Дикий рынок

Если деньги — это кровь экономики, то Уолл–стрит — это финансовое сердце мира...

Если деньги — это кровь экономики, то Уолл–стрит — это финансовое сердце мира. Инфаркт Уолл–стрит — это если и не смерть, то по меньшей мере очень серьезная болезнь для всего хозяйственного организма планеты. Нынешний экономический кризис (впрочем, как и Великая депрессия прошлого века, с которой его постоянно сравнивают) зародился на американском финансовом рынке. За два года после разорения банка Lehman Brothers было произнесено много слов о необходимости наведения порядка на биржевых площадках планеты, где руководствуются только одной заповедью «прибыль и побыстрее», однако сделано было гораздо меньше. Что и показал случившийся кризис евро. Банки и инвестиционные фонды, на спасение которых не так давно тратились огромные государственные средства, и Евросоюз был одним из первых в этом деле, сегодня кровожадно набросились на единую европейскую валюту, как только почувствовали небольшую слабость еврозоны... Но, возможно, что ситуация скоро изменится.


Барак Обама на днях провел через сенат законопроект о кардинальной реформе американского финансового рынка. Поскольку Соединенные Штаты остаются мировым экономическим лидером, на них во многом продолжают ориентироваться Европа, Япония и другие крупные экономики, то от успеха реформы Уолл–стрит зависит, как, по каким правилам будет развиваться весь глобальный финансовый рынок.


Именем республиканцев


Моя подруга, у которой в резюме есть строчка «работала в банке на Манхэттене», рассказывала, что даже самые молодые и прогрессивные ее коллеги–американцы на последних выборах голосовали не за демократическую звезду Барака Обаму, а за пенсионера Джона Маккейна из Республиканской партии. Американские банки — самые щедрые спонсоры предвыборной кампании — на всякий случай платили обоим кандидатам, чтобы в кассе победителя обязательно был их взнос, но открыто поддерживали республиканцев.


Джордж Буш за время своего правления дважды сокращал налоги для крупного бизнеса, и его однопартиец обещал продолжить эту практику, стимулируя приток долларов на Уолл–стрит. Предельно свободный от государственного влияния рынок — это святая святых Америки, залог ее благосостояния, и любые посягательства здесь рассматриваются почти как вероотступничество. По поводу же обамовской программы финансисты высказывались примерно так: «Да это марксизм какой–то! На что он построит свои обещанные дороги и мосты? Если капитал почувствует себя неуютно, он просто уйдет из страны».


Сегодня пессимистические ожидания финансистов оправдываются. Но, конечно, не из–за мстительности американского президента. Обама прекрасно знает с точностью до улицы, где зародился мировой экономический кризис. Два года назад, спасая банки, государство закачало в них триллион долларов. Сегодня Соединенные Штаты вместе с МВФ проталкивают идею глобального налога на банки, чтобы как–то отбить потраченные средства, однако пока не находят поддержки даже на уровне «большой двадцатки». Максимум из того, что вообще удалось добиться в ответ, — это ограничить бонусы для топ–менеджеров. Ну и еще вынудить Швейцарию раскрыть свои банковские тайны. Очевидно, что это полумера. То, что глубинная проблема осталась нерешенной, показывают сегодняшние события вокруг евро, который, это уже всем понятно, совершенно сознательно топят спекулянты.


Кто гонит волну?


Появились апокалиптические предсказания о второй волне кризиса. А на бирже «самосбывающиеся пророчества» — дело нередкое. Сегодня очевидно, что игроки рынка готовы поддержать любые плохие новости. Без разницы, у кого там большие долги — у Дубая, Греции или Калифорнии. Первый кризис, считают некоторые эксперты, не доделал свою работу — и новый циклический подъем не начнется, пока пораженные части экономического организма не будут отсечены.


Поэтому хорошей новостью можно считать то, что вашингтонская администрация задумала провести реформу Уолл–стрит, как пишут, самую масштабную с 30–х годов прошлого века. Она направлена на ужесточение контроля за финансовым рынком. Чтобы банки и фонды вели строгую бухгалтерию и отчитывались за нее перед федеральным правительством. Те законы, которыми пользуются сейчас в США, больше заботятся о здоровье самих финансовых учреждений, нежели об интересах конечных потребителей их продуктов — кредитов, ипотеки и т.д. Барак Обама пообещал, что американцы никогда больше «не будут платить за ошибки Уолл–стрит». Президент США рассказал, что финансовые корпорации вложили миллионы долларов в лоббирование своих интересов, другими словами, в провал законопроекта. Однако в данном случае общественное мнение было на стороне Обамы.


Цепная реакция


Насколько слабо контролируется происходящее на финансовых рынках, показали события 6 мая этого года. Это был один из худших дней в двухвековой истории Нью–Йоркской фондовой биржи. Индекс Доу–Джонса, рассчитываемый на базе курса акций 30 крупнейших компаний, за 15 минут рухнул почти на 10 процентов. Правда, к концу сессии это падение в основном было отыграно, но никто до сих пор не ответил, что же на самом деле случилось. Неужели крупнейшая торговая площадка мира может поддаться панике только из–за того, что какой–то трейдер перепутал количество нулей в выставленном счете за крупный пакет акций? На данный момент это самая популярная версия произошедшего. Но мне с трудом верится в то, будто всего лишь одна сделка по чересчур заниженной цене спровоцировала цепную реакцию распродаж.


