасности ООН, могут оказаться пророческими: «Дни халифата ИГ сочтены». 

Интересно, что активизация военных действий с ИГ не вызвала отток живой силы от террористов, как прогнозировали некоторые специалисты. Мало того, наблюдается активное привлечение новых рекрутов. Так, по некоторым данным, к середине 2016 года в ряды исламистских организаций («Аль-Каиды» и ее филиалов, ИГ и других) только из стран Европы влилось около 6 тысяч человек. При этом призыв в ряды боевиков происходит с соблюдением гендерного баланса: среди присягающих ИГ добровольцев, по оценкам экспертов, очень много женщин. Те же, кто уходит из рядов организации, у себя на родине — в Бельгии, Великобритании, Франции и так далее — переводятся в «спящий режим», а при необходимости их активируют. 

Третий момент, характерный для нынешнего этапа джихада, — это перегруппировка воюющих в Сирии сил, в том числе среди исламистов. Сетевое издание Middle East Monitor не так давно привело прогнозы о формировании «Аль-Каидой» в Сирии новых организаций и групп, которые бы действовали не в интересах Сирии, но в интересах всех мусульман (уммы). Вполне логично, что «Аль-Каида» будет усиливаться по мере того, как слабеет ИГ. Да и не только «Аль-Каида», но и не связанные с ней полевые командиры, имеющие другие источники финансирования. 

Перегруппировку проводят и отряды, воюющие с исламистами. Ожидается, что к активным боевым действиям против ИГ в ближайшее время подключится «Новая сирийская армия» (военные группы весьма странного происхождения, поддерживаемые, по некоторым данным, США и Иорданией и воюющие с ИГ в Сирийской пустыне). Менеджмент сирийского конфликта, проводимый всевозможными внешними игроками, позволяет сейчас осуществить любую перегруппировку. 

Может измениться и стратегия джихадистов. От активных боевых действий они перейдут в «режим ожидания». А вот тактика вряд ли изменится: по-прежнему будут наноситься точечные удары в крупных европейских городах террористами-смертниками (как на стадионе в Манчестере) или же организованными мобильными группами (как теракты в Париже 13 ноября 2015 года). Все равно, кто возьмет на себя ответственность за тот или иной теракт — «Аль-Каида» или же ИГ. Это ситуации не меняет. Между двумя организациями идет борьба отнюдь не религиозная, а за денежные поступления и человеческие ресурсы. 

Не изменится и матрица действий боевых групп, придуманная основателем движения «Братья-мусульмане» Хасаном аль-Банной на рубеже 1920 — 1930-х годов. Группа из 20 человек, объединенных для совместной молитвы, является основой фундаменталистской группировки («семьи»). Отсутствие точных списков членов группы, когда руководитель ячейки знает только свою ячейку из нескольких человек и связного из ячейки соседней, а также пребывание в группе с разной степенью посвященности, когда один планирует теракт, а другой его организовывает, практически полностью предохраняет всю группу от провала в случае поимки кого-либо из боевиков. «Классика», которая, как показала печальная практика, отлично работает, как и 90 лет назад. Иными словами, джихад меняет стратегию, но отнюдь не тактику.

shavialiou@bsu.by

Версия для печати
А ведь теперь уже не ваша повариха (((( Дмитрию Шмелеву

Изучала вот этот вопрос, и скажу Вам так, что понятие джихад, наверное, самое спорное среди всех мусульманских терминов. В Исламе джихад – это распространение веры с целью торжества Ислама. Но для большинства же нас не мусульман джихад обозначает Священную войну – войну против неверных. Так вот я скажу Вам не своими словами, а приведу мысль писателя Ремарка: «Вера легко ведет к фанатизму. Вот почему во имя религии пролито столько крови. Терпимость — дочь сомнения…» Так вот на мой взгляд всегда нужно истреблять вначале свое собственное зло, а потом мы сможем помочь и людям разглядеть их зло, никак не иначе. И вот моя борьба за улучшение жизни дорогих мне людей, эта в основном только молитвы, где я информирую Господа о людях самым наглым образом нарушающих Его заповеди, ибо уверена что Он может все. Аминь!

Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?