Доблестный рыцарь королевы спорта

Завтра белорусский спорт почтит память Владимира Данилова

Осенний Витебск 1952 года… Еще повсюду видны следы минувшей войны: разрушенные здания, булыжные дороги, полуторки, вернувшиеся с фронта мужчины — в полувоенной одежде со следами ранений и увечий, девушки в ситцевых платьицах и фабричных полупальто. В молодой семье витебских рабочих — фронтовика Николая Афанасьевича и Марии Максимовны Даниловых — родился первенец — мальчик. Назвали его Владимиром. После тяжелейших испытаний и невзгод только минувшего лихолетья долгожданное счастье было встречено как знак жизни, устремленности к созиданию и благополучию. Так и получилось: вскоре «всем миром» был построен родительский дом, в счастье и любви родились еще два сына, посадили не один десяток деревьев, из которых вырос большой фруктовый сад.

Самое большое счастье для человека — как можно раньше найти себя. Что только не приходится преодолевать и сколько блуждать по дорогам жизни, чтобы понять свое предназначение. А бывает и так, что случайная встреча становится судьбой и определяет весь твой последующий путь. Володе было суждено рано определиться со своим призванием. Ему повезло: в школу, где он учился, пришел Анатолий Семенович Адаховский, в последующем известный витебский тренер по легкой атлетике, прекрасный педагог и человек. И такая встреча-судьба состоялась. Спорт для Володи стал его призванием и судьбой. Ее величеству королеве спорта — легкой атлетике — как верный рыцарь он служил верой и правдой всю свою жизнь.

Володя рос подвижным, сильным, хорошо физически сложенным мальчиком. Все его современники тогда восхищались героями фильмов по романам Фенимора Купера о героической борьбе индейцев с американскими колонизаторами. Володя был вождем нашего детского племени, мужественным и благородным рыцарем. Хотя был застенчив, скромен и несколько сутулился, смущаясь своего большого роста. Он рано выпорхнул из семейного гнезда. Большая часть его детства и юности прошла в тренировках, сборах и соревнованиях. Сменялись города и республики, поезда и самолеты, повышался уровень соревнований, росло его мастерство, спортивные результаты, а с ними пришло признание. Витебский городской стадион стал его родным домом. Стадион каждый вечер заполнялся витебской детворой: кто тренировался, а кто просто наблюдал за красотой и физическим совершенством признанных лидеров. В спорте он прошел все: знал, что такое невыносимо больно, что такое запредельно трудно, что такое невозможно, что такое надо… Володя стал кумиром целого поколения мальчишек, мечтающих о больших достижениях в спорте и признании среди сверстников.

После окончания средней школы Володя поступил в Белорусский государственный институт физической культуры, отслужил срочную службу в армии, завершил образование на факультете физвоспитания Витебского государственного университета им. П.М. Машерова (первый выпуск) и стал великолепным тренером белорусских десятиборцев, директором Витебского государственного училища олимпийского резерва, воспитал целую когорту высококлассных спортсменов.

Часы его жизни остановились 27 марта 2010 года. Ему исполнилось только 57... Он до последней минуты боролся за свою жизнь. Зная, что неизлечимо болен, он, как всегда, каждый день, включая последний, начинал с небольшой физической зарядки и упражнений на велотренажере. Это было в его характере. Он был человеком сильной воли, большого мужества и необыкновенного природного таланта. Так до конца, увы, и не реализованного…

При жизни из-за своей скромности и полного отсутствия карьеризма он не был оценен по достоинству. На предложения перейти на работу повыше он отвечал категорическим отказом. Как мне кажется (и об этом у нас однажды был разговор) Володя просто не мог бросить людей, которые ему поверили и надеялись на его поддержку и помощь. Он любил спорт и людей в спорте самозабвенно, любил свой коллектив, друзей, коллег, учеников, отдавая им всего себя без остатка. После очередного сеанса химиотерапии, когда врачами предписывался полный покой, он садился за руль своего автомобиля и ехал на работу. И вполне закономерно, что наградой ему стала ответная прижизненная любовь, а после безвременного ухода — светлая память людей, с которыми он жил, творил, боролся и побеждал.

