Две короткие биографии

Имена этих людей будто стерты из нашей истории. Их нет ни в «Энцыклапедыi гiсторыi Беларусi», ни в 18–томной «Беларускай энцыклапедыi»...
Имена этих людей будто стерты из нашей истории. Их нет ни в «Энцыклапедыi гiсторыi Беларусi», ни в 18–томной «Беларускай энцыклапедыi». А ведь и Данила Волкович, и Яков Яковлев были совсем не последними людьми в нашей стране. Напротив, какое–то время даже были ее руководителями, первыми секретарями ЦК КП(б) Белоруссии. Почему получилось так, что возглавлявшие республику, пусть и недолгий срок, люди вдруг исчезли из ее летописи?

Этим вопросом я задавался не однажды. Ответ нашел неожиданно в фондах Российского государственного архива социально–политической истории (РГАСПИ), который находится в Москве. Впрочем, для того чтобы понять происходящее, стоит вернуться на 70 лет назад.

Рикошет «лепельского дела»

25 января 1937 года первого секретаря ЦК КП(б) Белоруссии Николая Гикало переводят в Харьков, в обком партии. На его место Политбюро ЦК ВКП(б) рекомендовало Волковича.

О причинах этого перевода сотрудники партаппарата могли лишь перешептываться в кабинетах. Никаких объяснений озвучено не было. Только 22 февраля 1937 года вышло постановление ЦК ВКП(б) «О положении в Лепельском районе БССР», которое разъяснило ситуацию. Документ утверждал, что местные власти произвели «незаконную конфискацию имущества у крестьян, как у колхозников, так и единоличников, под видом взыскания недоимок по денежным налогам и натуральным поставкам». Суду решено было предать шестерых сотрудников Лепельского райисполкома, в том числе и его председателя Семашко. Перевод Гикало — эхо «лепельского дела», смекнули аппаратчики. В ту пору многие уже умели читать между строк.

Так на политической сцене появился Данила Волкович. Он был первым секретарем ЦК КП(б) Белоруссии полтора месяца, но ни в одной из его биографических справок этого факта нет. Что мы знаем об этом человеке?

Родился он в деревне Занеманск Гродненского уезда в 1900 году. В 18 лет вступил в ряды РККА. После революции был заместителем председателя ВЧК в Малмыжской уездной комиссии Вятской губернии, участвовал в подавлении эсеровского мятежа на Ижевском оружейном заводе, воевал на Восточном фронте против армии Колчака. С августа 1920 года Данила уже на Западном фронте, командует взводом, ведет борьбу с бандитизмом в Бобруйском и Мозырском уездах. В 1921 году Волковича назначают заведующим отделом ЦК ЛКСМБ. В 24 года он уже стал секретарем одного из райкомов партии. Важнейшей задачей власти в то время Данила, как это требовалось сверху, считал борьбу с почти всеобщей неграмотностью населения. За время его работы во вверенном районе было создано 340 кружков ликбеза. Большего количества не было ни в одном другом районе БССР. Вдохновленный всеобщим порывом, Волкович и сам поступает на рабфак БГУ, там он знакомится с будущей женой Анной Чарна.

После еще нескольких ступенек по партийной лестнице в 1934 году его назначают заместителем наркома земледелия БССР, избирают вторым секретарем ЦК КП(б) Белоруссии. Когда Гикало «скоропостижно» перевели в Харьков, с 25 января до 14 марта 1937–го Волкович возглавлял партийную организацию республики, то есть стал первым лицом в БССР.

Вопреки утверждению, что снаряд в одну воронку не попадает дважды, с поста первого секретаря его сняли за то же, за что и Гикало, — за «лепельское дело». 22 февраля 1937 года было подписано постановление бюро ЦК ВКП(б) «О положении в Лепельском районе БССР». Сталин вспомнил о нем в марте. 14 марта 1937 года на посту первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Волковича сменил Шарангович. Впрочем, он продолжал работать вторым секретарем. 30 мая 1937 года сессия Центрального Исполнительного Комитета республики избрала Данилу Ивановича председателем СНК БССР. Но и здесь он пробыл недолго — в сентябре его срочно вызвали в Москву, на совещание к наркому тяжелой промышленности СССР. Домой Волкович больше не вернулся — его арестовали и заключили в Бутырскую тюрьму, предъявив обвинения во вредительстве и работе на западные разведки.

До недавних пор считалось, что он погиб 17 апреля 1943 года. Но минский историк Михнюк, работая в фондах Центрального архива КГБ Беларуси, установил, что Волкович был расстрелян 27 ноября 1937 года.

Супруга его Анна Максимовна Волкович–Чарна 8 лет провела в лагерях. Дочь Лиза, в ту пору ученица младших классов, была вывезена в Суздальский детский дом, специально созданный для детей репрессированных. Анна Максимовна нашла ее после возвращения из КАРЛАГа. В апреле 1956 года Волкович был реабилитирован.