В данном контексте будет интересно вспомнить, что в 1955 году в разгар «холодной войны» сообщение пресс–службы Белого дома о сердечном приступе президента Дуайта Эйзенхауэра также спровоцировало массовую распродажу акций. Паника среди инвесторов была вызвана тем, что они боялись начала войны с Советским Союзом во время неработоспособности президента США. Тот обвал, как и события 6 мая, был временным явлением, однако именно тогда стало очевидно, что цена акций, курсы валют или нефтяные котировки зависят от множества побочных факторов.


После убийства в 1963 году президента Джона Кеннеди во избежание обвала работа биржи была сознательно приостановлена. Однако сейчас задача вашингтонской администрации усложняется. Уже недостаточно контролировать Нью–Йоркскую биржу, чтобы держать руку на пульсе американских финансов.


Удар в «Большое Табло»


С тех пор как под большим платаном на Уолл–стрит на острове Манхэттен в Нью–Йорке 24 брокера подписали соглашение об основании биржи, эта площадка постепенно аккумулировала все деньги мира. Однако времена меняются. «Большое Табло», как иногда называют Нью–Йоркскую биржу, сдает позиции. За последние пять лет число рабочих мест сократилось вдвое. Биржа была вынуждена закрыть один из пяти торговых залов.


Ловкие конкуренты создают частные торговые площадки. Сегодня, собственно, на Уолл–стрит совершается только 36 процентов сделок по акциям, которые официально выставлены для продажи, при том, что всего несколько лет назад здесь совершались три из четырех сделок. Остальная торговля идет на новых электронных площадках и в «темных пулах». Эти «биржи» практически скрыты от глаз, в том числе и от глаз регулирующих органов.


Рейтинг недоверия


Американские власти попробовали зайти с другой стороны. Они усиливают давление на участников рынка — крупнейшие финансовые корпорации мира. По данным американских СМИ, под прицел государственных прокуроров попали 9 банков, среди которых 5 американских и 4 европейских. Все они «засветились» в создании и продвижении «токсичных» финансовых продуктов перед наступлением кризиса — в первую очередь имеется в виду американская ипотека. Именно рухнувшие цены на жилье в Соединенных Штатах, как известно, потащили за собой всю мировую экономику в яму, из которой она не выбралась до сих пор.


Банки подозреваются в том, что предоставляли рейтинговым агентствам недостоверную информацию. Кроме того, американские прокуроры намерены установить степень участия в возможных нарушениях самих аналитиков рейтинговых агентств, на мнение которых опираются участники рынка при принятии решений по купле–продаже. Раньше сами банки выбирали агентство и платили ему за услуги, что создавало условия для махинаций. Теперь Вашингтон намерен создать посредническую структуру. И это следует сделать как можно быстрее. Сегодня подорвано доверие не только к политикам и финансистам, но и к отчетности как таковой, к основным фондовым площадкам, что само собой становится препятствием к кредитованию и постепенному движению мировой экономики вверх...


Топ–5 самых больших проигрышей на бирже


1. Джулиан Робертсон: убытки 17 млрд. долларов


Он относится к числу неудачников, которые раньше значились в списке самых успешных инвесторов. С 1980 по 1996 год капитализация основанного им хедж–фонда Tiger Management возросла с 8 млн. долларов до 8 миллиардов. В конце 90–х в США наступил интернет–бум, цены на акции высокотехнологичных компаний росли как на дрожжах, но вскоре оказалось, что они не приносят такой прибыли, как обещали. Биржевой пузырь лопнул, а Робертсон, вложившийся в «новую экономику», разорился.


2. Жером Кервиль: убыток: 7,1 млрд.


26 января 2008 года сотрудники финансовой полиции Парижа задержали трейдера одного из крупнейших банков Европы Societe Generale Жерома Кервиля, после того как со счетов компании пропали 7,1 млрд. долларов. Объем сделок замкнутого и малообщительного, как его характеризуют коллеги, сотрудника, по данным следствия, достигал 50 млрд. евро, что превышало капитал банка, а также размер бюджетного дефицита Франции.


3. Брайан Хантер: убыток 6,5 млрд.


Канадский трейдер Брайан Хантер работал в хедж–фонде Amaranth Advisors и играл на повышение цен на природный газ. После того как в 2005 году на США обрушился ураган «Катрина», фьючерсы на «голубое топливо» подорожали в три раза. Когда же потом уровень угрозы природных катаклизмов в США снизился, а за ним и цены на газ, убытки Amaranth advisors превысили 6 млрд.


4. Джон Меривезер: убыток: 5,8 млрд.


В 1994 году опытный трейдер по облигациям Джон Меривезер основал хедж–фонд Long–Term Capital Management, активы которого составляли 100 млрд. В 1998 году фонд сделал ставку на стабилизацию российского рынка. В результате компания разорилась, после того как Россия объявила о дефолте.


5. Ясуо Хаманака: убыток 2,6 млрд.


Хаманака, также известный как «мистер медь» и «мистер 5%», работал трейдером на одной из крупнейших оптовых компаний в Японии, специализируясь на торговле медью. По словам Хаманаки, объем проводимых им сделок составлял 5% от всех мировых операций с этим ценным металлом. В 1996 году Хаманака сел на 8 лет в тюрьму. Следствие учло тот факт, что он подделывал подписи других трейдеров, чтобы скрыть убытки.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?