Никогда в жизни не видел Володю раздраженным или кого-то распекающим, на кого-то повысившим голос. Во-первых, он не был многословным, никогда не терял над собой контроля и самообладания. Когда проводил совещания или как тренер общался с учениками, говорил всегда очень точно и понятно. Конечно, это был не заученный им в вузе некий педагогический прием, а его природа отношений с людьми. Такое отношение на равных с коллегами и учениками заставляло присутствующих сосредоточиться и лучше понять и усвоить сказанное. Был справедлив и честен. Жил по рыцарским правилам, мог последним поделиться с другом, не задумываясь о последствиях для себя вступить в неравный бой за честь дамы, дорожил братской дружбой и семейной честью. Понимаю, что в жизни и у него хватало проблем и неприятностей, как и у каждого из нас, и представляю, как все кипело у него внутри. При этом внешне он всегда оставался элегантен и спокоен. В нем жил детский романтизм, была уверенность человека, хорошо знающего свое дело, и главное — все, о чем говорил, он мог сделать сам. Это придавало уверенности всем, кто с ним дружил и работал.

Сказать, что он пользовался большим авторитетом в коллективе, где работал, среди спортсменов страны, — значит, не сказать ничего. Авторитет его был не авторитетом должности (он никогда не занимал должностей, достойных его заслугам в спорте). К этому он никогда и не стремился, считая своим главным призванием тренерскую работу. Доверял людям бесконечно и очень переживал, если в ком-то разочаровывался. Был надежным и верным другом и товарищем. Его обаяние и галантность, сдержанность и высокая личная культура производили неизгладимое впечатление даже на незнакомых людей, и сразу отношения как-то сами собой переходили в доверительные. Был бесхитростным, умел организовать работу без накачек, лишней суеты. Сам немало натерпевшийся от непрофессионализма и несправедливости, зависти и бюрократизма, он на дух не переносил очковтирательства и непрофессионализма, был непримирим к любой показухе. Всегда был открыт правде и о том, что хорошо знал, говорил всегда открыто и честно, без всяких скидок на мнение спортивной бюрократии. Для родного коллектива, для своих учеников он был и защитником, и добытчиком, и надежной опорой в жизни.

В этот юбилейный день он вспоминается молодым, красивым, добрым и мужественным человеком. В кругу родных и друзей — заботливым, отзывчивым и приветливым хозяином, веселым и задорным тамадой, умелым кулинаром, готовым на глазах изумленных гостей творить чудеса, и, конечно, надежным другом и товарищем. Когда позволяло время — плотничал по дому и на даче, любил повозиться с машиной, посидеть у камина с семьей, родными и друзьями. Десятиборцы всегда отличались своим братством и крепкой мужской дружбой. Для него это было свято, а мушкетерский принцип — один за всех и все за одного — не пустыми словами.

Внезапная смерть единственного сына Дениса как бы вырвала несущую опору его жизни. Он принял этот смертельный удар судьбы достойно, как подобает любящему отцу и настоящему мужчине. Но пережить этого не смог… Как не хватает нам тебя, Володя, сегодня. Твое время больших свершений только пришло, чтобы повести новое поколение белорусских десятиборцев к олимпийским вершинам. Но, увы… Теперь все надежды по продолжению главного дела твоей жизни на друзей и коллег, твоих учеников… на успехи твоего подрастающего внука Никиты.

Уже более двух с половиной лет, как нет с нами Володи, но ощущение большой утраты не уходит. 10 октября, в день его 60-летия, мы вспоминаем и до боли в сердце, искренне говорим: мы тебя любим, мы тебя помним! Мы хорошо понимаем, что нам еще многое предстоит сделать по увековечиванию твоего имени. Верю, что будет и турнир юных десятиборцев твоего имени, стипендия подающему надежды студенту-спортсмену факультета физвоспитания ВГМУ им. П.М. Машерова и, конечно, в твоем родном училище олимпийского резерва будет заложена Аллея Славы. Будет обязательно на ней и деревце в память о Владимире Николаевиче Данилове, рекордсмене СССР среди юношей по легкоатлетическому многоборью, неоднократном чемпионе Беларуси в десятиборье, победителе Кубка Советского Союза по легкой атлетике, мастере спорта СССР, тренере сборной Республики Беларусь, директоре Витебского государственного училища олимпийского резерва, воспитавшем многих высококлассных спортсменов, кумире молодежи моего и не только моего поколений. Собственно, из помыслов и дел таких подвижников, как Владимир Николаевич, прирастает сила и могущество земли белорусской. Верю, что память о нем будет светлой и долгой. Низкий тебе поклон, мой дорогой старший брат…

* * *

В родительском доме вместе с боевыми и трудовыми наградами отца всегда находились спортивные награды Володи, затем прибавились Дениса... далее, верится, Никиты Даниловых… В этом и есть преемственность рода, который неистребим как жизнь и память людская…

Александр ДАНИЛОВ, член-корреспондент Национальной академии наук Беларуси

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...