Достояние нации

В Могилев из небытия возвращаются картины Константина Гедды

В Могилев из небытия возвращаются произведения Константина Гедды

Еще вчера имя мастера, творившего в областном центре в довоенное время, было известно лишь специалистам. Сегодня земляки практически заново открывают для себя художника, который последние тридцать лет своей жизни провел в далекой Аргентине. Под его работы в художественном музее имени Павла Масленикова отдан целый зал. А пересечь океан и добраться до малой родины автора бесценный груз смог благодаря неравнодушию могилевчанина Олега Макаренко и его двоюродной сестры Ирины Гедда.

Новая страница в истории

Нежные акварели, яркие картины маслом, динамичная графика — в мире Константина Гедды переплелись история и реальность, возвышенное и земное. Его работы подкупают своей искренностью и непосредственностью.

— Возвращение Гедды — это, по сути, новая страница истории нашей страны, — считает заместитель директора Могилевского художественного музея Светлана Строгина. — Картины имеют не только художественное, но и историческое значение. Художник получил классическое образование в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Он уникален как анималист, талантлив как портретист и пейзажист. Даже в карандашных набросках чувствуется рука мастера!

Несколько произведений живописи Константина Гедды хранятся в Национальном художественном музее в Минске и Научно-просветительском центре имени Франциска Скорины. Пять картин дочь художника Ирина в 1990-м подарила Советскому фонду культуры. Тогдашний глава фонда академик Дмитрий Лихачев официально поблагодарил ее «за участие в деле сохранения и приумножения богатств отечественной культуры, которое является долгом перед будущими поколениями».

В Могилеве сегодня собрано около ста работ талантливого земляка.

Через годы, через расстояния

…Первым шагом к этому событию стала небольшая публикация, промелькнувшая в местных СМИ в начале двухтысячных. Олег Макаренко, увидев там упоминание о Константине Гедда, который был мужем его родной тети, просто потерял покой.

— Я знал, что за границей у нас есть родственники, — поделился пенсионер. — Но связи мы не поддерживали, переписку не вели. Конечно, поняв, что двоюродная сестра Ирина живет в Аргентине, очень захотел ее найти.

Как искал — отдельный рассказ. В своих поисках Макаренко даже дошел до Москвы и Посольства Беларуси в Аргентине. Шаг за шагом раскручивал информационный клубок, вытаскивая нужные ниточки. А когда заветный номер телефона оказался у него в руках, не смог ждать ни минуты, тут же набрал длинный ряд нужных цифр. На том конце провода сразу сняли трубку.

— Не то, чтобы слезы были. А — комок в горле, когда и не плачешь, но и говорить не можешь, — и сегодня с волнением говорит об этом Олег Борисович.

Двоюродные брат и сестра — а трубку взяла Ирина! — вспоминали общее прошлое, делились новостями прожитых лет. Языкового и временного барьера не было: русский язык могилевчане в Аргентине не забыли, а также всегда помнили, откуда их корни.

Сюжет для кинофильма

С тех пор перезваниваться, переписываться стали регулярно. Но все, конечно, хотели большего — встречи. И осенью 2001-го Олег Макаренко с женой и дочкой уже выходил из самолета, приземлившегося в аэропорту Буэнос-Айреса. «Две недели, — говорит, — пролетели как одно мгновение».

Эмоции захлестывали: и новые яркие краски латиноамериканских городов, природы, и старые, неведомые ранее страницы общей биографии их большой семьи, про которую впору снимать фильм, а то и сериал. Зигзаги судеб, которые в реальной жизни достались родным Олега Борисовича, даже талантливому сценаристу сочинить непросто. Кинокартина наверняка затронула бы истоки происхождения фамилии Гедда, а родословная художника довела до холодной Швеции, где сегодня живет немало людей с такой фамилией. Дядя Макаренко в Гражданскую войну воевал на стороне белых, затем выехал в Чехию. Отца в тридцать седьмом расстреляли, позже — реабилитировали. Сам Олег Борисович пережил и ужасы войны, и голодное детство. Но даже в свои семьдесят с лишним сохранил дворянскую стать, умение видеть и ценить прекрасное.

А Константина Гедду в довоенном Могилеве земляки знали как учителя рисования в СШ № 2 и маститого художника.

— В историческом музее города хранилось много его монументальных полотен: «Восстание Наливайко», «Дуэль Пушкина», «Атака конницы», — рассказала Светлана Строгина. — Но в войну его разбомбили, пропали и картины. Теперь мы знаем их лишь по фотографиям.

В Могилевском областном краеведческом музее остались лишь небольшие рисунки из той коллекции. Они с документальной точностью воссоздают Могилев конца двадцатых годов. Уютный провинциальный город со множеством деревянных домов с резными ставнями, красивейшими храмами.

…Могилев Константин Гедда покинул в тревожные сороковые. Вместе с семьей добрался до Австрии, а спустя некоторое время в поисках лучшей доли отправился в Латинскую Америку.

Посылки из Аргентины

Как сложилась жизнь в эмиграции? Да, в общем-то, неплохо: трудолюбивый мастер не потерялся и там. В своих новых работах не забывал о белорусских мотивах, находил место буйным краскам Аргентины, создавал иллюстрации к книгам. Его выставка прошла в одной из самых престижных галерей Буэнос-Айреса. Не хватало только одного — родины, любовь к которой он передал и своим детям.

Не стало Константина Гедды в 1977-м.

— Когда улетал домой, сестра отдала мне 84 отцовские работы. Это был очень дорогой подарок,— рассказал Олег Макаренко.

О том, чтобы украсить картинами свой дом или — страшно даже подумать! — заработать на продаже деньги, даже речи не было. Олег Борисович сразу решил: творчество мастера должно принадлежать его народу. Городу, в котором тот жил, которым дорожил. И всегда помнил. Правда, передача коллекции стоила немалых хлопот и бумажной волокиты. Но все завершилось триумфом: после персональной выставки в художественном музее появилась и постоянная экспозиция Гедды. К слову, перечень работ при этом пополнился еще шестью, которые прислали из Швейцарии нашедшиеся и там родственники Макаренко.

Дочь художника также обещала через Посольство Беларуси в Аргентине передать оставшиеся картины отца. Но помешала тяжелая болезнь, и после смерти Ирины в прошлом году это сделали помощники по хозяйству. Без всякой описи, просто упаковав архивы Гедды в ящики. «Получается, что оценить теперь все можно в объемах и килограммах», — посетовал Макаренко.

Три посылки из-за океана в Могилев уже пришли. В основном там семейные документы и копии, другие деловые бумаги, карандашные рисунки. Но главного (а всего в Аргентине оставалось не менее полутора сотен работ мастера!) еще нет. Олег Борисович очень верит, что они не затеряются, не пропадут и все-таки доберутся до Могилева. С большим нетерпением этого события ждут все поклонники Константина Гедды, успевшие оценить и полюбить неизвестное ранее, но такое близкое душе творчество мастера.

На снимке: белорусских крестьян Гедда рисовал даже в далекой Аргентине.

Фото: архив Могилевского художественного музея имени Павла Масленикова

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.13
Загрузка...
Новости