«Неправильно сказано было»

Данила Иванович Волкович возглавлял страну всего полтора месяца. Но в нашей истории был и более короткий срок правления — всего 15 дней: с 27 июля до 11 августа того же 1937 года первым секретарем ЦК Компартии Белоруссии был Яков Яковлев. Впрочем, его даже не успели утвердить, он лишь исполнял его обязанности. Ни в одной его биографической справке этого факта нет.

Яков Аркадьевич Яковлев (настоящая фамилия Эпштейн) родился в городе Гродно 21 июня 1896 года в семье учителя. Он учился в Петроградском политехническом институте. В 21 год Яковлев стал секретарем Екатеринославского комитета РСДРП(б), а потом председателем Екатеринославского губкома партии. В 1920–х годах Яков Аркадьевич был редактором «Крестьянской газеты» и газеты «Беднота». С 1926 года — замнаркома Рабоче–крестьянской инспекции СССР. С 1929 по 1934 год Яковлев — нарком земледелия СССР. На эти годы приходится пик повсеместной коллективизации и раскулачивания.

В июле 1937 года Яковлев возглавлял комиссию ЦК ВКП(б) по проверке белорусской парторганизации. В июле в Минске прошел пленум партии, после которого республику захлестнула волна массовых арестов партийных и советских работников. Вот в это время Яковлев и исполнял обязанности первого секретаря ЦК КП(б)Б. 11 августа на этом посту его сменил Алексей Волков.

О дальнейшей судьбе Яковлева нет точной информации. По всей видимости, он был арестован в день открытия пленума ЦК ВКП(б) — 12 октября 1937 года. Почему ликвидировали человека, игравшего одну из главных ролей на политической сцене? Он принимал участие в разработке конституционной реформы, подготовке текста новой Конституции. Кроме того, он фактически руководил Комитетом партийного контроля, поскольку возглавлявший его Ежов в ту пору был занят уже совершенно иными задачами. При такой раскладке все ожидали как минимум решения пленума об избрании Яковлева секретарем ЦК или даже кандидатом в члены Политбюро. Возможно, так оно и было бы, если бы не один инцидент.

После возвращения из Минска Яков Аркадьевич бывал у Сталина слишком часто, едва ли не каждые два дня. 11 октября 1937 года на пленуме ЦК ВКП(б) был принят проект постановления «Об организационной и агитационно–пропагандистской работе партийных организаций в связи с выборами в Верховный Совет СССР». Молотов выступал на пленуме с докладом. Даже, скорее, с сообщением, содержавшим вполне заурядную информацию. Потом секретарь Краснодарского крайкома партии Кравцов поведал о подборе кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР.

«Мы выдвинули в состав Верховного Совета, — разоткровенничался Кравцов, — наших кандидатов. Кто эти товарищи? Членов партии — восемь человек, беспартийных и членов ВЛКСМ — два человека, таким образом, процент беспартийных мы выдержали тот, который указан в проекте решения ЦК. По роду работы эти товарищи распределяются так: партработников — четверо, советских работников — двое, председатель колхоза — один, комбайнер — один, тракторист — один, нефтяник — один, женщин — две, орденоносцев — двое и казаков — трое...

Сталин: Кто еще, кроме комбайнеров?

Кравцов: В десятку входят Яковлев, первый секретарь крайкома, председатель крайисполкома.

Сталин: Кто это вам подсказал?

Кравцов: Я вам, товарищ Сталин, должен сказать, что подсказали это здесь, в аппарате ЦК.

Сталин: Кто?

Кравцов: По вызову мы командировали в ЦК нашего председателя крайисполкома товарища Симочкина, который и согласовал это в аппарате ЦК.

Сталин: Кто?

Кравцов: Я не скажу, я не знаю.

Сталин: Вот жаль, что не скажете, неправильно сказано было».

Похоже, именно в этот момент судьба Яковлева была решена. Уже на следующий день его арестовали, а 29 июля 1938 года расстреляли. В 1957 году он был реабилитирован и восстановлен в партии.

Биографии этих людей богаты, но коротки. Они были конструкторами той машины, которая занималась репрессиями, «винтиками», по известному выражению главного «машиниста» Сталина. Пришло время и «машина» убила их... Думаю, мы должны включить в список советских руководителей республики времен 1937 года два забытых имени — Данилы Волковича и Якова Яковлева. Конечно, и один и второй были «калифами на час», не успели сделать на этом посту ничего выдающегося. Но история не терпит неправды. Пусть даже по незнанию.

Эмануил ИОФФЕ, профессор БГПУ им.М.Танка, доктор исторических наук.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости и статьи