Донат ДОБРОВОЛЬСКИЙ: «Долги надо взыскивать, а не прятать от статистики»

НЕ ТАК давно в суде завершилось уголовное дело по Минскому мясокомбинату, директора которого уличили во взятке. Сам же обвиняемый на суде вину не признавал. Он утверждал, что его подставили сотрудники некоторых ведомств за то, что не обеспечил их бесплатной колбасой. Но доказать это на суде не удалось, объявлен приговор. По мясокомбинату недавно возбудили еще несколько уголовных дел. Подробнее о них и особенностях других преступлений корреспонденту «БН» рассказал заместитель прокурора Октябрьского района Минска советник юстиции Донат ДОБРОВОЛЬСКИЙ.

Какие еще претензии к бывшему директору мясокомбината у правоохранительных органов, почему едва не упекли за решетку невиновного пенсионера и насколько важны при ведении следствия собранные доказательства

НЕ ТАК давно в суде завершилось уголовное дело по Минскому мясокомбинату, директора которого уличили во взятке. Сам же обвиняемый на суде вину не признавал. Он утверждал, что его подставили сотрудники некоторых ведомств за то, что не обеспечил их бесплатной колбасой. Но доказать это на суде не удалось, объявлен приговор. По мясокомбинату недавно возбудили еще несколько уголовных дел. Подробнее о них и особенностях других преступлений корреспонденту «БН» рассказал заместитель прокурора Октябрьского района Минска советник юстиции Донат ДОБРОВОЛЬСКИЙ.

— Донат Александрович, прокуратура возбудила новое уголовное дело в отношении бывшего директора Минского мясокомбината за приписки. Могу предположить, что прямой вины руководителя нет. Ведь продукцию выпустили, поставили, свои обязательства выполнили. А партнеры оказались ненадежными, не заплатили за весь объем продукции…

— Ситуация складывалась так: бывший гендиректор заставлял своих подчиненных скрывать, сколько денег должны мясокомбинату за 2012 год. В итоге оказался под следствием. Поясню подробнее. Мясокомбинат, поставляя продукцию, получал часть расчетов предоплатой, а оставшиеся деньги субъекты хозяйствования отдавать не спешили. То есть не торопились выполнять в полном объеме обязательства по договору купли-продажи. Время шло, а долги оставались непогашенными. Так образовалась дебиторская задолженность. А поскольку мясокомбинат — государственное предприятие, то его обязанность — подавать в государственные органы статотчетности данные. Как о прибыли, так и долгах. Данные эти подаются для того, чтобы отражать реальную картину на предприятии — не однобоко, а объективно. Долги мясокомбинату полностью не указывались.

— Насколько большой оказалась сумма задолженности?

— Суть преступления не в сумме задолженности, а в факте искажения этой суммы. Одно дело, когда должностные лица предприятий меняются между собой документами, в которых цифры по финансовому положению неточные — у кого-то больше, у кого-то меньше. А если речь идет о подаче информации в официальный орган, и тот аккумулирует и выводит всю статотчетность по республике, то искажение информации — это преступление.

— Какие субъекты хозяйствования подставили директора комбината?

— Это предприятия из России, которые занимались реализацией мясной продукции.

— Насколько знаю, на Минском мясокомбинате расследуется еще одно дело. В поле зрения правоохранителей попала и председатель профкома…

— Председатель «первички» профкома также использовала служебные полномочия. Она купила за деньги организации материальных ценностей более чем на 20 миллионов белорусских рублей. Предназначались подарки должностным лицам.

Возбудили уголовное дело. Обвиняемая находится дома — заключение под стражу, как и домашний арест, к ней не применяли. Председатель профкома свою вину признала. Плюс выплатила потраченные деньги…

— Вы не раз выступали на судебном процессе гособвинителем, задача которого — добиваться справедливого и максимально строгого наказания… Случалось, когда адвокаты «отбивали» от тюрьмы стопроцентного преступника?

— Бывало, что преступника признавали невиновным, впрочем, это большая редкость. Сразу вспоминаю суд над «преступником», который чуть не убил пенсионерку, — решил украсть у нее молоко и хлеб. Ударил по голове, та потеряла сознание. А он схватил сумку с продуктами — и был таков. Пока милиция приехала, того и след простыл. Преступление «повесили» на пенсионера, случайно оказавшегося поблизости. Правда, до этого он провел большую часть своей жизни в тюрьме. Свидетельницей в деле выступила женщина — асоциальная личность. Но показания давала только она одна. Меня насторожила непоследовательность показаний свидетельницы, не были они похожи на правду. Пенсионер не мог убежать, так как хромает на одну ногу, а свидетельница утверждала обратное. Так в суде пришли к выводу, что оснований для окончания судебного заседания пока нет. В конце концов свидетельница все же призналась, что не видела, кто совершил разбой. А ложные показания, как выяснилось, дала по просьбе участкового (тот свою причастность к этому, естественно, не подтвердил).

Пенсионера, прежде уже судимого семь раз, в том числе и за особо тяжкое преступление, оправдали. А ведь могли восьмое наказание назначить на срок до 15 лет…

— Как известно, все уголовные дела, по которым окончено расследование, передаются в прокуратуру. Часто ли в прокуратуре не согласны с выводами следователя?

— Если расследование проведено плохо, с нарушениями, дело отправляется на доработку. За 11 месяцев 2013 года у нас 15 таких уголовных дел. Не так давно я изучал уголовное дело в отношении несовершеннолетнего, который дал в ходе следствия якобы заведомо ложные показания. Картина выглядела так. Обвиняемый украл мобильный телефон у потерпевшего. Затем его продал. Несовершеннолетний купил у обвиняемого похищенный телефон и перепродал на рынке в Ждановичах. Позже выяснилось, что на самом деле он оставил телефон себе. Этот факт следователь расценил как заведомо ложные показания. Несовершеннолетнего привлекли к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний из корыстных побуждений.

Но не все показания, которые недостоверны, можно назвать заведомо ложными. Они должны относиться к обстоятельствам, подлежащим доказыванию. А по делу о хищении мобильного телефона вину обвиняемого доказали. Несовершеннолетний сказал правду: купил. А в том, что оставил мобильный себе или перепродал, нет состава преступления. Уголовное дело на несовершеннолетнего было прекращено прокуратурой. Хотя решение обжаловали, прокурор в итоге принял мою сторону.

— Донат Александрович, нередко деревня и город переплетаются между собой криминальными нитями. Например, в столицу приезжают сельчане, которые воруют автомобили, а запчасти сбывают в деревне. Или же горожане в глубинке учиняют беспредел, грабят стариков. Часто ли жители провинции совершают правонарушения в столице?

— Очень редко. Я изучаю все дела в прокуратуре. И только один криминальный случай, где фигурировали люди из провинции. Занимались тем, что угоняли машины… Люди везде одинаковые. Все зависит от того, на какой стадии становления личности упущен воспитательный процесс. Если в человеке с ранних лет заложено хорошее, то плохого он делать не будет, где бы ни жил...

Константин КОВАЛЕВ, «БН»

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?

Новости
Все новости